Мы спокойно допиваем чай и душевно прощаемся с госпожой Роси, когда на территории поместья показывается господин Мирос.
— Светлого дня, мисс Гвендолин! А я привез вам чудные саженцы кустовой вишни! Предлагаю посадить вдоль ограды в саду между имеющимися деревьями, они прекрасно будут плодоносить и заодно уплотнят засадку.
— Светлого дня, господин Мирос! Вы как нельзя вовремя. Я бы хотела посоветоваться насчет теплицы. Вот, посмотрите список растений, если не сложно. Что скажете?
Мужчина задумчиво изучает исписанный листок и что-то прикидывает в голове.
— Ну что же, по большей части все ясно. Это вполне реально сделать. Стеклодув изготовит затемненные стекла. Соорудим капельный полив. Для проветривания поставим частые, но узкие отверстия в стенах. Должно получиться успешно. Но по некоторым растениям из горных пещер не могу сразу сказать как приживутся, придется пробовать на практике.
— Это просто прекрасно! Завтра же побеседую с господином Гнилом и определимся со сроками возведения теплицы. А теперь пойдемте займемся нашими вишнями.
И я увожу мужчину с собой, мысленно призывая нескольких землероек на помощь. Учитывая количество практики с необычными зверьками, их призыв дается мне все проще. К тому же зверьки поняли, что я не несу какой-либо угрозы, а лишь в обмен на то, что они в общем-то любят делать, предлагаю им лакомства.
Когда фермер отбывает, в очередной раз предложив сотрудничество мне на пару с землеройками, я решаю уделить время списку из трав в библиотеке и прояснить окончательно сведения об их условиях произрастания, чтобы уже вечером обстоятельно поговорить с вампиром и приниматься за возведение теплицы.
Глава 38
Глава 38
Айрис Гвендолин
Литературы по интересующей меня теме в библиотеке оказалось не то чтобы много, но она прояснила большинство интересующих меня вопросов. Лишь по нескольким растениям остался вопрос, поскольку я не уверена что им подойдут условия, требуемые остальным. Рациональнее еще раз поговорить с госпожой Роси и заменить их на несколько иные, я даже выписала на мой взгляд подходящие в список и пометила знаком вопроса. Время уже близится к вечернему, пора взять себя в руки и озаботиться приготовлением ужина. Именно когда я собираюсь на очередной кулинарный подвиг, меня в библиотеке находит Ирган.
— Айрис, вот ты где прячешься. Я тебя ищу по всему дому.
— Поздравляю, нашел, — флегматично отзываюсь. — Теперь твоя очередь.
— В каком смысле? — озадачился мужчина.
— Прятаться. А я буду искать, — честно отвечаю. — Но не факт, что тщательно.
Ирган насмешливо фыркнул.
— Очень смешно. Вообще-то мой старый друг Ларк привез то, чего нам не хватало для проведения ритуала. И моя рука уже полностью в порядке, — мужчина демонстративно поднимает руку и несколько раз сжимает и разжимает пальцы, — если ты не против, я хочу провести его сегодня.
Я разом подобралась. Возможность получить ответы на свои вопросы, хотя бы их часть, безусловно прельщает. И одновременно страшит. Так по крайней мере остается надежда услышать то, что хочется. Но я заталкиваю малодуший вглубь сознания.
— Да, конечно. Я не против.
— Но предупреждаю сразу что могут быть сложности, — уточняет некромант.
— Что ты имеешь в виду? — озадаченно смотрю на него.
— Я имею в виду, что дух вероятнее всего не вспомнит обстоятельства своей гибели. Поскольку присутствовал явный удар по голове, соответственно если бы прижизненная травма и это отразилось на сознании, то она же и сохраняется в посмертии. Поэтому наверняка мы не сможем узнать, что именно случилось в последние дни жизни твоей матери.
Я закрываю глаза и несколько обдумываю полученный ответ.
— Все равно давай попробуем. В любом случае нужно что-то попробовать узнать и придать останки покою.
— Не переживай, духу тоже это пойдет на пользу и он отправится на перерождение, — подбадривает некромант. Пойдем?
Вместе мы направляемся в сторону лаборатории Иргана. Здесь уже часть вещей приготовлена к ритуалу, но мужчина уверенно завершает необходимые действия. Тело прикрыто простыней и располагается на специальном столе. На полу начерчен внушительных размеров идеальный круг, по внешнему краю которого разрисованы ничего не говорящие мне символы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Расставь, пожалуйста, свечи у каждого символа, — мужчина кивает на коробку со свечами, сам при этом тщательно смешивает в пиале какие-то резко пахнущие жидкости.
Я послушно беру свечи и расставляю их в указанных местах. Сейчас не время спорить и своевольничать.
— Поджигать? — спрашиваю закончив.
— Не стоит, я сам, — отзывается Ирган, бросив взгляд на на круг. — Встань рядом со мной и не пересекай линию круга.
Подхожу и становлюсь с правой стороны в шаге от некроманта. Ирган выплескивает пахнущую горьковатыми травами жидкость в центр круга и поджигает ближайшую свечу, начиная что-то проговаривать вслух. Язык мне непонятен, но от зажженной свечи словно дуновением ветра пламя проносится по кругу и все свечи сияют ровным светом. Слова некроманта сливаются в единый поток, который врывается в мою голову и проникает в душу. Через несколько минут слова затихают. Наступает полная тишина, нарушаемая только потрескиванием горящего воска. В середине круга начинает закручиваться сгущающаяся дымка. Еще спустя какое-то время из нее выходит тоненькая фигурка в красивом платье, с лицом очень похожим на мое собственное.
— Кто ты? — спрашивает некромант очевидное.
Но я не вмешиваюсь, а лишь стою рядом, возможно так нужно чтобы не испортить ритуал.
— Элизабет Мэльроуз, — отвечает призрак, и скривившись исправляется, — Элизабет Гвендолин.
— Сколько тебе лет?
— Двадцать три.
Этот ответ дает понять, что погибла моя мать вскоре после того, как оставила нас с отцом.
— Тебе знаком кто-то в этой комнате? — продолжает расспросы некромант.
Призрак внимательно смотрит на него, а затем взгляд упирается в меня. Глаза расширяются.
— Я словно вижу себя. Только глаза… другие. Ну здравствуй, Айрис. Я с твоего рождения знала, что ты будешь на меня похожа.
Я вопросительно смотрю на Иргана, не зная, можно ли мне включаться в разговор. Мужчина лишь сосредоточенно кивает. Мое сердце заходится в бешеном ритме.
— Здравствуй, мама.
Призрак вновь морщится от произнесенного мною слова.
— Я никогда не хотела быть тебе матерью.
— Но как же так? Чем я так плоха? — не выдержав, спрашиваю то, что все эти годы таилось глубоко внутри.
— Тем, что ты хоть на меня и похожа, тем не менее ты нежеланный ребенок от нелюбимого мужчины, — слова бьют наотмашь. — Матушка настояла чтобы выдать меня замуж за Гвендолина в расчете на приличную партию, не считаясь с моей волей и желанием. Но разве материальные блага могут заменить живущие в душе чувства? А ведь у меня был человек, которому я хотела посвятить свою жизнь. И все должно было сложиться иначе.
Что-то глубоко внутри меня обрывается. Неужели любовь матери к своему дитя не безусловна, несмотря на то, в каком союзе оно было рождено? В своих мыслях я представляла, что по каким-то причинам у моей матери не было иного выхода, чтобы меня оставить. И несмотря на прошедшие годы я не в силах вынести того, что просто никогда ей не была нужна. Я не уверена, что у меня хватит духу спросить что-то еще, поэтому благодарна, когда Ирган берет инициативу в свои руки и задает вопросы по существу.
— Вы помните обстоятельства своей гибели?
— Нет, — равнодушный ответ.
— Что последнее вы помните?
— Как я узнала, что любовь всей моей жизни собирается жениться.
— Вы помните как оказались в поместье Мэльроуз?
— Нет.
— Что-то еще можете рассказать об обстоятельствах вашего исчезновения?
— Не помню, — призрак лишь равнодушно пожимает плечами.
— Хочешь что-то еще спросить или заканчивать ритуал? — Ирган тихо обращается, склонившись к моему уху и обдав теплым дыханием.
