- Что?
- Я только сейчас понял, что меня так никто не ласкал…
- Прекрасно. – Хрипло ответил я. И я не лукавил, это действительно было прекрасно. Я обхватил губами нежную бусинку соска и поласкал ее внутри язычком. Шел вскрикнул, глухо, но все же мне понравилось слышать реакцию на мои ласки. Я пока не стал что-либо говорить. А просто перешел ко второму, обиженному мной, сосочку. А мой мышонок выгнул спинку.
- Тони, – прошептал он в тот момент, когда я опустился чуть ниже и провел мокрую дорожку по впалому животику.
- Что, Мыш?
- Если ты будешь продолжать в том же направлении - я кончу.
- А разве мы не этого добиваемся? – немного насмешливо спросил я. Он откинулся на спину и запрокинул голову, простонал чуть громче, а я сомкнул пальцы на его возбуждении.
– Конечно, я хотел, чтобы ты кончил от моего члена в твоей сладкой попке, но если ты сделаешь это несколько раз, так будет даже лучше, поверь. – Я надеялся, что все мои манипуляции со словами немного подготовят его, и мне не придется успокаивать Мыша после несовершенного акта.
Я медленно накрыл его головку своими губами, почувствовал, как он застыл и перестал толкаться в мою руку. Но через пару движений он снова вскрикнул. И двинул бедрами навстречу ласке, ища ее, и мне было приятно, правда, я раньше не мог представить, что буду получать удовольствие от минета.
И это мой второй раз, когда я точно знаю, что мне хорошо от тихих стонов и дрожи моего партнера подо мной. Плавно и не спеша, чуть придерживая его бедра рукой, чтобы он не толкался, я мягко раздвинул его точеные ножки и открыл банку со смазкой, которую я кинул на постель сразу как пришел, тут же неподалеку лежала пачка презервативов. Шел не среагировал, когда мои влажные пальцы покружили около его дырочки. А только хрипло простонал.
- Тони…
Я не стал отвечать и просто немного глубже погрузил в себя его член, второй рукой играя с сосочками. Я чувствовал его дрожь и все время прислушивался к дыханию, но он наслаждался, я мог точно сказать, что мой мышонок сейчас ловит приоткрытым ртом воздух и закатывает от восторга глаза.
Пальцы, как и в первый раз, легко погрузились в него, и Шел выдохнул, громко и не сдержанно.
Подготовка моему мышонку была не нужна, но я не мог так просто ворваться в такое нежное, горячее тело и медленно добавил третий палец, а второй рукой нащупал упаковку презервативов. Но Шел удивил, протянув мне раскрытый, я отстранился от него и убрал пальцы.
- Шел, малыш мой, ты только не думай, что ты нужен мне лишь для траха.
Он снова не ответил, только покачал головой.
– Посмотри на меня. – Тихо попросил я, когда накрыл его собой и раздвинул ножки. Его реснички трепетали, и он медленно раскрыл свои затуманенные страстью глаза, посмотрел на меня. Я улыбнулся и поцеловал его в уголок глаза, нежно и не спеша по контуру лица, дорожка влажных поцелуев до уголка губ и мягкий толчок в его горячую дырочку.
- Мммм… - он попытался закрыть глаза и отвернуться, но я не позволил.
- Маленький, только смотри на меня и слушай.
Я взял его дрожащую руку и положил себе на грудь.
– Слышишь? Это ты заставляешь его так биться. Ты.
Он шокированно смотрел на меня, и вдруг глаза наполнялись слезами, а бедра самопроизвольно подались ко мне.
- Тони. Пожалуйста. – Прохрипел он. Я оперся рукой о кровать, а второй держал его тонкую ладошку у своего, бешено стучащего от всего сразу, сердца. Сделал плавный толчок в него и, не отпуская наш зрительный контакт, медленно проговорил:
- Ты мой. И я никуда тебя не отпущу. Никогда. Мой мышонок.
Он вскрикнул и вдруг обнял меня за шею и сам поцеловал, а я уже не мог остановиться, делал сильные, размашистые толчки в его потрясающее тело. Через несколько толчков мой малыш оторвался от моих губ и выгнул спинку, сам подался на мой член. Обвил ногами мою талию и протяжно застонал.
- Еще.
Мне, если честно, давно снесло крышу, и я, уже не думая, подхватил его и опрокинулся на бок.
Сильно. Несдержанно. Всепоглощающе. Страстно.
В какой-то момент мой мышонок оказался сверху, и то, что он творил - поразило меня. Ритмично, немного крутя попкой, сжимая меня внутри своего тела, он не издавал ни звука, а только дышал. Тяжело, на вдохе.
- Шел! – я обхватил его тонкую талию руками и немного затормозил. – Тише, мышонок, тише.
- Тони, я люблю тебя. – Слезливо, почти рыдание. И я только понял - парень в истерике, оттого ли, что у него получилось просто заняться со мной любовью, оттого ли, что он сверху, я сам не понял. Но притянул его к себе и, гладя по спинке, медленно покачивался. Чтобы не потерять ту ниточку наслаждения, что была между нами.
- Тебе хорошо?
Если бы мои поклонники услышали это, это была бы новость года. Но мы были одни, и я мог вести себя как человек, потому что мне, черт возьми, было важно, что он чувствует, когда я в нем!
- Да. Пожалуйста, не нужно меня ненавидеть. Я не специально. Я не хотел, просто ты такой красивый, заботливый, добрый, мой… - с каждым словом истерика усиливалась, и он начал рыдать.
– Не останавливайся… - прорыдал он мне в шею и сам насадился на меня.
Вцепившись мне в плечи, он приподнялся и начал двигать бедрами. Я такого никогда не видел, он плакал и стонал, двигался и пытался еще что-то сказать. Я мягко перехватил инициативу, и он снова оказался прижат ко мне.
- Тихо, я понимаю, тихо. Ты мое солнышко, мышонок мой, сладкий, тихо, вот так… так хочу в тебя врываться сильней… позволишь показать тебе, как ты мне нужен? – я пока не мог просто шлепнуть его или укусить. Мне казалось, что так с ним поступали все его бывшие насильники. Да, именно насильники, потому что назвать их его любовниками у меня язык не поворачивался.
Он поцеловал меня, прикусывая кожу на шее, и я принял это как знак согласия. Немного подождал и шлепнул его по нежной ягодице. Шел застыл.
Я не убрал руку с места удара и немного сжал кожу, подбросил бедра. Он шокированно раскрыл ротик и вдруг улыбнулся, наклонился и прошептал:
- Значит, слухи не врут?
Я ухмыльнулся. Он был зареванный, красный от смущения, но шальные глаза блестели лукавством.
- Почти.
Я обхватил его ягодицы и стиснул, прижимая его к своему паху сильнее, и резче задвигал бедрами. Он не был узкий или тугой, но он подходил мне идеально.
И его глаза говорили о восторге. И я ловил каждую перемену на его лице после своих действий. И был обрадован, когда Шел запрокинул голову и гортанно застонал, кончил мне на живот.
