Что касается его нынешнего проекта — завершения разработки «секретного оружия» или «системы обороны», то в нем я обнаружил самый корень и сущность зла, после чего окончательно убедился в своем решении, что Магрусер действительно должен умереть!
Было уже начало четвертого утра, и огонь в камине почти погас. Пока Кроу ходил на кухню, чтобы приготовить легкую закуску, я подбросил поленьев в огонь и вздрогнул — отнюдь не только из-за ночного холода. Рассказ Кроу и его манера изложения настолько захватили меня, что я начал расхаживать по комнате, размышляя над всем услышанным, в том числе о заявленном намерении Кроу… убить?.. Штурма Магрусера, который теперь, судя по всему, был мертв.
Проходя мимо стола Кроу, я заметил старинную фамильную Библию в двух томах. Новый Завет был открыт, но я не посмотрел, на какой книге или главе. На столе также лежали несколько книг по криптологии, нумерологии, даже одна по астрологии, к которой, насколько я знал, обладавший научным складом ума Кроу никогда не питал особой веры или интереса. Среди них был основательно зачитанный экземпляр «Заметок по дешифровке кодов, криптограмм и древних надписей» Уэлмсли, а также открытый блокнот с таинственными набросками и диаграммами. Мой друг действительно был занятым человеком.
Кроу принес сыр и крекеры, а затем продолжил свой рассказ, снова намекнув на чудовищную мощь «секретного оружия» Магрусера.
— Анри, — начал он, — среди Оркнейских островов есть один островок, который до середины 1961 года был зеленым и красивым прибежищем для морских птиц. Слишком маленький и уединенный, чтобы на нем кто-то поселился, и слишком холодный и открытый всем стихиям зимой, он оставался необитаемым, и на нем редко бывали люди. Магрусер купил его, какое-то время работал там, а в феврале шестьдесят второго…
— Да?
— Пыльная буря!
— Пыльная буря? — переспросил я. — Какие-то химикаты?
Кроу пожал плечами.
— Не знаю в точности, как работает его оружие, мне известен лишь его результат, а также то, что для приведения его в действие требуется огромное количество энергии. Судя по тому, что мне удалось выяснить, он использовал для своего эксперимента на Оркнейских островах силы природы, чудовищную энергию грозы. Да, и еще одно: это оружие — вовсе не система обороны!
— И, конечно, тебе известно, — спросил я, — что он собирался сделать с помощью этого оружия?
— И это тоже, — кивнул он. — Он намеревался уничтожить мир, превратить нас в дикарей, вернуть нас в Темные времена. Короче говоря, нанести удар, от которого человечество никогда бы не оправилось.
— Но…
— Дай мне договорить. Магрусер намеревался превратить мир в пустыню, начать цепную реакцию, которую невозможно было бы остановить. Возможно, могло быть даже хуже. Он мог поставить своей целью полное уничтожение человечества — вообще без выживших!
— У тебя были подтверждения?
— Были доказательства… Что касается подтверждения — он ведь мертв, не так ли?
— Значит, ты действительно его убил?
— Да.
— Какие доказательства у тебя были? — помолчав, спросил я.
— На самом деле — три типа доказательств, — ответил он, снова расслабившись в кресле. — Первое: свидетельства моих собственных пяти чувств, и, возможно, шестого чувства, благодаря которому я узнал его с самого начала. Второе: тот факт, что он проводил свои эксперименты и в других местах, всегда с одним и тем же результатом. И третье…
— Да?
— Сведения, которые я получил по правительственным каналам. В молодости я работал на Министерство обороны, Анри. Ты знал об этом? В то время оно называлось Военным департаментом. Во время войны я расшифровывал для них коды и консультировал их на тему оккультных интересов Гитлера.
— Нет, — сказал я. — Никогда про это не знал.
— Ну, конечно же, нет, — ответил он. — Никто не знает моего числа, Анри, — он улыбнулся. — Ты знал, что сразу за восточногерманской границей в Берлине якобы хранится в бункере экземпляр «Некрономикона»? И знал ли ты, что к Гитлеру в его последний час подошел в его собственном бункере некий еврей — можешь себе представить? — еврей, который прошептал ему что-то, прежде чем тот покончил с собой? Полагаю, я знаю, что он прошептал, Анри. Думаю, он произнес слова: «Я знаю тебя, Адольф Гитлер!»
— Титус, — сказал я, — во всей этой истории слишком много свободных концов, которые я пытаюсь связать воедино. Ты дал мне множество намеков, и тем не менее…
— Все сойдется, Анри, — успокоил он меня. — Все сойдется. Дай мне продолжить…
Когда я обнаружил, что двухмиллионный заказ Магрусера от Министерства обороны был вовсе не заказом, но всего лишь использованием оборудования стоимостью в два миллиона фунтов, и как только я понял, что это за оборудование, я догадался, что он замышляет. В довершение, мне, наконец, позвонили из Британского музея, и я получил всю информацию, которая мне требовалась, но лишь после того, когда я действительно встретился с ним лицом к лицу.
Во-первых — правительственное «оборудование», на которое Магрусер сумел наложить руки: атомные бомбы стоимостью в два миллиона фунтов!
IV
— Что? — изумленно переспросил я. — Ты шутишь!
— Нет, — ответил он, — я не шучу. Они должны были обеспечить его энергией, необходимой, чтобы привести в действие его смертоносное оружие, начать цепную реакцию. Магрусер умел убеждать, и, можешь поверить мне, сейчас некоторым лицам в определенных правительственных кругах придется поплатиться. Я сообщил куда следует, естественно, анонимно, о том, что он собирался сделать, и о гибели, которой миру едва удалось избежать. Семь стран, Анри, и семь атомных бомб. Семь одновременных взрывов, приводящих в действие его собственное, куда более ужасное оружие, цепную реакцию, которая должна была распространиться по всему миру!
— Но… как… когда это должно было случиться? — запинаясь, спросил я.
— Сегодня, — ответил он, — в десять утра, через пять часов с небольшим. Бомбы уже стояли наготове на его заводах, ожидая назначенного времени. Сейчас, конечно, их уже убрали, а заводы уничтожили. Теперь Британии придется отвечать перед главами шести иностранных государств, и наверняка покатятся головы рангом пониже. Но все будет очень тихо, и мир никогда об этом не узнает.
— Но какова была его цель? — спросил я. — Он что, сумасшедший?
Кроу покачал головой.
— Сумасшедший? Нет. Хотя он и был рожден людьми, он даже не был человеком в полном смысле этого слова. Или, возможно, он был более чем человеком. Некоей силой, мощью…
Неделю назад я был на домашней вечеринке у своего друга из Министерства обороны. Там должен был присутствовать Магрусер, и именно потому там был и я. Должен сказать, что для этого пришлось кое-что организовать, причем весьма осторожно, поскольку я не мог позволить, чтобы кто-либо узнал о моих подозрениях. Впрочем, кто бы все равно мне поверил?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
