в серой тротуарной плитке. Аудитория могла быть переделанным спортзалом или помещением для брифингов. Изначально, но не сейчас.
Учитель неспешно обходил нашу десятку по периметру комнаты.
— Принципы классической боевой подготовки устарели, — изрёк Эн, — по причине обретения человеком Дара. У нас появились защитные кинетические ауры, что отменяет приоритет укрытия. Мы научились ускорять свой метаболизм, манипулировать временем, выставлять щиты, переделывать мышечную и костную ткань. Наши пули наносят дополнительный урон льдом, огнём и светом. Мы видим или чувствуем врага сквозь перекрытия. Минус маскировка. Так почему бы не отказаться от стереотипов и не ступить на тропу невозможного?
Эн сделал паузу и остановился напротив меня.
Вполоборота.
Окна в аудитории отсутствовали. Сдаётся мне, что не только теоретическими основами нас тут напитывают. Будет и кое-что погорячее.
— Итак, забудьте всё, что вы знали об огнестрельном оружии. Вы можете вести бой с превосходящими силами противника, даже если этот противник обладает спецподготовкой. Общая эффективность огня при этом вырастет на сто десять процентов, количество смертельных попаданий — на шестьдесят четыре процента. Проникшись духом искусства и отточив все базовые ката, вы поймёте, что меткость не имеет значения, ведь пули движутся по предсказуемым траекториям. Вы научитесь убивать в темноте и тумане. Даже иллюзии, сотворенные вражескими фантасмагорами, не смогут вас остановить. Внимание на экран.
Одна из стен превратилась в проектор.
Эн запустил видеоролик с миниатюрного пульта.
Анимационный персонаж двигался, подобно монаху Шаолиня, повторяя элементы заученных ката. В руках персонаж держал пистолеты. Программа вычерчивала углы, окружности, векторы. Условные противники, тоже безликие, падали один за другим. Ролик был снят весьма реалистично. Брызги крови, взрывающиеся головы, естественные движения. Все, кто сталкивался с белой стрелкой, погибали. Беззвучно и неотвратимо.
— Процент выживаемости мастеров ган-ката тоже растёт, — сообщил учитель. — Траектории движения пуль предсказуемы, поэтому от выстрелов можно уклоняться.
— Разве под силу такое человеку? — опешил Прохор.
В группе я знал только его, Алесю Малиновскую и девушку с чёрным каре. Последнюю звали Ириной Котовой — она производила впечатление замкнутой и целеустремлённой особы. Прочие студенты были парнями.
— Обычный человек не в состоянии уклоняться от пуль, — бесстрастно ответил Эн. — Даже с учётом предсказуемых траекторий. Процент выживаемости повышается, если геометрию боя совместить с магическим ускорением и всевозможной кинетикой. Поэтому идеальный мастер ган-ката — хрономаг.
Надеюсь, меня не выдало торжество в глазах.
— Среди вас, — продолжил учитель, — есть воины света, биомаги, пепельщики, призыватели. Это сильные стороны, которые можно использовать.
Эн продолжил своё движение по кругу.
— Запоминайте базовые принципы ган-ката. Первый: позиции участников перестрелки определяют геометрию. Поэтому вы должны молниеносно зафиксировать эти позиции, автоматически проложить векторы и рассчитать углы, а затем быстро поразить цели. Это кажется невероятным, поскольку любой из противников может выстрелить первым. Однако вспомните о предсказуемости. Позиции вражеских бойцов тоже поддаются прогнозированию. Учитывая конфигурацию стандартных помещений и тактику боя в ограниченном пространстве, вы можете применить одну из своих заготовок.
Я слушал учителя, не поворачивая головы.
— Второй принцип: геометрия определяет процент поражения и уклонения. Применяйте ката, чтобы выжить и преуспеть в сложной обстановке.
Мастер вновь остановился, замыкая круг.
— Третий принцип: скорость важнее меткости. Действуя на правильных траекториях, вы не промахнётесь. Этот принцип не распространяется на большие расстояния. Ган-ката разрабатывалось для тесных помещений, а не для снайперской стрельбы.
Учитель развёл руки — и в них сконструировались пистолеты.
Призыватель.
Я так сразу и подумал.
— Четвёртый принцип: два пистолета эффективнее одного. Максимального урона вы достигнете, стреляя с двух рук. — Учитель выполнил несколько перемещений, выцеливая условного противника. Выполнил, глядя перед собой, с каменным лицом и ничего не выражающим взглядом. — Отсюда вытекает, что пистолеты лучше винтовок. И автоматов, само собой.
Эн опустил руки по швам, сдвинув предохранители.
— Пятый принцип: против любого расположения противников разработаны стандартные приёмы. Поэтому нас не интересует творческий подход. Любые погрешности статистически учтены.
— Можно вопрос? — спросила Алеся.
— Слушаю, — холодно ответил наставник.
— Если вся фишка в стандартных приёмах, почему это не работает на простых людях? Нет, я понимаю про укрытия и формальную непредсказуемость боя...
— Третий принцип, — напомнил Эн. — Исход боя зависит от скорости. На скорость влияют физические ограничения стрелка. Однако вы можете себя модифицировать. Ауры, разгон нейроимпульсов, биомагическая коррекция.
— И простолюдины могут? — нахмурился парнишка с длинными волосами, схваченными в пучок.
— Могут, — признал учитель. — Не все, потому что такие операции запрещены в среде мещанского сословия. Да и денег немалых стоит.
— А что с хрономагами? — поинтересовался Прохор.
— Такому бойцу не обязательно останавливать время, — улыбнулся наставник. — Замедления вполне хватит, чтобы вывести из строя от двенадцати до тридцати шести противников. В зависимости от типа оружия и ёмкости магазинов.
— Вы можете рассчитать геометрию для этого зала? — спросил я. — И предугадать число нападающих?
— Есть разница между номинальной и эффективной численностью, — последовал ответ. — В данной аудитории свободно поместится шестьдесят человек. По линиям огня необходимый минимум — шесть человек. Оптимально — восемь. Чем больше, тем выше процент поражения для самих нападающих. Взгляните на модель.
Перевожу глаза на экран.
Картинка меняется. Я вижу аудиторию, в которой проводится тренировка. Наши предшественники рассыпались вокруг мастера и целятся в него двумя пальцами, сложенными в подобие пистолета. Все двигаются, никто не статичен. Мастер быстро и чётко «расстреливает» недорослей, разводя руки под разными углами, падая на одно колено, заводя воображаемые стволы себе за плечи или под локти. Белые линии, окружности и цифры поясняют действия бойца математическим языком.
Изображение замораживается стоп-кадром.
— Естественно, — продолжил учитель, — никто нам не запретит использовать пистолет в качестве ударно-дробящего оружия. А также задействовать приёмы рукопашного боя. Такой подход оптимален для узких коридоров, лестничных площадок и лифтовых кабин. Вот.
На экране разгорелась схватка, явно снятая камерой наблюдения. Быстрый силуэт спускается по лестнице, стреляя, нанося удары, ломая пальцы и суставы врагов. Выкрученные руки, вылетевшие мозги. Локтем в челюсть, рукоятью в висок. Выстрел, перепрыгнуть через тело. Перехватить руку с оружием, защититься живым щитом от противника с кастетом, прострелить обоих, двинуться дальше. Ударить ногой в голову человека пятью ступеньками ниже. Прострелить ногу тому, кто спускается сверху. Добить выстрелом в голову, когда тот упал.
— Идею вы поняли, — сказал учитель, останавливая бойню. — Никаких ограничений по жёсткости приёмов. Грань между стрельбой и рукопашным боем предельно размыта. При
