в гости к нему приходят, начинают распивать. Жена Иванова с Ивановым братом начинает танцевать; она враз в его влюбилась и позабыла свою смерть.
Брат Иванов говорит, тихонько губами шевелит: «Уедем мы со мной за границу дальше жить!» – Вдруг скрутились и зашевелились: «Поедем за границу!.. Как Ивана мы оставим?» – «Да мы возьмем его с собой!» – Взяли его с собой и поехали на пароходе.
Ехали неделю, продолжали больше году и спустили Ваню в воду. Они проехали полгода, поднялась сильная буря. Она так и говорит: «Надо к берегу пристать, да на лугах цветов поискать!» – Враз пристали к берегу, пошли гулять по лугам. Вдруг является старичок, который был раньше с Иваном. – «Здравствуй, умница моя! А где надёжа-то твоя?» – «А поднялась сильная погода и сбросила его в воду».
Медведко, или постоялый медведь
Рассказал Е. С. Саврулин.
В дальних Сибирских краях, в темных лесах дремучих (было в старину это) селения были очень редко. В одном месте станция была 80 верст. Было трудно проезжать ямщикам эту станцию.
Один старичок со старушкой задумали выстроить дом на середине в восьмидесяти верстах. Старик изобрал удобное место, начал строить дом на речке. Только успел поставить небольшую избу, ямщики приезжают. – «Пусти, брат, дедушка, нас покормить». – «Да ведь у нас еще, брат, и припасов-то никаких нету: только начинаем строить!».
Начинает жить. Год от году начинает богатеть. Семейство у него было только – старик да старуха; им уже было лет 60 от роду. И разбогател он сильно от постоялова.
Зазнали об этом разбойники, шайка; задумали ограбить старика. – «Как приловчимся к старику? У него постоянно народ!» «Да нужно так сделать нам: купить обмундированье станового пристава, всей полной стражи генерала-губернатора, подобрать такую шайку человек 12; объяснить старику: изобрать ловкое время к ночи».
Вдруг пых становой пристав в квартеру старика. Ямщиков было полно. Заезжает на двор на тройке, заходит и в избу. «Здравствуйте, старики!» – «Милости просим, Ваше Благородие». – «А кто хозяин дому?» – «А я, батюшка!» – «Вы грамотные?» – «Никак нет!» – «Дак вот вам я привез бланку, дайте прочитать ямщикам!» – «Да потрудитесь сами, Ваше Благородие! Вы ведь люди-то благородны и не обманете!» – «Да, да, дедушка! Я назначаю вам число – через трои сутки – очистить комнаты, чтобы не было никого. Проезжает губернатор, и была бы ему квартера!» – «Батюшка, ведь мы и готовить-то не умеем!» – «А ничего ему не нужно – один самовар!».
Уезжает пристав. Старик делать обиход. На третьи сутки утром пригоняет становой: «В 9 часов вечера губернатор, знать, приедет!» – Старик со старухой проводили пристава. Старуха веником в избе, а старик с метлой на дворе метут и убирают; а ямщики просятся у окна. – «Батюшка, нельзя: только-только вот гляди, губернатор раз и пых. В двух верстах тут вот речка, поезжайте на нее! Дам вам хлеба, дам и вари, и ночуйте вы там!».
После этого враз скоро идет медведчик с медведем. Видит, что ворота полы; он подходит ко двору: «Пустите ночевать!» – А хозяин говорит: «Нельзя, брат, пустить никого!» – «А почему нельзя?» – «Да потому что губернатор приедет; ишь везде у меня чистота!» – «А мне с медведем комната не нужна, и в конюшне можно ночевать; только на поле нельзя!» – Старик подумал. – «Старуха! Он говорит, что в конюшне можно ночевать!» – Старик говорит: «Заходи!».
Медведчик медведя ведет, а медведь в вороты нейдет; он подергал его за цепь, а медведь дурным голосом ревет, а на двор нейдет. – «Вот что, хозяин! У тебя что-нибудь случится сёдни!» – «А что, батюшка?» – «Медведь причину знает. Тащи хлеба кусок, хлеба и соли, поклонись медведю в ноги!» – Принес старик кусок хлеба и соли, кувыркнулся, – медведь пошел, с ревом он на двор. Завел медведя в конюшню, напоил и накормил. Медведь – трахнулся он спать. А медведчик сам лег в ясли; медведчик – сильно он уснул, от усталости своей.
Вдруг что слышит: на дворе шум. И пригнал тут губернатор. Старик ходит с фонарем: на дворе встречает он гостей, а старуха с сальной свечкой встречает на крыльце. Враз заходит вся и свита; полна комната набита. – «Дай-ка, бабка, самовар!» – Подала старуха самовар. Вынимают большую бутыль и с горелкою вина. – «Пейте, братцы, веселее, да живите посмелее!» – губернатор говорит.
Выпили по стакану, – речь пошла тут грубо. – «А где, старик, у тебя деньги?» – «Какие, батюшка, деньги? Все в расходе!» Один из стражников, усастый, вынимает большой нож: «Вот, старик, тебе! деньги, сказывай, где?» – Старик с этого испугу отвязывал с пояска ключ с себя, отворяет им сундук. – «Вот, батюшки, деньги все!» – Сот пяток они достали. – «А еще, старуха, есть?» – «Нету, батюшки!» – «Врешь, старая чертовка!».
Старухе в это время пала мысля про медведчика: «У нас ведь медведчик на дворе еще! и побегу я поскорее!..» «Есть, батюшка, в мешке еще!» – «А где они?» – «А сейчас пойду принесу». – «Ну-ка иди, тащи!» – Старуха выскочила: «Батюшка медведчик, ведь у нас беда! Ведь старика-то навряд ли уж не зарезали!» – «Постой, старуха, не ходи! Маленько погоди, и пойдем вместе со мной!..» «Ну-ка, Михаил о Иваныч, вставай! Пойдем, брат, с нами! Я тебя хлебом накормлю и вином-то напою: пособи нам со старухой!».
Медведь круто он поднялся, а медведчик за цепь скоро взялся. – «Ты, хозяюшка, вперед, а я иду за тобой!» – Медведчик медведя ведет, цепь у него и брякает – как будто медны деньги в мешке. Отворяет старуха дверь. Разбойники пых ко двери. – «Что, старуха? Несешь?» – Медведь живо в избу забегает и начинает разбойников ловить; как которого схватит в лапу, повалит на пол; шестерых убил до смерти, а шестерых забрал под себя; они из-под него хочут вылезать, а он лапой их бьет.
Старик пал на пару лошадей и погнал на речку к ямщикам. – «Вот, батюшки, грабеж!» – Ямщики сели к нему в карету, пригоняют к нему в дом. Нужно следство навести. Пригоняет становой, делает допрос. И старик со старухой – напились они вина и сделались совершенно без ума.
Сказки о нечистой силе
Рассказы о мертвецах
Записано в Воронежской губ. и доставлено Афанасьеву Н. И. Второвым.
1.
В одном селе была девка – лежа́ка, лентяйка, не любила работать, абы как погуторить да побалакать! И вздумала она собрать к себе девок на попрядухи. А в деревнях вестимо уж лежа́ки собирают на попрядухи, а лакомогузки[50] ходят. Вот она собрала на ночь попрядух; они ей прядут, а она их кормит, потчует. То, сё, и разговорились: кто из них смелее? Лежа́ка говорит:
– Я ничего не боюсь!
– Ну, ежели не боишься, – говорят попрядухи, – дак поди мимо погосту[51] к церкви, сними с дверей образ да принеси.
– Хорошо, принесу; только
