«Что ж, скоро все станет ясно. Катриона не может что-либо долго скрывать».
По пути к озеру они должны были пройти мимо амбара Креспи, где совсем недавно отпраздновали свадьбу Санти и Анны.
– Ты заходил сюда после свадьбы? – с наигранной небрежностью спросила девушка.
«Ах, вот оно что», – подумал про себя Питер, а вслух сказал:
– Нет, как-то не приходилось.
– А мне хотелось бы туда зайти. Может быть, позаимствуем какую-нибудь идею насчет украшения шатра к нашей свадьбе.
– Конечно, – согласился он, – уверен, что синьор Креспи не стал бы возражать…
Корзин с цветами в амбаре не было, но на стенах еще висели зеленые ветки, перевязанные ленточками, и другие украшения. Все стулья стояли вдоль стены, а напротив них находились сдвинутые вместе столы. На одном из них стояли подносы с тарелками и бокалами. Больше всего Катриону обрадовал медный подсвечник с наполовину сгоревшими свечами.
– Если ты зажжешь свечи, – вкрадчиво сказала она, – то нам не потребуется свет луны и можно будет закрыть двери.
Питер послушно зажег свечи, не задавая лишних вопросов. Он даже не поинтересовался, зачем нужно закрывать дверь.
При тусклом свете свечей Катриона ходила по залу, притворно восхищалась его украшением. Кокетливо поглядывая через плечо, девушка жестом пригласила англичанина следовать за ней, но как только он приблизился, вздрогнула и отскочила в сторону, как норовистая лошадка.
Питер терпеливо ждал, когда наконец она откроет свои карты. Ждать пришлось недолго. Внезапно раздался удивленный возглас Катрионы.
– Что там такое? – Питер подошел к ней, стараясь выяснить причину столь бурного выраженного удивления. Неожиданно для самого себя он чуть не расхохотался: в углу, на груде веток, было расстелено шерстяное одеяло, а сверху лежало несколько овечьих шкур, одна из которых была свернута и служила подушкой.
– Мне кажется, что кто-то… вне всякого сомнения, до нас здесь были двое, – сказал Питер, изо всех сил стараясь сдерживать смех.
Катриона подозрительно сощурилась.
– Что ты имеешь в виду?
– Только то, что сказал. До нас здесь побывало двое любовников. – Питер подошел к Катрионе и обнял ее за плечи – девушка бессознательно потянулась к нему всем телом.
С удивлением она подумала, что их тела так же гармоничны, как отрывок прекрасной музыки.
Девушка ощущала тепло его тела, каждое его движение, Неожиданно ее захлестнула теплая волна и все поплыло перед глазами. Это никак не входило в ее планы.
– Любовники? – переспросила она с сомнением.
– Ты слышала когда-нибудь о любовниках, вернее, о влюбленных?
– Ну, да. Это те, кто занимается любовью.
– В общем, ты права.
Катриона быстро повернулась к Питеру.
– Мне бы тоже хотелось стать твоей любовницей, – отважно выпалила она.
– Через неделю наша свадьба, – хрипло ответил Питер, чувствуя, как в нем закипает страсть.
– Зачем ждать так долго? – прошептала коварная соблазнительница.
– Катриона! – простонал он. – Ради всех святых!
Но предательские руки уже расстегивали пуговицы ее платья.
Желтое платье в цветочек упало к ногам Катрионы.
– Нет, давай не будем вспоминать про господа бога и всех его святых – так будет лучше для нас обоих.
За платьем последовали нижние юбки и все остальные многочисленные предметы дамского туалета. Вскоре Катриона предстала перед Питером в коротенькой юбочке и рубашке.
– Ты в самом деле хочешь ждать свадьбы? – игриво спросила она и тут же почувствовала, как горячие руки молодого человека сжали ее в своих объятиях.
– Хочу ли я ждать? – отозвался он эхом. – Теперь ты от меня не уйдешь, моя маленькая колдунья. Ты – моя!
Питер стал на колени на край одеяла, осторожно опустил Катриону рядом с собой и уложил на овечьи шкуры. Затем он разложил на самодельной подушке густые черные кудри девушки.
Катриона легла на бок и свернулась калачиком. В ожидании, затаив дыхание, она наблюдала, как Питер быстро сбрасывает камзол, рубашку и галстук. Обнаженный до пояса, он ничем не отличался от молодых парней, работающих на полях Фридженти: Питер был таким же широкоплечим и мускулистым, с плоским животом и густыми рыжеватыми волосами на груди, только кожа у него была светлее. Глядя на него, девушку охватило странное чувство гордости.
От внимания молодого человека не ускользнуло, что, когда он начал раздеваться, Катриона прикрыла глаза.
– Может быть, погасить свечи? – хрипло спросил он.
– Не нужно, – покачала она головой.
Питер лег рядом и стал нежно ласкать ее тело, чтобы она смогла постепенно привыкнуть к близости обнаженного мужчины.
Он почувствовал, как быстро забилось у Катрионы сердце, когда до нее вдруг дошло, как сильно он ее желает.
– Тебе страшно, Катриона?
– Да, но не того, о чем ты думаешь – это все естественно.
– Тогда чего ты боишься?
– Боюсь, что стану твоей собственностью.
– Мы будем принадлежать друг другу – и я тоже буду принадлежать тебе.
– Я говорю не о физической близости. Мне страшно потерять собственное лицо и право распоряжаться своей жизнью.
– Но это все не так, моя дорогая. Обещаю сделать все, что ты захочешь. О Боже! Катриона, я так хочу тебя.
– Милорд, и я хочу того же, что и вы, – и она придвинулась к нему ближе. Ощутив тяжесть его тела, она неожиданно спросила: – Это правда; что ты знаешь, как избежать беременности?
– Катриона, ради бога! Нашла время спрашивать!
– Нет, я хочу знать.
– Ну, ладно. Это сущая правда, я все знаю!
– Тогда неважно, можешь продолжать.
– Премного благодарен, непременно продолжу. – И молодой человек снова крепко прижал к себе девушку.
Когда некоторое время спустя они тихо лежали рядом, Питер с удовольствием отметил, что непокорная Катриона доверчиво прильнула к его плечу.
– Катриона?
– М-м-м?
– Я знаю, что тебе пришлось пережить не самые прекрасные моменты в твоей жизни, но знай, потом все будет по-другому. Сначала всегда бывает не очень-то приятно.
– Ну, во любом случае, это было не так уж и плохо, – утешающим тоном пробормотала Катриона.
– Знаешь, такая высокая оценка вселяет в меня новые силы, – Питер легонько укусил девушку за кончик уха. – Я хочу доказать вам свою любовь еще раз, и впредь очень много-много раз, миледи.
– Так чего же мы ждем?
– Мне нужно немного перевести дух, прежде чем я снова смогу любить вас так, как вы того заслуживаете.
– Прекрасно. Тогда скажи мне, когда будешь готов. – Катриона придвинулась еще ближе и положила ногу Питеру на бедро.
Молодого человека охватил новый внезапный порыв страсти, и он горячо прошептал:
