Мы уже въехали в город, когда Рэм негромко попросил:
– Позвони в офис, скажи, мы скоро будем.
Я поспешно кивнула, с досадой подумав, что могла и сама сообразить, и набрала наш номер. Ответила Василиса.
– Ну как вы там? Нашли? – нетерпеливо спросила ведьма.
– Да, минут через двадцать будем, – заверила я ее. – Как там остальные?
– Ждем, не переживай, – успокоила Василиса.
– Ну отлично. – Я поколебалась мгновение, а потом все же уточнила: – Женька не вернулся еще?
– Нет, а что, ты не звонила ему? – с легким удивлением поинтересовалась Васька.
– Да я просто, – отмахнулась, не желая при Рэме озвучивать свои личные сложности и то, что Лис отключил телефон. – Ладно, давай, – быстренько закруглила я разговор и отключилась.
И хотя на начальника не смотрела, его мимолетный взгляд ощутила – как будто прохладный ветерок прошелся по щеке, я не удержалась и передернула плечами. Вот готова спорить на что угодно, не будь с нами в машине ведьмы, Рэм бы спросил про Женьку. Или не спросил. Не знаю… Скорей бы уж доехать, что ли, и сдать ведьму. Нам повезло добраться без пробок до офиса, и вскоре мы уже поднимались по ступенькам – Татьяна Петровна, крепко державший ее за локоть Рэм и следом я, задумчивая и рассеянная. Пальцы неосознанно теребили кулон, мысли крутились вокруг моего неожиданного превращения и странного зова, и отвлечься не получилось никак. Все сводилось к тому, что ждет меня и Рэма серьезный разговор, без него вряд ли смогу дальше жить спокойно той же размеренной жизнью, что до появления барса в нашей конторе. Кажется, Рада была права, что моя жизнь резко изменится, пора смириться с этим фактом.
Я переступила порог нашего офиса, по-прежнему пребывая в размышлениях, расстегнула куртку и чуть не подскочила от неожиданности, когда ее аккуратно с меня сняли. Аромат Рэма стал настолько привычным, что я даже не обратила внимания на то, что шеф еще оставался в коридоре, тогда как молчаливую ведьму увел кто-то из наших. В полумраке коридора я не видела лица Рожнова, только его мерцавшие глаза и контур широких плеч, и стало немного не по себе от его близости. Я заволновалась, незаметно сглотнув, но не в силах отвести взгляд.
– Нам бы поговорить, Ален, – негромко и серьезно произнес он, тоже глядя на меня.
– Д-да, – пробормотала я, почему-то чувствуя, что начинаю дрожать, только не от холода.
– Когда тебе удобно? – спросил Рэм, а я поймала себя на том, что прислушиваюсь к его дыханию.
Размеренному и ровному, тогда как мое норовило сбиться и стать рваным, выдав меня с головой.
– Не знаю, давай сначала с ведьмой и Катей разберемся, – быстро ответила я, все же отвернувшись и раздумывая, как бы так проскользнуть мимо Рэма.
– Хорошо, – согласился шеф и наконец посторонился.
Вздох облегчения удалось сдержать – не сомневаюсь, барс с его тонким слухом различил бы его. Мне же отчаянно не хотелось, чтобы Рожнов заметил, что я нервничаю в его присутствии. Я поторопилась зайти в гостиную, где уже сидели бледная Катя, сжав руки коленями, незнакомый полицейский с усталым лицом и невозмутимый некромант. Ведьма стояла у стены, сгорбившись и опустив голову, рядом – молчаливая Василиса с сурово сдвинутыми бровями. Рэм, выйдя из-за моей спины, разом подобрался, мягкость и расслабленность ушли из его облика, лицо стало непроницаемым.
– Татьяна Петровна, прошу в мой кабинет, – отрывисто произнес Рожнов, направляясь к двери. – И вас тоже, простите, не знаю, как зовут, – обратился он на ходу к представителю власти.
– Минаев Константин, – представился мужчина, поднявшись с дивана и скользнув равнодушным взглядом по ведьме.
Троица скрылась в кабинете, и я затолкала неуемное любопытство поглубже – о результатах разговора Рэм наверняка сообщит, а подробности… Они не нужны. И так хватает переживаний. Обхватив себя руками, я отошла к окну и села на подушки, глядя на улицу. Хотелось есть, но пока терпимо – сначала дождусь окончания этого дела. Тишина в комнате стала такой густой и плотной, что ее можно было резать на куски, как свежий хлеб. И оттого голос Кати прозвучал резко и неприятно, хотя говорила она тихо.
– Она согласится отменить ритуал?
– Ну конечно, дорогая моя, – поспешила уверить ее Василиса, но мне почему-то казалось, ведьма на самом деле просто утешает девушку.
По закону, у Татьяны Петровны имелось два выхода: отменить свое злодейство, и тогда ей сохранят жизнь, только дар заблокируют навсегда без права возвращения и запретят практику даже по зельеварениям и микстурам от кашля. Она будет носить постоянно маячок и проходить ежемесячные проверки. И второй вариант – если ведьма откажется отменять. В этом случае ее казнят за применение темного запрещенного обряда, и Катя все равно избавится от смертельной удавки. Что-то мне подсказывало, что Татьяна Петровна вряд ли согласится на добровольное сотрудничество с органами правопорядка, и если честно, мне такой поворот не нравился. Ведьма не хотела жить, она хотела отомстить, и кто знает, на что она способна на пороге смерти… Проверять не хотелось. Я надеялась, что Рэму удастся достучаться до женщины, ведь причина мести не стоила ни ее жизни, ни жизни Николая, ни тем более жизни Кати.
Я тихонько вздохнула. Оставалось только ждать.
Кабинет Рэма Рожнова
Рэм смотрел на безучастно сидевшую перед ним женщину и понимал, что в ней слишком много горя. И, к сожалению, злобы. Барс соединил кончики пальцев и заговорил.
– Татьяна Петровна, расскажите, как все было, – негромко попросил он.
Ведьма подняла на него потухший взгляд и криво улыбнулась.
– Все рассказать, говоришь? А какое тебе дело до моей жизни, барс? – Голос ее звучал немного хрипло и так же равнодушно.
– Зачем вы это сделали? – Рэм не терял терпения, понимая, что простого разговора не получится.
Константин пока молча сидел на диване, не вмешиваясь в диалог, и только рассеянно поглядывал на ведьму. Она же поджала губы, опустила глаза на руки, и Рэм уже подумал, что не получит ответа на свой вопрос, когда Татьяна Петровна все-таки отозвалась. Видимо, ей хотелось хоть кому-то рассказать, поделиться своим горем. Пожаловаться на жизнь, как про себя хмыкнул Рэм.
– Он Валечку обманывал, – глухо произнесла ведьма, и снова в ее голосе проскользнула неприкрытая злоба. – Зачем?! Что она ему сделала? Она умирала и хотела быть счастливой всего лишь!
– Значит, вы знали, что парень вашей дочери встречается с другой? – уточнил Рэм ровно, не испытывая ни капли сочувствия.
Может, разве что совсем чуть-чуть. Смертельные болезни существовали до сих пор, с ними не могли справиться даже целители, никуда от этого не деться. И чья вина, что молодой парень не настолько любил свою девушку, чтобы оставаться ей верным до конца?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
