Читаем без скачивания Афера - Алексей Макеев

Халязин даже застонал, увидев, как вслед за объектом из шестнадцатиэтажного дома выходит лейтенант Власенко, как ни в чем не бывало догоняет девушку, вполне интимно наклоняется к ее уху и начинает банальный уличный треп. При этом он явно предлагает ей услуги по перетаскиванию тяжестей, то и дело хватаясь за ручки сумки.

– Что же ты, паразит, делаешь! – в отчаянии проговорил Халязин, хватаясь за голову. – Что за художественная самодеятельность? Ты же завалишь всю операцию, дубовая башка! Она же тебя раскусит! Кто перед Гуровым отвечать будет?

Власенко никак не мог слышать его стенаний, и у Халязина появилось искушение немедленно выложить ему все по телефону. Но он прекрасно понимал, что неожиданный звонок испортит все окончательно. Поэтому звонить он не стал, а с бьющимся сердцем принялся наблюдать за импровизацией напарника.

К его изумлению, уже через несколько секунд девчонка с облегчением улыбнулась и доверчиво передала свою ношу лейтенанту. Они пошли рядом – плечо к плечу, весело болтая о чем-то, завернули за угол и исчезли. Халязин выругался, нажал на газ и медленно поехал вслед за ними.

Вдруг из-за угла опять появился Власенко – чужая сумка по-прежнему была у него, – призывно махнул рукой Халязину и тут же опять исчез. Капитан начал догадываться, что задумал его молодой, но сметливый напарник, и с энтузиазмом включился в игру.

Едва он выехал из-за угла, как с тротуара ему отчаянно замахал Власенко. Халязин затормозил и с каменным лицом уставился на лейтенанта. Тот просунул голову в кабину и, незаметно подмигнув начальнику, сказал громогласно:

– Слышь, шеф! Выручай! Девушке за Кольцевую надо. Дело жизни и смерти! Она все тебе оплатит – и туда, и обратно. Соглашайся! Ну что тебе, бабки лишние?

Халязин выдержал паузу, сумрачно посмотрел на стоявшую в сторонке девчонку – похоже, эта простушка и в самом деле ни о чем не догадывалась! В ее глазах можно было прочитать только одно желание – поскорее уехать. Она торопилась. И еще ей очень не хотелось таскать на себе тяжелую сумку.

– А точно есть деньги? – грозно спросил Халязин, сверля девчонку взглядом.

Она с отвращением выпятила нижнюю губу, сунула руку в карман джинсов, вытянула оттуда кучу мятых купюр – показала Халязину.

– Да не ломайся, мужик! – небрежно сказал Власенко. – Не прогадаешь, я тебе обещаю! И девушку пожалеть надо.

– Ты тоже едешь, что ли? – поинтересовался Халязин, хмыкнув.

– Я – нет, – с сожалением сказал Власенко. – Не берет она меня с собой, а то бы я с радостью…

– Значит, ищи машину и пристраивайся за нами, – шепотом сказал ему Халязин. – А заодно попробуй связаться с Гуровым. Мне теперь не с руки.

– Понял, – так же шепотом ответил Власенко, а потом обернулся и махнул девушке рукой: – Давай, все нормально! Сейчас сумку в багажник сунем…

– Не надо в багажник, – быстро сказала девушка. – Пускай она со мной будет. И побыстрее, пожалуйста. Там человек в беду попал.

– Где – там? – спросил Халязин, продолжая изображать из себя частника, купившегося на большой калым.

– Я потом объясню. Поехали скорее, а? Нам на северо-запад.

Сумку забросили на заднее сиденье. Туда же залезла девушка, забилась в угол. Власенко захлопнул за ней дверцу, помахал рукой и сразу убежал. Халязин тронулся с места и помчался. С пассажиркой он не разговаривал, незаметно поглядывал в зеркало заднего вида – пытался понять, удалось ли Власенко поймать машину. Пока он никого за собой не замечал. Машин было много, но, по мнению Халязина, ни одна из них не имела отношения к предприимчивому лейтенанту.

«А прыткий оказался мальчишка! – с уважительным удивлением подумал про себя Халязин. – Как он эту обработал? В момент! И с машиной здорово придумал. Ориентируется в ситуации, ничего не скажешь! Пожалуй, опер из него получится. А я уж было в нем разочаровался. Теперь бы вот с Гуровым еще связаться – так вообще больше и мечтать не о чем».

Пассажирка по-прежнему молчала, и Халязин подумал, что небольшое общение им сейчас не помешает.

– Так куда точно едем? – грубовато спросил он, не оборачиваясь. – Северо-запад – понятие растяжимое.

– Нормальное понятие, – ответила девушка. – Географическое. Одним словом, по Ленинградскому шоссе, а дальше я скажу, куда поворачивать. Там будет такой знак… Но это еще далеко. – Она подумала и осторожно добавила: – Километров сто.

Халязин покосился на нее. Этого требовала не только роль, которую он играл, – Халязин и впрямь был удивлен. Сто километров – это было чересчур. Он снова с тоской подумал о Гурове.

– Да ты знаешь, сколько я с тебя сдеру? – с угрозой сказал он. – Или ты думаешь, что я в такую даль за твои красивые глазки гонять буду?

– Да на, подавись! – психанула девушка и вдруг принялась швырять деньги прямо на переднее сиденье рядом с Халязиным. – На! Вот тебе еще! Мало? На еще! На! На!

Кучка на свободном месте выросла приличная, хотя сказать точно, сколько там денег, было сложно. Тем не менее Халязин счел нужным сделать замечание:

– Видать, не бедствуешь? Ишь, швыряешься зелеными! А по виду не скажешь, что такая богатая. Да и тачкой своей не обзавелась…

– Говорят вам, что человек в беду попал! – пробормотала пассажирка, с тревогой глядя в окошко. – Никакая я не богатая. Студентка я, понятно? И деньги эти не мои. Мне дали, чтобы… В общем, вы же согласились ехать! Если раздумали, то высаживайте меня – я такси найму!

– Ладно, не горячись! – сбавляя тон, сказал Халязин. – Сгоняем за милую душу! Скажи спасибо, что я сегодня выходной. Времени свободного вагон. Но уж сдеру я с тебя по полной программе, не сомневайся! Я за так и пальцем не пошевельну, нет такой привычки.

– Оно и видно, – мрачно сказала девушка.

Халязина немного беспокоили посты ГИБДД на улицах. Их было сегодня особенно много, и если бы кто-то тормознул Халязина, ему бы пришлось изо всех сил выкручиваться, чтобы пассажирка ни о чем не догадалась. Это был тот случай, когда свои становились ощутимой помехой. «Избави нас бог от друзей… – повторял мысленно Халязин, посматривая по сторонам. – Эх, знать бы, где сейчас Гуров! Или еще лучше, он бы знал, где мы! А девчонка серьезное что-то задумала. Едет за сто километров, денег не считает, человек у нее, видишь ли, в беду попал!.. Голову даю на отсечение, что фамилия этого человека Калинин!»

Халязин проехал почти всю Москву. Гаишники словно не обращали на него внимания. Такое везение показалось ему неслучайным. И действительно, почти у самого выезда из Москвы его обогнали серые «Жигули». Водитель намеренно проехал так близко, что Халязин вынужден был посмотреть в его сторону. Он терпеть не мог наглецов на дорогах. Но в качестве наглеца на этот раз выступал хорошо знакомый Халязину старший лейтенант Крапивин из его же отдела. Появление его здесь было совершенно неожиданным, но присутствие на заднем сиденье еще одного человека все объясняло. Власенко и тут подтвердил свою расторопность. Он сумел не только раздобыть в кратчайшие сроки машину, но и привлечь к операции еще одного оперативного работника. Вполне возможно, он принял и еще какие-то необходимые меры. Например, каким-то образом оповестил посты ГИБДД по пути следования машины Халязина.

«Нет, толк будет! – с удовлетворением подумал Халязин. – Котелок у парня варит. Нужно будет обратить внимание Льва Ивановича на этого молодца».

В горячке Халязин на какое-то время забыл по сигареты, а когда вспомнил, было уже поздно: они выскочили за границы города и мчались по шоссе. Сворачивать куда-то, чтобы купить сигарет, было неудобно, тем более что всюду за ним неотступно следовали серые «Жигули», то обгоняя, то отставая на некоторое расстояние, но все время находясь рядом.

Девушка ничего не замечала. Она сидела, погруженная в свои думы, и не смотрела по сторонам. Халязину показалось, что она даже ни разу не пошевелилась. Как села, вцепившись в свою сумку, так и просидела почти всю дорогу.

«Интересно, что у нее там? – думал Халязин. – Доллары? Полная сумка долларов? Да нет, вряд ли: она бы ее вообще не подняла. Так что если даже и доллары, то не так много. Но вцепилась она в них мертво. Пожалуй, начни сейчас отбирать – руку откусит».

Пассажирка только один раз забеспокоилась, когда примерно на восьмидесятом километре над ними с треском пролетел легкий вертолет. Халязин поймал в зеркале ее недоуменный взгляд и спокойно пояснил:

– Да это дорожная инспекция! Обычное дело! Они все время вдоль трассы летают. Может, авария где-то крупная. Ваш человек, случайно, не в аварию попал?

– Нет, не в аварию, – лаконично ответила девушка.

Халязина мало интересовал ее ответ. Его самого сильно заинтриговал этот вертолет. Он предположил, что воздушная машина оказалась на этом участке трассы неспроста. Чувствовало его сердце, что Власенко и здесь уже успел подсуетиться. А он вертит как дурак баранку и ничего не знает – для капитана и опытного оперативника совсем несолидно. Впрочем, исправить тут ничего нельзя. Даже позвонить он не может: еще не хватало, чтобы в последний момент девчонка запаниковала и передумала ехать до места.