волнующим трепетом. Всемудрый, помоги!
– Давай… те сюда ваше платье, – я, стараясь не касаться Рейнарда, забираю у него платье. – Подождите меня внизу, в холле.
Ректор кивает и выходит.
Платье – потрясающее! Оно настолько хорошо село на меня, что кажется, будто его по моим меркам шили. Несколько раз оборачиваюсь вокруг перед зеркалом, чтобы получше себя рассмотреть. Волосы забираю в незамысловатую прическу на затылке с помощью шпилек, отыскиваю где-то в недрах своего чемоданчика все, чтобы сделать легкий макияж и с замиранием сердца выхожу из комнаты.
Несколько раз я порываюсь вернуться в комнату, запереться и просидеть до утра. Но потом беру себя в руки и на дрожащих ногах спускаюсь к ректору.
Он стоит у дверей и о чем-то негромко разговаривает с охранником, который как раз в это время должен был заканчивать обход. Стук моих каблуков привлекает внимание Темного, он поворачивается и обрывается на полуслове.
Его взгляд темнеет, а челюсти сжимаются. Я замираю. Неужели что-то сделала не то? Пора бежать? Но нет, это уже поздно. Рейнард в несколько шагов оказывается рядом и подставляет локоть.
– Я заранее бронирую все твои танцы. Никому не позволю касаться тебя, – шепчет он, склонившись к уху.
Это звучит очень двусмысленно, как будто он говорит про танец, но подразумевает другое. И от этого волнительно до дрожи. На какое-то краткое мгновение я словно переношусь в прошлое, когда он вот так же вел меня по ступенькам холла академии. В темноте, в тишине, в уединении. На наше первое свидание.
Но сейчас все иначе. Или… нет?
Мы добираемся до места проведения банкета в закрытом экипаже. На душе волнительно и тепло от присутствия рядом ректора. Ловлю себя на мысли, что скучала все эти дни по нему. Самой смешно и страшно от иррациональности этих чувств. Зачем мне их испытывать? Кому они нужны? К чему все эти показательные выступления с разводом?
Практически перед тем, как мы приехали, большая горячая ладонь Рейнарда ложится на мою, и он переплетает пальцы. Этот жест кажется интимнее поцелуя. Как будто Темный берет меня под свою защиту, точнее, даже не так. Будто он дает мне понять, что я принадлежу ему не только в отношениях “между нами”, как это было в студенчестве, но и “для всех”.
Это пугает, заставляет тягучий мед надежды растекаться по венам и туманить мозг, вызывает желание сбежать и в то же время наоборот, нырнуть с головой. Я даже пытаюсь забрать руку, но Темный не позволяет, наоборот, притягивает к себе ближе.
Рейнард помогает мне спуститься с экипажа и ведет к сцене, где выступает нанятая мной группа с виолончелями и скрипками. Прямо перед ней на площадке, освещенной парящими в воздухе свечами, порхают в грациозных па мужчины в парадных камзолах и женщины в шикарных платьях.
Понимаю, что если бы пропустила этот банкет, в организацию которого вложила кучу сил, то жалела бы очень долго об этом. Площадь и прилегающую к ней территорию парке так украсили, что она преобразилась и стала похожа на островок магического леса.
То и дело в толпе и среди танцующих я вижу знакомые лица преподавателей и некоторых аспирантов. Вдали Варгус флиртует с девушкой с травничества, Данте, эмоционально жестикулируя, обсуждает что-то в кругу докладчиков с конференции.
Никто не обращает внимания на нас. Рейнард просит не объявлять о нашем прибытии, поэтому мы можем, как и все, незаметно погрузиться в атмосферу праздника.
Я впервые за очень долгое время чувствую себя не просто студенткой или аспиранткой, не просто мамой или помощницей ректора. Я ощущаю себя женщиной. Только что этому причиной? Потрясающее платье, прическа и макияж или мужчина, который не выпускает мою ладонь из своих рук?
Музыканты начинают новую мелодию и на танцевальную площадку выходят новые пары. Танец подразумевает перемешивание партнеров и партнерш, чтобы перезнакомиться с большим числом гостей. Можно вовлечь любого партнера или партнершу, даже если они просто проходили мимо. Немного рушит всякий этикет, но зато позволяет хорошо развлечься.
???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????– Вот такие танцы ты сегодня не танцуешь, – шепчет мне на ухо Рейнард.
– Кто сказал? – выпутываю руку, вскидываю взгляд и наталкиваюсь на тьму в глазах ректора.
– Ты забыла? Я сказал, что ты сегодня моя пара, – хитро улыбается он, выделяя слово “Моя” голосом.
– Пара, но не собственность, – возражаю я и позволяю вовлечь себя в танцевальный круг случайному партнеру.
– Стой! – летит мне вслед недовольный рык, но меня уже утягивает круговерть танца.
Смелым партнером оказывается аспирант с боевого факультета. Статный, широкоплечий и очень уверенный в себе. Он ведет твердо, немного грубовато, наверное, считая, что так и должен делать сильный и властный мужчина. Парень пытается пару раз сделать комплименты, шутить и даже пригласить меня за столик к себе, но я благодарно киваю и вежливо отказываюсь.
Один за другим повторяются рефрены танца, я уже даже не пытаюсь запомнить, с кем я танцую. Все партнеры ведут по-разному и в то же время для меня как будто на одно лицо. Но потом одного прикосновения оказывается достаточно, чтобы понять, в чьи руки я попала.
Меня сжимают чуть крепче нужного и в то же время нежно, в нос бьет запах кедра с ноткой горечи полыни.
– Сейчас очень хочется наказать тебя за то, как ты себя ведешь, – тихо, с легкой хрипотцой раздается над ухом голос Рейнарда.
– Штраф выпишете? – спрашиваю я. – Или, может, наконец-то уволите? Ну, чтобы мне неустойку не выплачивать.
На инерции огрызаюсь и провоцирую. Скорее даже для себя, потому что с каждым моментом мне все больше кажется, что я готова сдаться. Очередным трофеем пасть к ногам этого невыносимого Темного.
– Нет, Лейя, я подберу для этого что-то более интересное, – в голосе звучит ухмылка, а глаза серьезные-серьезные, изумрудно-зеленые, бездонные.
Не могу отвести взгляда, а по телу пробегает покалывающая волна мурашек. Отгоняю от себя это чувство. Опять инквизитор играет с ведьмой.
Когда приходит время очередной раз меняться в парах, я понимаю, что мы стоим уже на краю площадки и отпускать меня никуда не собираются.
– Господин Силейн, – к нам подходит мужчина в возрасте, но сколько ему лет даже примерно сложно определить. – Доброго вечера. И вам, милое создание.
Лицо мужчины кажется смутно знакомым, я пытаюсь понять, где я его видела.
– Ваше Величество, – Рейнард опускается в поклоне. – Благодарю, что вы нашли время посетить наше скромное мероприятие.
До меня доходит, откуда я знаю его. Столько раз его в учебниках на картинках видела! Король-победитель! Я тут же опускаюсь в глубоком реверансе.
– Не прибедняйтесь, господин Силейн, праздник на высшем уровне. Пожалуй, я переманю вашего организатора, чтобы он мне балы во дворце делал, – тут его взгляд перемещается на меня. Пронизывающий, если бы не все хвалебные истории в учебниках, я бы сказала загробный и жутко
