признаю, удивил даже меня. Хитрый, как лис. Поднимайся, если ты его упустишь, другой возможности наведаться к реке в потусторонний мир мы не найдем так быстро!»
«Ай, не было беды на мою голову. В твоих ногах хотя бы не торчат металлические штуки».
Ивор собрал ледяную силу и прыгнул в Морозное Мерцание, оставив колючки позади. Он появился прямо за спиной Рисбо и тяжелым ударом в голову повалил его на землю.
— Ай-яй-яй! ТЫ!!! Ты чо дерешься, козлина!
Взмахом руки со сложенным истоком Ивор приковал к земле тяжелыми ледяными глыбами руки и ноги беглеца.
— Ладно-ладно, прости, не козлина. Но бить-то зачем так больно?
Рисбо жалобно всхлипнул. Из места чуть выше виска потекла струйка крови.
— Ты очень проблемный. А проблемы я не люблю. Слушай, я отпущу тебя, только отдай монету.
— Не могу! Это единственная память об отце!
Ивор задержал взгляд на ране беглеца, поэтому не заметил, как Рисбо достал из-под ногтя маленькую, тонкую иголку и сомкнув два пальца запустил ее вверх.
Игла взорвалась энергией ветра, распространяя воздушные лезвия в разные стороны, словно мясорубка они начали распространятся, но внезапно схлопнулись, врезавшись друг в друга, а сама игла оказалась в ледяном кубе. Ледяная энергия среагировала моментально, подавив атрибут ветра и заключив его в тюрьму.
Ивор смотрел на висящий в воздухе ледяной куб, который все еще вибрировал, испуская изнутри энергию воздуха, но вскоре успокоился.
«Настолько быстро. Не думал, что Арконы возведут мою реакцию на такой уровень».
«Не только Арконы, не забывай, что Божественные каналы и поглощенная тобой элементальная сущность очень сильно улучшили твой контроль элемента».
У Рисбо дернулся глаз. Он понимал, что его внезапные атаки закончились. Был бы у него старый арсенал, тогда ледяному практику пришлось бы в разы сложнее, но сейчас у него оставались только самые необходимые магические предметы, которые должны помочь ему выжить на чужой земле. К сожалению, когда хазарские воины схватили его, он успел спрятать на себе лишь малую часть своих творений.
Ивор хладнокровно улыбнулся. Он наклонился к хазару и приставил руку к горлу. В ней медленно сформировался ледяной кинжал, который уткнулся лезвием в место основного кровотока.
— Видит Перун, я не хотел тебя убивать. Хотя бы тебя. Но ты не оставляешь мне выбора. Мне правда нужна эта монета. Знаешь, у всех животных есть артерия, вот тут. Когда тушу хотят обескровить, режут именно ее.
— Стой стой стой!!! Подожди! Давай поговорим!
Рисбо занервничал, а голос его дрожал, как лист березки поздней осенью.
— О! Так теперь ты хочешь поговорить. После того, как устроил мне безумную погоню?
— Ну, раз выхода нет, я готов пойти на крайние меры. Скажи, зачем тебе обол?
Убрав клинок, Ивор всем весом сел на грудь лежащего перед ним Рисбо, отчего тот взвыл и закашлялся.
— Раз…давишь же. Почему… ты такой жестокий? Кхе-кхе. — хазар кряхтел и тяжело вздыхал.
— Потерпишь, не помрешь. Я думаю, что твой обол — это артефакт, который может указать путь к реке в потусторонний мир. Очень старый и слабый. Неизвестно, как его активировать, а так уж вышло, что мне жуть как надо на эту самую реку, понимаешь?
— А откуда ты… Ах, да слезь с меня уже, раздавишь, понял я, убегать больше не буду.
— Конечно не будешь, у тебя ледышки на руках и ногах неподъемные. Откуда я знаю, что это артефакт? Скажем так, чуйка у меня на такие вещи, которая никогда не обманывает. Я называю это Звездное чутье. — Юноша встал с хазара и уселся рядом, ожидая ответы.
«Ты когда-нибудь договоришься!» Звездочка все еще не могла привыкнуть к таким шуткам, поэтому всегда попадалась на эти крючки. Чем доставляла Ивору своеобразное удовольствие и подстегивала делать так чаще.
— Раз уж я смыслю в артефактах, давай заключим сделку. Я пойду с тобой, ты поможешь мне не умереть в вашем каганате, взамен я обещаю, что разгадаю принцип работы обола. Но он будет у меня. Я не могу отдать тебе эту вещь. Хоть убей, не могу.
— А сможешь? И где гарантия, что ты не сбежишь при первой же возможности?
— Смогу. Я лучший артефактор в Хазарском каганате, да и Русском, думаю, тоже. Если я не смогу, то никто не сможет. А гарантий нет. Это риск. Вся жизнь, это чертов риск. Но поверь, мне некуда идти, везде ждет смерть, а умирать я пока не хочу. С тобой хоть поживу еще немного. Даю слово под взором великого Тенгри. Клянусь тамгой самого кагана.
Ивор сделал вид, что не осторожничает и легким взмахом убрал ледяные глыбы с конечностей хазара. Рисбо сел и потер руки, болезненно вздыхая. Бежать он не собирался.
Внезапно ледяной практик встал, вытащив что-то из сумки и направился к хазару. Тот пополз назад со страхом в глазах.
— Да тихо ты, не буду я издеваться, успокойся.
Тем, что достал Ивор, была заживляющая мазь. Он аккуратно нанес ее на место удара и туго замотал холщовой тканью.
— Раз уж на то пошло, ты мне нужен живым. Я направляюсь в Зимницы. Там находится Академия, глава которой пригласила меня в ученики. Не думаю, что они радужно примут к себе хазара, учитывая, что Иса пострадала больше всего, но я могу договориться с Ледяной Девой. Тебе выделят комнату. Вряд ли ты сможешь оттуда выйти куда-либо? будешь сидеть взаперти. Большего обещать не могу.
Рисбо нахмурился, что-то прикидывая в голове.
— Ну, выйти не смогу, пока не сделаю нормальный иллюзорный артефакт, меняющий внешность, тогда угрозой будут только высокоуровневые практики, но мы же не собираемся маячить у них перед носом, ведь так? Да и мне достаточно будет комнаты-мастерской. Я обычно все свое время провожу за работой над артефактами. Иначе я бы не смог стать лучшим. Но даже сейчас — это далеко не предел.
Сейчас, вечно ноющий хазар выглядел серьезно. Когда речь шла про работу мозгом и руками, он становился очень сосредоточенным.
Ивор встал, отряхнув задницу от земли и опавшей хвои, и протянул руку своему новому спутнику.
— Я Ивор, не скажу, что рад, но встреча занятная.
Рисбо крепко пожал протянутую ему ладонь и искренне усмехнулся, пытаясь спародировать безразличный тон ледяного практика.
— Не скажу, что польщен, но знакомство интересное. Хотя ты очень злой и жестокий!
Поднявшись, они направились дальше в путь. Это уже была территория княжества Иса, до Зимниц оставалось несколько дней пути.
Весь остаток
