Возможно, на тот момент они еще не были союзниками и она искренне полагала, что он испытывает чувства к вам. Вероятно, он даже сыграл на этом ее мнении: подбросил дров в огонь и спровоцировал на применение зелья. А дальше вы должны были романтично спасти его. И начать в него влюбляться.
– Ой, Родвер! А может, она опять его приворожила? – спросила я.
– Нет, мы проверили их обоих. Издалека, но проверили. Приворота там сейчас нет. А вот… на вас есть. Вернее, нечто тоньше приворота. Простите, леди Магрит. Я должен был это сказать.
– Что вы имеете в виду? – изумилась я, а сердце с противным холодком рухнуло вниз.
Неужели это действительно так? Я спасла черноглазого проректора от приворота, а он наложил его на меня? Что можно придумать хуже? Вот я дурочка, несчастная доверчивая идиотка.
Нет, тут что-то другое. Неуловимо другое.
– Родвер, я понимаю, что жертва приворота, как правило, не может объективно оценить происходящее с ней. Но подле меня были вы и профессор Барлор. Кто-то из вас почувствовал бы! – я поняла, что смотрю на Родвера с мольбой, в надежде, что он меня успокоит.
– Выпейте воды, пожалуйста, леди Магрит, не волнуйтесь так. – На лице секретаря мелькнуло беспокойство.
Он стремительно сделал шаг, налил в высокий стакан воды из графина, что стоял на краю стола, и протянул мне. Я растерянно взяла и принялась пить мелкими глотками. Это действительно успокаивало.
– Все не так плохо, главное, что мы смогли выявить это прежде, чем… ваши отношения с проректором перешли на следующую стадию, – сказал он.
Я поняла, что он имел в виду «прежде, чем вы с ним переспали». А ведь я уже задумывалась о времени перехода…
– Никто не замечал, потому что это не было приворотом в классическом понимании. Кроме того зелья, что использовала аспирантка Алир, есть и другие, более тонкие методы запрещенного низшего колдовства. Взгляните на это, – Родвер достал из кармана крохотный пузырек и протянул мне.
От него лишь самую малость исходил аромат магии, ощутить можно, только если специально смотреть, как это сделала сейчас я. Я понятия не имела, что это такое, могла сказать только, что даже сквозь закрытую крышку ощущала, как приятно, невероятно приятно пахнет светло-коричневое содержимое.
Родвер пристально взглянул на меня и протянул руку:
– Разрешите мне забрать, вам не стоит слишком долго дышать этим, – сказал он и решительно взял у меня пузырек. Спрятал его где-то у себя в одежде.
– Духи с привлекающим запахом? – спросила я, уже догадываясь, откуда ветер дует. – Но это не запрещено. Многие мужчины и женщины используют их, чтобы вызвать интерес противоположного пола. Странно только, что есть привкус магии.
– Да, просто духи с привлечением не запрещены, – невесело усмехнулся Родвер, – а вот их настройка на конкретного человека, вы знаете, расценивается как приворот. Эти духи настроены на вас, леди Магрит. Думаю, что приглашал он вас на свидание, еще не используя их. А вот в ресторане он уже был надушен ими, начал нравиться вам все сильнее. Запахи – сильнейший инструмент, вы знаете. А если бы ваши отношения перешли на новую стадию – притом что проректор пользовался бы этими духами, – вы бы уже не смогли думать ни о чем, кроме него. День и ночь. Наверняка он торопил события.
– Откуда они у вас? – обреченно спросила я. Вот, значит, почему Колбин так стремился получить приглашение зайти ко мне, хоть и знал, что это невежливо.
– Сегодня во время обеденного перерыва я почти столкнулся с мэтром Колбином, – с едкой усмешкой сказал Родвер, – и вытащил у него из кармана эту прелесть. Видите ли, люди моей профессии обладают такими навыками. Я предполагал, что флакон у него, поэтому подменил его на такой же, но без настройки на вас. Он не заметит.
– Вы весьма ловкий шпион, – улыбнулась я.
Честно, стало даже немного смешно. Представилось, как Родвер подкарауливает в саду Колбина, идет, делая вид, что ничего не замечает на своем пути, толкает проректора плечом, извиняется и при этом ловко лезет рукой в его карман. Силен разведчик, ничего не скажешь! Уличным воришкам следовало бы поучиться у него.
– Затем я тщательно проверил духи. Мои подозрения подтвердились. Это позволило составить полную картину. Вернее, предполагаемую полную картину.
– И какова она? – спросила я, готовая ко всему: ясно, что ничего хорошего я уже не услышу.
Глава 18
– Операцию по вашему соблазнению проректор, вероятно, задумал без участия аспирантки. Весьма изощренную и сложную операцию. Он, понимаете ли, Магрит, подлец, а не дурак, и интеллект у него весьма тонкий. Он подставился под приворот, позволил жене (о ее желании разорвать отношения он, вероятно, прекрасно знал) узнать о своей измене, позволил вам спасти себя: понимал, что вы не оставите просто так странное поведение и состояние своего приближенного сотрудника. Это спасение дало шанс сблизиться с вами. А дальше… Можно было медленно и красиво соблазнять вас. И возможно, это было бы успешной операцией. Но, видимо, наш герой понимал, что вы – женщина умная, можете заподозрить, что он не столь надежен и порядочен, как хочет казаться. Что его быстрый развод, подверженность привороту и прочее могут в итоге составить у вас не лучшее мнение о нем. Поэтому он решил действовать наверняка. Использовать приворотное зелье с ректором академии слишком рискованно, и он решил применить магию ароматов, ведь, по сути, когда на нем духи, то, во-первых, этот запах сознательно почти не ощущается, а, во-вторых, от него не несет магией. Но ему нужен был тот, кто настроит запах на вас. Знаете, вы когда-нибудь обращали внимание, что у нас весьма законопослушное государство? – Гайнорис усмехнулся. – Не так просто найти специалиста по запрещенному колдовству, а найдя, уговорить использовать его. Вот тут ему снова пригодилась аспирантка, преуспевшая в составлении приворотного зелья. Ведь сам проректор низшей магией не владеет. Они заключили сделку. Она настроила духи на вас. А он оплатил за нее штраф и, вероятно, пообещал золотые горы, руку и сердце, когда операция по вашему соблазнению будет завершена.
Я опустила голову. Снова очень хотелось плакать. Я, Магрит Сайорин, стала жертвой афериста. Противно, унизительно. К тому же в голову просились совсем уж неприятные мысли: я что, настолько неинтересна и непривлекательна как женщина, что за мной можно ухаживать лишь ради состояния, титула, должности и все в этом духе?
Впрочем, есть Бар. Это утешает, не дает поверить в свою несостоятельность.
– Леди Магрит, возьмите, – видимо, Родвер заметил мой поникший вид. Не мог не заметить –
