друг друга. У Гали двое мальчишек-сорванцов и муж. О достоинствах последнего умолчу, ибо таковые мною не замечены. Довольно блеклое создание, совершенно не ценящее свою лучшую половину. Так или иначе, Галя женщина бойкая, все успевает и тащит на себе семью как ломовая лошадь. В общем, у нее идеальный брак.
Галя подружилась с Риччи на следующий день, после появления пса в моей жизни. Сегодня она зашла ко мне около шести часов вечера и повела Риччи на прогулку. Тот был счастлив и безмерно ей признателен. Позже у Гали не будет времени прохлаждаться – придет муж с работы. Уставший, голодный и обиженный на весь белый свет. Надо кормить, ублажать, холить и лелеять это сокровище.
Я напялила на себя кигуруми лисы, надвинула на лоб капюшон, и мне стало тепло и уютно. Толстый хвост свешивался с талии и безвольно болтался позади меня. Едва передвигая ноги, поплелась на кухню немного перекусить. Быстренько разогрела куриную ляжку и тут в дверь позвонили – похоже, нагулялась уже Галя с Риччи. Быстро, однако! Видать, загонял пес мою подругу вусмерть – шустрый он не в меру, и страшно любопытный.
Я с жадностью откусила курятину, сунула аппетитную ногу в рот и пошла открывать. Широко распахнула входную дверь, да так и замерла с куриной ногой в зубах. Это были не Галя и Риччи. На пороге стоял граф Рокотов в роскошном сером пальто и с огромной корзиной фруктов. Увидев меня в образе лисы, он расплылся в широкой улыбке и с трудом сдержал смех:
– Добрый вечер.
– Здрассьте, – попятилась я и вынула курицу изо рта. Но лучше выглядеть от этого не стала. – Я думала, это соседка… Она с Риччи гуляет, – потерянно пробормотала я.
– Мне войти можно? – он по-прежнему улыбался. – Или я не вовремя?
– Да, конечно, конечно… – я продолжала пятиться назад и уперлась пятой точкой в комод. Дальше отступать было некуда. Ну не могла я повернуться к Алексу спиной и показать свой немыслимый рыжий хвост. – Проходи, пожалуйста.
– Позвонил твоему боссу, а он сказал, ты разболелась. Вот, зашел навестить. Как себя чувствуешь?
– Нормально, температура была небольшая, теперь все О`кей. Чай будешь? – я, наконец, вспомнила о правилах гостеприимства.
– Не откажусь.
Я пропустила Рокотова вперед, а сама бочком просочилась на кухню. Алекс начал доставать из корзины провизию. Оказалось, он принес не только фрукты, но и еще много чего вкусного.
– Прошел строжайший фейсконтроль прежде чем попал в подъезд, – сообщил Рокотов, – Мимо бабулек даже муха не пролетит незамеченной. Им бы на границе служить. Дал старушкам взятку в виде винограда и апельсинов. Теперь они меня искренне уважают и почти любят. Старушки мне дверь открыли и рассказали, что ты совсем разболелась, даже с Риччи гуляет какая-то Галя.
– Подожди минутку, – попросила я. – Переоденусь и вернусь.
– Ты очень симпатичная лиса, – лукаво улыбнулся Алекс. – Не надо переодеваться.
Ну вот, еще один, похоже, с фантазиями. Какой граф и дворовая девка? Граф – смелый охотник, и его добыча – Лиса Патрикеевна.
– Нет, лучше все-таки переоденусь, – пробормотала я и оставила охотника на лис разбираться с провиантом.
Когда через пару минут я вернулась на кухню. Стол ломился от изысканных яств. Воздух пах фруктами, копченостями и какими-то ароматными пряностями. У меня просто слюнки потекли. Янтарный виноград, персики, традиционные апельсины (как же без них болеть?), нарезки мясные и рыбные, мед, шоколад и еще что-то в коробочках и баночках – все это теснилось и громоздилось на небольшом столике.
– Мы этого за год не съедим, – всплеснула я руками. – Зачем так всего много? Как ты это вообще дотащил?
– Корзинку хорошую в магазине подобрали. Емкую. В нее много всего полезло. Хочешь сказать, у тебя холодильник забит продуктами? Что-то я в этом сильно сомневаюсь.
– Ну да, вообще-то ты прав. Но я мало ем когда болею.
– Кстати, тебе лучше лечь. Не возражаешь, я похозяйничаю на кухне? Отдыхай, а я тебе чай и бутерброды в постель подам.
Я почти вприпрыжку помчалась на диван и закуталась в плед. Вот чего мне хотелось последние два дня – чтобы за мной поухаживали! А я буду болеть, и наслаждаться этим. И немного капризничать. Самую малость!
В дверь снова позвонили. Я не успела подняться, как услышала приказ Алекса:
– Не вставай, я открою.
Звонкий лай Риччи оповестил о том, что пес очень рад видеть Рокотова. Галя моментально слила Алексу все о моем самочувствии. Потом она заглянула в дверь и отчитала меня:
– Не прикидывайся, что все хорошо. Нечего из себя героиню строить! У нее ночью бред был, представляете? – крикнула Галя Рокотову. – Она Вам врет, что все нормально. Не верьте ей!
– Галя, сгинь! – рыкнула я.
– Все, все, уже ухожу, – засмеялась соседка.
Алекс вручил ей кулек с фруктами, и она просто растаяла от удовольствия:
– Вот спасибо! Мальчишки рады будут!
– Смотри, Васеньке своему не скорми все. Он уже большой и жрет за десятерых, – дала я наставление Гале. – Детей угости и сама поешь.
– Да ладно, он мужик неплохой, – коротко хохотнула она в ответ.
Ну, Галя, конечно, своего мужа избаловала. Васенька, милый, любимый, драгоценный. Лучший кусочек ему, как главе семьи. В клюве принести и в рот положить. Но если ее это радует и не особо напрягает, почему и нет?
Через четверть часа Алекс принес поднос с горячим чаем, фруктами, бутербродами и шоколадкой.
– Чай с медом и лимоном. Пей пока горячий, при простуде очень хорошо, – он протянул мне чашку. – Осторожно, не обожгись.
Чай был ароматный, пах летом, праздностью и отпуском в деревне. Приятное тепло разлилось по всему телу. Рокотов уселся рядом со мной в кресло и тоже пил чай. Он заставлял меня есть, и, очевидно, был уверен, что у меня полностью отсутствует аппетит. В этом он заблуждался. Я только сейчас поняла, как сильно проголодалась и была готова съесть корову целиком. Поэтому с удовольствием налегала на бутерброды с ветчиной.
– Ты из-за моей дурости простудилась, – Алекс поставил чашку на столик и пощупал мой лоб. Его рука была приятно прохладной. – У тебя, похоже, температура поднимается.
– Нет, это просто горячий чай, – но возражать Рокотову было бесполезно.
Он протянул мне градусник и оказался прав. Температура медленно, но верно поползла вверх. Алекс принес мне еще чаю. Меня начало знобить.
– Иди домой, – попросила я Рокотова, – Мне спать пора. Сон –
