class="p1">— Додумайся ещё, — пробурчал Роман. — Категорически запрещено правилами внутренней безопасности.
— Тут везде хитрые протоколы и подключение по локальной сети, — пояснил толстяк. — Никто не хочет утечки секретов государственной важности.
Мог бы и сам дорубить.
А что, в твоём мире «Ростехно» позволило бы всем и каждому тащить в штаб-квартиру квантовые блоки или подключаться напрямую к локалке без установки дополнительного софта?
— Держи, — толстяк поставил передо мной внушительную кружку с бело-коричневой бурдой. — Это капуччино.
— Спасибо.
Делаю первый глоток.
Суррогатная дрянь, но коллег надо уважить.
Сдвигаю клаву и провожу пальцами по крышке деревянного контейнера. Пора бы уже разобраться с содержимым ящика Пандоры.
— Прикажи ему открыться, — посоветовал Роман. — Мыслекомандой.
Я отправляю сигнал в пространство, но ящик не реагирует. Пробую сдвинуть крышку пальцами — безрезультатно. Вот же дерьмо...
Протасов закатывает глаза.
— Откуда вас только присылают? Найди руну Кеназ, она активирует цепочку. Положи туда палец, а уж затем приказывай.
Руна Кеназ...
Я вообще не видел на ящике никаких рун.
Хотя...
Вот они, еле заметные закорючки в кружочках. Проступают, реагируя на тепло моей ладони. Память предшественника подсказывает, что Кеназ — это птичка, смахивающая на прямой угол. Две сходящиеся под углом линии. Прикладываю большой палец к руне и посылаю команду:
Откройся.
Крышка плавно скользит в пазах.
Сама по себе.
Внутри — набор вкусняшек. Удостоверение сотрудника тайной канцелярии в айди-формате, с моей фоточкой и указанием должности. Электронный пропуск — пластиковая карта на цепочке... Оба предмета вложены в вертикальные прорези, утопленные во вспененной субстанции. Тут же — пистолет и запасной магазин к нему.
Достаю пушку.
Стоит на предохранителе.
Большой, чёрный. Заточен под девятимиллиметровые патроны. Сразу бросаются в глаза двусторонние органы управления. Тот же предохранитель. Кнопку выброса магазина я могу нажать любой из двух рук. Планка под лазерный целеуказатель и подствольный фонарь в наличии. На стволовой раме и рукояти — рунные цепочки.
Я даже про кофе забыл.
Напоминает пистолет Лебедева, только с совершенно невообразимыми модификациями. Я вспомнил оружейную лекцию в Магикуме, на которой нам показывали навороченный «ворон». Так вот, на моей пушке тоже светились оранжевым магические письмена. Выщелкнув магазин, я убедился в том, что патроны обычные, а вовсе не разрывные с ледяным уроном. Впрочем, ничто не мешает поменять одно на другое, если потребуется. Калибр позволяет.
Что там ещё было в лекции?
Вертинский говорил, что волшебных свойств у огнестрела может быть дофига. Прочность, влагостойкость, защита от перегрева, скорострельность. Бесшумность при отсутствии глушителя. Близкая к нулевой отдача...
А ещё мне понравилась функция автовозврата.
— Это «барс», — сообщил толстяк, наблюдая за моей реакцией. — Нравится?
Рукоять идеально легла в ладонь.
Эргономично.
Вес приятный.
— Что за руны?
— О, — вступил в разговор Протасов. — Я начинаю завидовать этому парню.
Перевожу недоумённый взгляд с пушки на опера.
— Ты на пороге дивных открытий, — пояснил свою мысль Протасов. — Ещё не был в тире, не укладывал зверушек на полигоне. Девственник.
Грызло коротко хохотнул — шутка товарища ему понравилась.
Я вогнал магазин в рукоять.
— Отдача, глушитель, безотказность, — начал перечислять тощий. — Это стандарт для спецподразделений. Автовозврат, опять же. Есть и уникальная характеристика.
— Это какая? — заинтересовался я.
— Распознавание по психопрофилю, — Протасов сделал глоток из своей кружки. — Стрелять из «барса» может только его владелец. И никто другой.
— Что упрощает внутренние расследования, — усмехнулся Ярик. — Согласись, можно превысить полномочия и захерачить вредного соседа. Продумать баллистику, собрать гильзы, обмануть экспертов. Заявить, что оружие у тебя стащили, а ты знать ничего не знаешь, ведать не ведаешь.
— Только не прокатит, — добавил Протасов.
— Опять же, тебя могут обезоружить в драке, — толстяк пробежался пальцами по клавиатуре своего компа. Ожил принтер, затаившийся в одной из ячеек системы хранения. — Убить тебя из твоего же пистолета преступник не сможет.
Делаю глоток из кружки.
И вспоминаю, как инструктор швырнул «ворон» в Громова и призвал оружие обратно.
— А как пользоваться автовозвратом?
Мои коллеги переглянулись.
Протасов выдвинул ящик стола. Достал свою пушку, положил на столешницу.
— Смотри. И учись, студент.
Опер встал, обогнул стол и сделал несколько быстрых шагов в сторону двери. Не глядя, завёл правую руку себе за плечо в характерном жесте. Словно обхватывая невидимую рукоять. «Барс» тут же материализовался в новой точке пространства.
В руке хозяина.
— Браво, маэстро, — толстяк наградил приятеля аплодисментами.
Я отложил своё оружие, поднялся с кресла и отошёл в противоположный угол — к столу неизвестного канцеляриста. И попытался повторить фокус с призывом. Не оборачиваясь.
Пистолет больно ударил по пальцам.
От неожиданности я его чуть не выронил.
— Неплохо для первого раза, — оценил Протасов.
— Практикуйся, — посоветовал консультант. — И не забывай, что дистанция автопризыва ограничена.
— Сколько? — спросил я.
— Метров десять, — пожал плечами толстяк. — Зато работает через стены и потолочные перекрытия.
Возвращаюсь к своему столу и аккуратно укладываю оружие в пористую выемку.
Ярик достаёт из принтера пачку листов, испещрённых мелким шрифтом. Протягивает мне, иезуитски ухмыляясь. Предчувствия недобрые.
— Что это? — спрашиваю я.
— Твоя должностная инструкция.
Глава 15
— Ган-ката неразрывно связано с одарённостью, — тусклым голосом вещал учитель Эн. — Это боевое искусство полностью нарушает представления простолюдинов об огнестрельном оружии. Поэтому бой по принципам ган-ката в реальности невозможен. В реальности без магии.
Я затрудняюсь с определением национальности учителя. Среднеазиатские черты сглаживаются славянскими. Ни имени, ни фамилии, ни перечисления регалий и заслуг.
Просто человек.
Обманчиво неповоротливый и даже массивный, с полными губами и невыразительными водянистыми глазами. Рост — чуть выше среднего. Чёрный полувоенный мундир. Непослушный ёжик чёрных волос. И ни одной кобуры с пистолетами. Не представляю, чему он собрался нас учить...
— Бой с огнестрелом трудно представить без маскировки, прикрытия и линий огня, — продолжил учитель. — Учитываются особенности ландшафта. В том числе, урбанистического. Принято считать, что такая схватка непредсказуема. Кроме того, массированный огонь позволяет уничтожить противника. И всё же, ган-ката нашло применение.
Десять человек, заинтересовавшихся факультативом Эна, выстроились двумя рядами посреди обширного пустого зала со встроенной артефакторикой. На стенах под защитой бронированного стекла висело оружие — пистолеты, короткоствольные автоматы, помповые ружья и дробовики. Пол —
