того отступить ещё дальше.
Как бы противник Барбинери ни пытался пробиться, за одной техникой его встречала другая, потом третья, потом четвёртая. Силы попросту обрушивались на бедного человека, не оставляя ему никаких шансов.
Всё закончилось, естественно, победой Барбинери. И уж больно его тактика сейчас походила на тактику юного дарования.
— А он силён… очень силён… — пробормотал Авриалинтий. — Кажется, мы не замечали за ним этого?
— Раньше он показывал среднестатистические результаты на уровне потенциала во время двух прошлых боёв.
— А сейчас прямо-таки разошёлся.
— Да, господин.
Этот турнир был не просто богат на сюрпризы. Раньше за несколько турниров встретить одарённого удавалось с трудом, а здесь один за другим. И если по поводу Тиа Ло Авриалинтий был спокоен, то вот этот Барбинери вызывал беспокойство. Как называл таких его отец, загадочный путник — человек, по которому очень сложно понять, что он замыслил.
— Хильда? — спросил в никуда Авриалинтий, и за его спиной с вежливой улыбкой откуда ни возьмись взялась Хильда Фоксруд, которая встала рядом с ним с опущенной головой.
— Да, мой достопочтенный господин.
— Поправь, если ошибаюсь, но это ты им занимаешься, верно?
— Да, мой господин.
— Ты знала про его уровень силы?
— Я была наслышана, что он обладает даром, однако потенциал для меня оставался секретом, мой достопочтенный господин, — негромко ответила она.
— Что ты можешь о нём вообще сказать к тому, что уже рассказывала? — спросил он.
— Мне нечего добавить к прошлому докладу, мой достопочтенный господин. Он скрытый, уверенный, обладает хорошей военной подготовкой, возможно, такой же, как у мистера Монж, — бросила она взгляд на коллегу. — Про его преданность нечего сказать, однако я хорошо знаю семью Барбинери, и вряд ли бы они взяли его к себе, не будучи в нём уверенными. Однако его мотивы пока для нас тайна. В данный момент мы ведём расследование по этому поводу, мой достопочтенный господин.
— Только подумать, два юных дарования за один турнир…
Естественно, учитывая хорошую претендентку его сыну, всю их семью проверяли, и, к сожалению, про Гранта с прошлой фамилией Роковски, в узких кругах известного как Бугимена, не было толком ничего.
То, что он запачкал руки в криминальных разборках, не было какой-то новостью в государстве Тринианском. Многие дома вели с ними свои дела, и на фоне их он, по крайней мере, хотя бы боролся с ними, а не наоборот. Хотелось бы верить, что этот человек будет преданно служить государству и его правителю, но на вере страну не построишь. Но и нового чего-то узнать им о нём не удалось.
И такой кадр рисковал стать дальним родственником государственной семьи.
— Плохо, — вздохнул Авриалинтий. — Очень плохо, Хильда.
— Я глубоко извиняюсь перед вами, мой достопочтенный господин.
— Как бы то ни было, как погляжу, он действительно силён. Что скажешь, Серсей, кто из них сильнее: Тиа Ло или Грант Барбинери?
— Если спрашивать по дару, то Барбинери силён, однако Ло, скорее всего, сильнее. Однако у него есть какой-никакой опыт, в отличие от девушки, который может нивелировать их разрыв в силе. Поэтому дать предсказание сложно.
— Зато легко проверить, — ответил он.
Потому что так или иначе, если они действительно самые сильные, то рано или поздно сойдутся в финале, и там уже будет видно, кто из них сильнейший.
Глава 241
Вновь этапы, вновь бойни на арене, в которых я одержал верх.
Всё повторялось раз за разом, от свистка и до вспышки света, когда срабатывала защитная техника. И на этот промежуток арена погружалась в хаос: на ней бушевали воздушные ураганы, лёд заставлял замерзать пот на лице и облака электрических разрядов пронизывали воздух. Иногда доходило до того, что было не видно даже противника, который попросту пропадал в поднятой пыли и стихиях.
За это время я встретил все типы дара: электрический, ледяной, воздушный, огненный, даже дар земли, который встречался достаточно редко. И самым сложным для меня оказался отнюдь не этот противник, а точнее — противница с электрическим даром, а парень, который имел дар воздуха.
Обычно считается, что именно дар электричества самый опасный в дуэли, так как он способен парализовать, разрушать атаки и техники. Последнее было особо актуально, когда надо пробиться через технику.
Но там я попросту задавил девушку силой, заставив сначала немного выдохнуться, а потом уйти в оборону, где и зажал. Однако воздух — он менял правила игры. Когда тебя вот-вот отшлифует песком, как из пескоструйного аппарата, а дымовые завесы попросту не сходят с арены, сражаться гораздо сложнее. Того глядишь, через поднятые пылевые бури тебе в лицо прилетит направленный поток воздуха, который будет подобен копью.
И тем не менее я победил во всех сражениях. Одержал верх, где-то воспользовавшись тактикой, а где-то нагло продавливая собственной силой.
Каждый раз, когда я возвращался на площадку для объявления победителей, людей становилось значительно меньше, вскоре нас было всего восемь человек. Так как выданную одежду запрещалось менять, да и никто не собирался, так как она служила своего рода символом боевых побед, все мы выглядели очень потрёпанными. А ещё уставшими, хмурыми и целеустремлёнными.
Здесь остались лишь самые-самые. Я окидываю взглядом присутствующих. Они все как на подбор с выражением людей, готовых на всё ради победы. В глазах нет и намёка на страх или неуверенность. И среди них всех выделяется больше всех Тиа Ло.
Она единственная крутит головой, будто не понимая, что происходит, и когда мы встречаемся взглядом, неуверенно улыбается и кивает мне. Я отвечаю кивком, приветствуя девушку, и на какое-то мгновение мне кажется, она становится даже немного счастливее. Этой Тие явно неуютно среди такого общества, где я себя чувствую, наоборот, как дома.
И признаться честно, я с замиранием сердца слушаю, когда объявляют следующие пары. Мне везёт, я попадаю в пару какому-то мужчине, когда женщина, одна из трёх
