этом соблюдаются траектории и геометрические конфигурации.
— Есть конфигурация для лестниц? — восхитилась девушка с каре.
— А как же, — хмыкнул дядька. — В отличие от узкого коридора здесь добавляется фактор трёхуровневого размещения противников. И расширение площадок.
Я даже не заметил, когда пистолеты испарились из рук призывателя.
Вот оно, мастерство.
— Патроны заканчиваются, — продолжил лекцию мастер. — И вам необходима перезарядка. Сталкиваемся с потерей темпа. Чтобы этого не произошло, опытный призыватель вытаскивает из ноосферы магазин и внедряет прямиком в рукоять оружия.
В левой руке Эна материализовался ствол.
Учитель неторопливо убрал пульт от настенного экрана, извлёк магазин и поймал налету правой рукой. Небрежным жестом швырнул магазин за спину — тот исчез. Снова выщелкнул магазин. Снова поймал.
Бесконечная карусель.
Смотрел бы и смотрел.
— Не все так умеют, — буркнул Прохор.
— Тренируйтесь, — пожал плечами наставник. — На этом уровне технику призыва может освоить каждый из вас.
Пушка испарилась.
— Есть и другие хитрости, — добавил учитель, глядя на наши жалобные лица. — К примеру, функция автовозврата для каждого магазина в боекомплекте. С привязкой к оружию. Дорого, эксклюзивно, но однажды спасёт вам жизнь. Также рекомендую оружие с выдвижными шипами — они встраиваются в основание рукояти. Редкая модификация. Стоит на вооружении у некоторых спецслужб. Ну, и под заказ выполняется, только умельцев поди поищи.
Глаза Прохора загорелись нездоровым огнём.
Чую — хочет прокачать навык.
— Вернёмся к началу боя, — Эн поднял левую руку с пистолетом. — Чтобы поразить цель, вам надо достать пушку из кобуры, снять флажок предохранителя, передёрнуть затвор. Патрон досылается в патронник. После этого открываем огонь.
Пистолет исчез.
— Чтобы оптимизировать лишние телодвижения, я призываю двадцать шестой «глок». Там физически не предусмотрен флажок. Надо притопить пальцем выступающую часть спускового крючка, затем дожать — и пуля понеслась. К сожалению, остаётся передёргивание затвора. И тут нам на помощь спешат руны. Когда я призываю магазин в рукоять, патрон автоматически досылается в ствол. По факту — второй микропризыв. Как-то так.
«Глок» материализовался в правой руке наставника. Эн, не глядя, выстрелил вправо — пуля ударилась в кинетический барьер, и по невидимой поверхности побежали круги. Словно камень, брошенный в пруд...
Даже не прикоснувшись к затвору.
Пальцы мастера всё ещё смыкались на пустоте, хотя ствол перестал существовать. Превратился в идею, тень безликой ноосферы.
В прошлой жизни я использовал приёмы, имевшие отдалённую связь с ган-ката. Мне доводилось убивать в тёмных и тесных помещениях, не имея возможности толком прицелиться. И всё же я не был готов к обобщениям и смыслам, продемонстрированным учителем Эн.
— Ты, — наставник поманил пальцем девушку с каре. — Подойди ближе.
Ира Котова сделала шаг вперёд.
— Перед нами — одна из сильнейших призывательниц потока, — провозгласил Эн. — Ирина получила третий ранг на инициации. В личном деле госпожи Котовой написано, что она неоднократно участвовала в континентальных соревнованиях по восточным единоборствам. Покажи, на что способна, девочка.
— Шутите? — не выдержала Малиновская. — С боевыми патронами?
— Без патронов, — холодно возразил наставник. — Призываем только оружие.
— Я готова, — сказала Ира.
Эн двинулся вперёд.
Девушка призвала свой пистолет. Кажется, «ворон», я не успел заметить. Вскинула руку, но учитель отвёл её ребром ладони. В правой руке мастера собралась пушка. Котова скользнула вбок и наотмашь ударила рукоятью своего пистолета. Эн нырнул вниз, сделал короткий подшаг и ткнул стволом в рёбра студентки.
Поединок закончился.
— Ган-ката, — сообщил учитель, отступая с пустыми руками, — не для соревнований. Не для красоты. Это искусство убивать. Быстро и наверняка.
Коротко кивнув Ирине, наставник повернулся к нам спиной.
— Приступим к изучению базовых ката.
Остаток отведённого на занятие времени мы посвятили заучиванию простейшего комплекса движений. Двигались синхронно, копируя позы, выпады и развороты учителя. Эн показывал траектории, объяснял логику построения углов и точки поражения условных противников. После нескольких прогонов Эн разбил наши шеренги и расставил всех в порядке, который поначалу казался хаотичным. Затем учитель повторил ката с пальцами рук, сложенными в виде пистолета.
— Схема демонстрирует предполагаемое размещение противников в стандартном помещении квадратного типа, — сказал Эн. — Враги используют холодное оружие. Наша задача — быстрая ликвидация. Нападайте.
Воцарился хаос.
Студенты пытались ткнуть учителя прямыми пальцами в рёбра, достать в шею, глаза и живот. Я присоединился к увлекательной игре, не особо заморачиваясь результатом.
Потому что результат был предсказуем.
Быстрые, отточенные годами практики движения. Блоки, отводы, воображаемые выстрелы. Поражение двух противников одновременно. Использование перекрытых линий. Удары рукоятями несуществующих пистолетов. А самое страшное — учитель ничего не изобретал. Он продублировал показанный ранее комплекс движений, не отступив от канона ни на йоту. Просто атаковал быстрее.
— Предсказуемость, — напомнил Эн. — Встали на прежние места.
Мы двигались, встраивались в общий ритм.
Срастались со своим учителем.
А потом прозвенел звонок.
— Регулярно отрабатывайте этот комплекс, — напутствовал нас учитель. — И уделите максимальное внимание техникам призыва. Я хочу, чтобы к концу первого семестра вы научились вытаскивать из ноосферы оружие.
Парни из нашей подгруппы переглянулись.
Никто из них не верил в успешность столь непосильной задачи.
Призыватели-оружейники тренируются годами, а тут — семестр... Учитель укоризненно покачал головой. По его мнению, любые цели достигаются при наличии волевых качеств.
В коридоре меня догнал Прохор.
— Ты видел его «глоки»?
Обычно немногословный здоровяк прямо светился энтузиазмом. Когда речь заходит о клинках или стволах, Молчун преображается.
— Все видели, — хмыкнул я.
— У меня прошёл факультатив по оружейным модификациям, — доверительно сообщил Прохор. — Учат по всему спектру работать... ну, с огнестрелом тоже.
— Вот как? — оживился я.
— Ещё как, — довольно оскалился мой соотрядник. — Уже на первом курсе будем пули зачаровывать. А на втором и дальше... уух!
— Здорово.
Мы спустились на первый этаж.
— Слушай, Прохор. Это реально... ну, чтобы ты переделывал «глоки» вот под такие задачи? С призывом патрона в ствол?
— Реально, но очень сложно.
— Ясно, — вздохнул я.
— Да ничего тебе не ясно, — медвежья лапища ткнула меня в плечо. — Я научусь. К лету не обещаю, но буду стараться. Пули стихийные точно у вас будут.
Задумчиво киваю.
Стихийный урон — уже хлеб.
Глава 16
— Почему я? — возмутился Ярик. — Ромыч пусть идёт.
— Или Наташа, — перевёл мяч худой
