что он хорош, потому что в этом случае ошибиться будет не так неловко. В любом случае, силушки у этого сукина сына хватало, рана оказалась глубокой.
Я вырвал клинок и услышал рычание. Наверное, мое собственное.
«Босс, ты как?»
«Держись в поле зрения. Кого ты видишь?»
Я не знал, достаточно ли сильным вышло кровотечение, чтобы думать в первую очередь о том, как бы прикрыть рану, а не о том, чтобы встать и обнажить оружие. Пожалуй, все — таки нет. И все же этот Виррой проклятый нож вошел достаточно глубоко. Так что я начал, как выражается Крейгар. сожалеть о выборе жизненного пути.
«Вижу троих, босс.»
Значит, они все — таки хотели меня похитить, потому как чтобы кого — то убить, троих не посылают. Я бы объяснил, почему, но прямо сейчас я еще не закончил рассказывать, что эти гады намеревались сделать со мной, а вам небось не понравится, если я начну постоянно отвлекаться на посторонние материи, к примеру, на то, как работает Организация.
Так, где я остановился? Точно. Я лежал на улице, и кровь хлестала из меня, как из подбитого кабана.
Память у меня на подобные дела хорошая. Я дерусь сколько себя помню, но кажется, чем старше я становлюсь, тем лучше вспоминаю, каково это, драться. Разные мелочи: как болит мое плечо, ушибленное о булыжную мостовую Бесиндо, как я оглядываюсь, вижу опускающегося с высот Лойоша, слышу, как Коти выкрикивает мое имя, хотя в тот момент я этого не слышу — потому что внезапно замечаю двоих нападавших.
Я тут конечно расхвастался, как хорошо я помню свои драки — однако ни за какие коврижки не смогу вытащить из памяти, как я тогда поднялся на ноги, а учитывая, как зверски болела у меня нога, вроде и должен бы запомнить. И все же я стоял, держа Чаролом в левой руке и шпагу в правой, а они приближались.
Чаролом, да будет благословенно его несуществующее сердце, свернулся готовой ударить змеей, и возможно, они от такого слегка забеспокоились. Я имею в виду — это не я заставил его сделать так, заставить Чаролом что — то совершить я вообще не могу, просто иногда он действует сам.
— Подойдете и получите по первое число, сукины дети, — сказал я.
Кажется, это испугало их не настолько сильно, как мне хотелось бы.
«Босс, волшебник вернулся, прямо за уг… а, неважно, его уже нет.»
Из — за угла появилась Коти — и, к слову о мелочах, я помню, как с ножа ее капала наземь кровь. Каждую каплю помню. Неплохо, с сорока — то футов.
Однако два других джарега были куда ближе, вооруженные одинаково — меч и кинжал.
— Ты нужен нам живым, — проговорил один из них.
— Вот так совпадение, — подивился я. — Я себе тоже нужен живым.
— Но если придется, мы тебя убьем. Так что, возможно, ты захочешь облегчить свое положение.
Я непременно сказал бы что — нибудь остроумное, однако они двигались слишком быстро, чтобы мое чувство юмора успело сработать. Рассчитали парни все правильно: оба ударили одновременно, один сверху, другой снизу.
Режущие удары — таким убить сложнее, чем уколом, а я нужен был им живым. Я отвел удар сверху и принял нижний здоровой ногой чуть выше колена; было не больно, однако удар я ощутил. А потом я снова упал, и возникло у меня чувство, что план мог бы сработать и получше. И еще я отключался. Со мной так уже бывало, но сейчас все шло настолько хреново, что я вынужден отметить это отдельно.
Тот, кто меня ранил, внезапно застыл. Очень знакомым образом: так бывает при идеально рассчитанном ударе кинжалом в почку, тело застывает статуей, потому что все мускулы сводит судорогой. А потом клиент просто падает.
Второй развернулся к Коти, но схватиться они уже не успели: Лойош свалился ему прямо на плечо и укусил. В шею, крепко, и остался висеть.
Тот завопил, попытался отшатнуться и смахнуть Лойоша, да только достать мечом того, кто висит прямо на плече и шее, само по себе очень непросто — а кинжал у него был не на той стороне. Бедолага. Мне стоило его пожалеть, наверное?
Яд джарега действует на разных людей по — разному. Так — то он из разряда парализующих и еще вмешивается в работу сердца, однако на одних он действует быстрее, на других медленнее, кто — то его почти и не заметит, кто — то заметит еще как. Во всяком случае, для человека (во всех смыслах) он обычно не смертелен.
Но сильный укус прямо в шею? Такое проймет кого угодно.
— Один из них нужен живым, — произнес я.
— Знаю, — сказала Коти. — Волшебник должен выжить.
«Прости, босс. Этот…»
«Нет — нет. Хорошая работа. Он собирался сделать со мной кое — что неприятное.»
— Второго тоже, скорее всего, получится оживить, — добавила Коти. — Я больше беспокоюсь за тебя.
— Я в порядке, — отозвался я.
— Тода почему ты валяешься на земле?
— Э, вкушаю заслуженный отдых после успешно проведенной операции?
По плану на нас должны были напасть, мы победили бы и оставили в живых как минимум одного из нападающих, чтобы допросить его. Та часть, где я лежал на земле, истекая кровью из ран на обеих ногах, оказалась позднейшим дополнением к плану, и пожалуй, если так подумать, не самым приятным.
Мир вокруг начал кружиться и покачиваться, но я пока еще осознавал, что происходит рядом со мной. Коти отрезала рукава моей куртки и перевязывала мне раны.
— Волшебник, — напомнил я. — Может быть…
— Он в отключке, — сказала она. — Лойош за ним присматривает.
— Тогда ладно. А можно, я тоже отключусь?
— Скоро будет можно, — пробормотала она. — Ты в состоянии сосредоточиться и вызвать Крейгара? Нам нужна помощь, чтобы донести до конторы тебя и волшебника.
Я хотел было сказать, что не уверен, но тут раздался голос Крейгара:
— Я уже тут. Простите, чуть опоздал.
И пока я перебирал ругательные
