class="p1">— О. — Я снова уронила голову ему на плечо. — Мы с Гаем никогда не ссорились по-настоящему.
— Он разберется. Когда увидит, что у нас все серьезно, он передумает.
— Ты прав. Но тем временем я собираюсь заставить его замолчать. Придурок. Я имею в виду… ты его лучший друг. Как он вообще мог такое о тебе сказать? Тебя это не бесит? Что он думает, что ты плохо ко мне относишься? Потому что это выводит меня из себя.
Волна гнева прокатилась по моим венам. Злость была хороша. Она высушила слезы, и когда Хит усадил меня на край своей кровати, я хмыкнула и скрестила руки на груди.
— Он не имеет права так говорить о тебе.
— Защищаешь мою честь? — Хит снял с меня один сапог.
— Да.
— Это чертовски сексуально. — Его пальцы скользнули по моей лодыжке, прежде чем он перешел к другому сапогу, снимая его и отбрасывая в сторону. Затем его руки скользнули вверх по моим ногам, направляясь к поясу моих брюк.
Если гнев победил печаль, то похоть собиралась надрать злости задницу.
Я подняла руку к волосам Хита, взъерошив пряди, которые он расчесывал ранее.
— Ты поцелуешь меня в полночь?
— Глупый вопрос, Стелл.
Я схватила его за волосы и дернула.
— Ты дразнишь меня?
— Всегда. — Он усмехнулся и придвинулся ближе, встав на колени, прежде чем прикоснуться губами к моим. — Все твои полуночные поцелуи — мои. Канун Нового года или нет. Ты моя.
Моя. Это было слово, которое я была готова слушать на повторе, пока оно звучало его глубоким голосом.
Я наклонилась, желая еще одного поцелуя, но он отстранился, и выражение беспокойства омрачило его красивые черты.
— Что?
— Я хотел поговорить о том, что случилось в колледже. Когда Гай рассказал мне, это потрясло меня до глубины души. Я не был уверен, что сказать. Я должен был поднять эту тему на этой неделе, но… каждый раз, когда я думаю об этом, я злюсь. Мне так жаль, что с тобой это случилось.
— Все в порядке. — Я убрала его руку со своего колена, переплетая наши пальцы. — Могло быть намного хуже, и все позади.
— Нам стоит поговорить об этом?
— Я говорила об этом. Гай думает, что это секрет, но мама знает. Она посоветовала мне пойти на терапию. Мне стыдно, что я поставила себя в такое положение. Что доверилась кому-то, кому не должна была. Эти эмоции, вероятно, всегда будут со мной. Я усвоила тяжелый урок. Но в остальном это в прошлом.
— Если ты когда-нибудь захочешь поговорить, я здесь.
— Спасибо. — Я наклонилась для поцелуя, но он снова отказал мне.
Он усмехнулся, когда я нахмурилась.
— Ты получишь то, к чему стремишься, достаточно скоро.
— Чего ты ждешь?
— Прости, что попросил тебя хранить нас в секрете. — Он обхватил мое лицо ладонями. — Больше никаких секретов.
Что-то лопнуло в моей груди. Это было чувство сомнения в том, что он действительно хотел меня. Я не знала, насколько сильно мне нужно было это услышать, пока слова не слетели с его губ.
— Ты красивая, — сказал он. — Умная. Веселая, и твои причуды очаровательны.
— У меня нет причуд.
— Согласен не согласиться. — Он улыбнулся. — Я уважаю тебя, Стелла. Я не могу сказать, что всегда относился к женщинам правильно. Я не горжусь этим. И не знаю, к чему это приведет, но я всегда буду уважать тебя.
— Знаю, что будешь.
— Больше никаких секретов.
Я покачала головой.
— Больше никаких секретов.
— Я поговорю с папой в понедельник. Я думаю, что ему будет все равно, но он попросит, чтобы мы не афишировали это в офисе.
— Меня это устраивает. — Мне нужно было время в «Домах Холидэев», чтобы утвердиться. Мне не нужно было, чтобы мои коллеги или клиенты думали, что ко мне относятся лучше, потому что я встречаюсь с Хитом.
— Хорошо. — На этот раз, когда я наклонилась, он встретил меня посередине для поцелуя, которого я так жаждала.
Поцелуя, который снял бы напряжение этой ночи. Поцелуя, который заверил бы меня, что больше прятаться не придется. Поцелуя, который обещал бы, что все будет хорошо.
Этот поцелуй привел к другому и еще к одному, пока мы не стали связаны во всех отношениях. Затаив дыхание, кожа к коже, в полночь, когда Хит был похоронен внутри меня, я перестала запрещать себе влюбляться в Хита Холидэя.
И вместо этого влюбилась в него.
— Знаешь, чего я о тебе не знаю? — спросил Хит, когда мы стояли на кухне следующим утром.
— Чего?
— Какой тебе нравится кофе? Я должен знать. Я видел, как ты пьешь его на работе. Но был слишком занят, пялясь на твою задницу, чтобы вспомнить, добавляла ли ты сливки или сахар.
— Сливки и сахар.
— Сладкий. — Он притянул меня к своей груди. — Как и ты. Я должен был догадаться.
Кофейник заваривался на стойке рядом с нами.
Этим утром мы проспали, потому что он не давал мне уснуть допоздна. Я проснулась в его объятиях, и после того, как он снова занялся со мной любовью, мы запрыгнули в душ, прежде чем переодеться в домашние костюмы. Хит попросил меня провести день здесь с ним. Только мы вдвоем.
Это было лучшее начало года, которое у меня когда-либо было.
— Что будем есть на зав…
Его прервал звонок в дверь.
Он проворчал.
— Вот тебе и день вдвоем.
— Что, если мы просто проигнорируем?
— Хороший план. — Мы стояли неподвижно, устремив взгляды в сторону двери.
В дверь позвонили снова, и не один раз, а пять.
— Есть только один человек, который так делает. — Гай. Я посмотрела на челюсть Хита. Там образовался небольшой синяк, но щетина скрывала большую его часть. — Мы можем не обращать на него внимания.
— Тебе решать, детка.
Мои ноздри раздулись.
— Я не хочу, чтобы он испортил нам день. Но хочу услышать, что он хочет сказать.
— Хорошо.
— Мы дадим ему пять минут. Либо он извинится за это время, либо мы закопаем его в снег.
— Я этим займусь.
Я рассмеялась.
— Легче шоколадного (прим. ред.: героиня говорит фразу «piece of chocolate cake», что в дословном переводе обозначает «кусочек шоколадного торта», оригинальная идиома звучит «a piece of cake» и обозначает «очень легкая задача или достижение»).
Хит открыл рот, но вместо того, чтобы поправить меня, просто улыбнулся.
— Я люблю шоколадный торт.
— Я тоже. Давай испечем его позже.
— Пока ты готовишь.
— Ты справишься.
Он отпустил меня и взял за руку, провожая нас к двери. Он открыл ее, но отступил в сторону, чтобы я могла выйти впереди.
На крыльце
