у божественных частиц. И у тебя, благодаря Божественным каналам. Далее дело за его удачей и силой воли. Если мальчик выдержит, то к тридцати годам сможет ходить, его каналы полностью откроются, и он станет могущественным практиком, если же сдастся, то энергия уничтожит его изнутри».
Ивор наклонился к Илье и серьезно спросил.
— Ты хотел бы ходить? Как сильно?
— Всей душой!
— А если я скажу, что это возможно, только когда тебе стукнет за тридцать?
— Все равно, лишь бы мог встать!
— И ты сохранишь это желание все эти годы? Ты сможешь держать в сердце эту мысль… Хотя нет, не так. Я знаю, что поможет тебе. Скажи, ты готов ждать тридцать лет, чтобы отомстить Сталеруку?
Илья нахмурился. Его лицо отразило горький гнев.
— Сколько угодно. Я готов отдать все, за возможность вернуть ему в глотку то, что он сделал с моими родителями.
«Браво, ты просто мастер воодушевления, мальчику семь лет, а ты его настраиваешь на вечный путь мести». Валькирия была не очень довольна подобному методу.
«Уж не тебе об этом говорить».
Ивор грубо намекнул Звездочке о том, что подозревает о ее желании мести, отчего та впала в недоумение.
— Ты поверишь мне, если я скажу, что могу помочь, но ты встанешь на ноги совсем не скоро.
— В тридцать лет?
— Именно. Но все это время тебе нужно будет терпеть боль, ведь внутренняя энергия будет циркулировать по неподготовленным, неразвитым жилам. Как только твое тело будет готово, ты сможешь встать.
— Я готов! — без тени раздумий ответил мальчик.
В глазах Ильи было нечто, что заставило Ивора вспомнить взгляд Кейры. В нем тоже было полно надежды и необъяснимой веры во что-то хорошее.
«Что делаем?»
«Тебе нужен напиток из солода, имеется такой? Ячмень, рожь, не важно. Напитай этот его своей энергией, но так, чтобы ее было даже больше, чем жидкости, при этом ты не должен заморозить ее. Солодовые очень быстро растворяются в крови, а значит твоя энергия равномерно наполнит все его каналы и одновременно пробьет их».
— Бабуль, прости за наглость, но не будет ли у тебя квасу? После ужина было бы здорово освежить живот перед сном. — Ивор крикнул пожилой женщине, чем заставил Илью выйти из задумчивости.
— Ох, милый, прости старуху, с этой памятью могу негостеприимной показаться. Конечно, вот только сам в погребок спустись, набери чарку, и разлей себе, да Илейке.
Ивор спустился в погреб, где стояла пузатая деревянная бочка. Он откупорил крышку, ему в нос ударил резкий, но приятный запах кваса.
Набрав чарку до краев, юноша сфокусировался на своей энергии. Выпуская ее через перчатки, он начал наполнять чарку ледяной духовной силой. Поначалу вода покрывалась льдом, но Ивор тут же уменьшил поток, распределяя энергию равномерно по всей жидкости.
Когда он закончил, прошло время, за которое догорает две лучины. Квас в чарке стал неистово холодным и отдавал голубоватыми оттенками.
Поднявшись наверх, Ивор сунул чарку Илье и подмигнул.
— До дна, и даже не думай сачковать, какой бы он холодный ни был, эту чарку ты должен осушить.
Мальчик кивнул, не задавая вопросов. Он пил большими глотками, не проливая ни капли. Запрокидывая голову, Илья поглощал весь квас, что набрал Ивор. Однако, последние глотки давались ему с трудом, ведь он уже чувствовал жгучую боль во всем теле.
Стиснув зубы, он поставил пустую чарку рядом и вытер губы рукавом.
Ивор наблюдал, как застоявшиеся жилы наконец приобретают здоровый оттенок, а энергия в них начинает медленно струиться.
— Я не могу тебе ничего обещать. Многое зависит от твоего желания и силы воли. Но я сделал все, что мог.
— Мне кажется, я чувствую. Внутри меня что-то переливается. Нечто горячее. Оно приносит боль. Теперь так будет всегда?
— Пока ты не вырастешь, а твое тело не окрепнет.
— Я понял. Значит я стерплю! Стерплю, как бы больно мне не было, потому что мои родители… Я хочу хотя бы увидеть их могилу, проститься как следует.
Одинокая слеза скатилась по щеке мальчика, хотя лицо выражало больше целеустремленность, нежели грусть. Он был очень умен в свои годы. Умен и рассудителен.
«Он справится». Кротко подытожила Звездочка.
«Почему ты так решила?»
«Потому что нет управы на две вещи людские, это глупость и желание мести. Даже боги не в силах совладать с этим. Он будет двигаться вперед, пытаться подняться каждый день, пока не сможет твердо стоять на ногах и наконец не прикончит того, кто причинил ему столько боли».
— Ты молодец. — внезапно сказал Ивор.
— Спасибо тебе за это. — Илья посмотрел полными надежды глазами на ледяного практика.
— Постарайся. Сделай так, чтобы весь мир узнал твое имя. Имя Ильи из Мурома.
— Нет, не так. Я не Илья из Мурома. Я Илья Муромец.
Ивор хлопнул мальчика по плечу, снова натягивая на лицо улыбку.
— Когда-нибудь и ты поведай мне о своих приключениях.
Тем временем день подошел к концу. Свет был погашен, и деревня отошла ко сну. В ту ночь, впервые за долгое время Ивора не мучали кошмары. Скопившаяся усталость свалила его с ног, и он спал беспробудным сном до самого утра.
Наутро с первыми петухами ледяной практик поблагодарил Илью и Милицу за еду и ночлег. Пожилая женщина дала ему сверток с едой на дорогу, и юноша ушел на север. Туда, где по словам Держимира находились Тундровые Леса, а также Зимницы — один из главных городов княжества Иса. Именно там располагались две главных академии: Песнь Сирены и Ледяные Истины.
Он шел около семи дней. Природа медленно преображалась, а воздух становился холоднее. Густая зеленая трава сменилась каменистыми холмами, на которых рос темно-зеленый мох и редкие кустарники. Спустя еще неделю погода совсем попортилась, явив собой редкие снежинки, которые, впрочем, сразу же таяли. Дважды Ивор останавливался в различных деревнях и избегал крупных городов. Ночами он пытался постичь технику дыхания под чутким руководством Звездочки.
Вместо сна, каждый раз, едва солнце скрывалось за горизонтом, он устраивал привал и культивировал. Его тело очищалось от примесей.
Прорыв с первого на второй Аркон самый важный. Именно там закрепляется физическая крепость тела и строится прочный фундамент. Тело меняется, открывая новые горизонты для развития. С каждым новым Арконом добавляется важная особенность. Так, например, Аркон рыбы позволяет задерживать дыхание на очень долгое время, а также уменьшает сопротивление воды, чтобы тело могло в ней двигаться
