– А толку? В него и десятая часть не поместится.
– Ну два ведра… – Обрекать личинок на неминуемую гибель было еще жальче, чем морозить икру.
– Это все равно не выход. В таком маленьком объеме вода быстро испортится, к тому же личинки начнут расти и частью снова придется пожертвовать. Разве что всю каюту затопить, – невесело пошутил доктор.
Полина еще минут пять сосредоточенно смотрела на гроздь, сдвинув брови и покусывая ноготь, потом внезапно просияла и помчалась к капитану.
Станислав Федотович стоял за пультом и разглядывал выведенный на вирт-экран астероид примерно с тем же видом, что зоолог – икру. Даже форма у объектов наблюдения была похожая, грушевидная. Вот только беспокоило капитана не наличие там жизни, а полное ее отсутствие.
– Что-то уж больно тихо. Ни огоньков, ни пограничных запросов, ни ответа на наш.
– Конечно, это же нелегальная станция. – Теодор, напротив, смотрел на экран с азартом охотника в засаде. – Она и должна быть тихой. Подождем, пусть они убедятся, что мы не случайные прохожие и точно знаем, куда прилетели.
– А контрабандисты не могли сменить базу?
– Вряд ли, слишком многое на нее подвязано. Может, просто день не базарный?
– Должен быть базарный. – Навигатор был слегка бледен, но тверд. – Я это учитывал при расчете трассы.
– Станислав Федотович! – вежливо подергала капитана за рукав Полина. – А можно я цистерну возьму?
– Какую еще цистерну? – удивленно оглянулся тот.
– Ну с водой, которая у нас в грузовом отсеке, – с невинным видом пояснила девушка.
– Со святой водой! – возмущенно уточнил Станислав. – Зачем она тебе?
– На исключительно богоугодные цели, – заверила его зоолог. – Личинки скоро вылупятся, им нужен аквариум.
– Возьми ведро, – отмахнулся капитан, снова поворачиваясь к безмолвному астероиду.
– Ну Станислав Федотович! Она все равно протухнет, монастырь же теперь в самом конце трассы!
– Может, и не протухнет, – с сомнением сказал капитан, которого тоже тревожил этот вопрос: поставщик выставил срок годности всего семь дней.
– А личинки без воды точно погибнут!
– Без еды тоже. И это, я тебя уверяю, еще более неприятная смерть. – Станислав вспомнил, как однажды их отряд застрял в полуразрушенной базе и на тринадцатый день двое парней предпочли выйти под вражеский огонь, лишь бы не сходить тихо с ума от голода. Самое обидное, что тем же вечером окружение было прорвано…
– Если добавить в цистерну удобрения и направить в нее мощный пучок света нужного спектра, то через пару дней вода зацветет, – подумав, сообщила Полина. – Вот вам и корм для личинок. Конечно, это не тот вид водорослей, к которому они привыкли, но меракиец говорил, что их раса очень неприхотлива. К тому же споры простейших очень выносливы, их находят даже в открытом космосе. Может, их на первобытную Землю как раз с Мерака и занесло!
– А где мы удобрения возьмем?
– Ну… – Зоолог смущенно почесала нос. – В Средневековье люди вполне успешно удобряли землю навозом. Надо только концентрацию рассчитать.
– О боже, – сказал Теодор, поняв, к чему она клонит. – Надеюсь, ты сама этим займешься?
– В цистерне же три тысячи литров! – возмутилась девушка. – Одна я и за неделю не справлюсь, а водоросли понадобятся уже завтра-послезавтра. Так я поставлю в уголке ведерко, ладно?
– Главное, монахам не признаваться, что мы с их грузом сделали, – вздохнул Станислав, сдаваясь под натиском судьбы и экологии. – Скажем, просто испортилась и вылили.
– Ура!!! – Полина с радостным визгом кинулась ему на шею. – Станислав Федотович, я вас обожаю!
– Есть сигнал, – доложил Дэн, разворачивая диалоговое окошко и отступая в сторону.
– Транспортный корабль «ЛПКВ-231», ваш запрос на посадку получен, – как ни в чем не бывало сообщил контрабандист, будто обычный диспетчер космопорта. Да и выглядел он соответственно: в отглаженной белой рубашке с галстуком, гладко выбритый, с блестящими и тщательно уложенными волосами. – У вас на борту имеется оружие, наркотики, нелегальные пассажиры, ценные предметы старины и искусства?
– Нет, – на автомате ответил Станислав.
– Тогда какого хрена вы сюда приперлись? – возмутился контрабандист, выйдя из образа.
Капитан опомнился и, собравшись, грозно поинтересовался:
– А какого хрена ты меня допрашиваешь? Буду я еще перед всякой шушерой отчитываться! Что везу, все мое.
– Да ладно, мужик, че ты сразу стержни выдергиваешь? – мигом пошел на попятную диспетчер (видать, и впрямь мелкая сошка). – У меня работа такая, лохов и копов фильтровать! Ты от кого?
– Роджера Сакаи знаешь? – рискнул Станислав.
– Ну, – как-то помрачнел и насторожился собеседник.
– Он сейчас на станции?
– Еще чего! – фыркнул диспетчер, окончательно убедив капитана, что здесь этим знакомством лучше не хвастаться.
– Ему крупно повезло, – буркнул Станислав, – я от Балфера.
– Так он же помер, – изумился контрабандист.
– Вот именно. – Капитан вперил в него такой недобрый взгляд, будто пытался определить степень его причастности к этому прискорбному событию и меру возмездия.
– Чего везете-то? – поспешил вернуться к более приятной теме диспетчер. – Мне ж вам торговое место выделить надо в соответствии!
– А может, мы, наоборот, купить хотим?
– Тогда с вас двадцать единиц за вход. Бесплатно только для торговцев.
– Ладно, наркотики, – живо передумал Станислав и, повернувшись к пилоту, приказал: – Покажи товар.
Тед сначала изумленно, а потом возмущенно воззрился на капитана, но все-таки сходил в каюту и принес горшок. Диспетчер одобрительно кивнул, окончательно убедившись в благоненадежности и закононепослушности гостей.
– Третий ряд, девятнадцатое место, – назначил он, сверившись с таблицей. – Торги начнутся в двенадцать ноль-ноль по земному, то есть через девяносто семь минут, и закончатся в шесть утра. Все это время ворота ангара будут закрыты. Сортир внутри есть, кафешка тоже.
– А как тут у вас насчет погаситься? – небрежно поинтересовался Станислав, чтобы диспетчер не догадался, что это, собственно, и есть единственная цель их прилета.
– Гасилка на вылете, – равнодушно сообщил тот, – после торгов включим, а то много вас таких хитрых. Думают, если свободная зона – значит, твори что хочешь. Нетушки, мы тут за порядком следим. Кто разок на «Ярмарке» смухлюет или в «крысу» сыграет, тот сюда никогда не вернется. Потому что не улетит. Идите к седьмому порту, координаты…
По центру астероида зажглись четыре огонька, стандартный стыковочный маяк: верх белый, левый нижний угол зеленый, правый синий. Оказалось, что корабль висит к шлюзу боком, и Тед, нехотя передав горшок Полине, уселся за пульт и принялся разворачивать транспортник.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
