Ты — моя новая мечта, — говорит он.
— Мы едем в Ванкувер. Позвони своему агенту прямо сейчас и скажи ему, что принимаешь предложение. — Я скрещиваю руки на груди. — Или я позвоню мистеру Монро и скажу ему об этом сама.
— Ты уверена? Ты действительно поедешь со мной?
Я слышу надежду в его голосе. И киваю.
— Да.
Трэвис наклоняется над столом. Его рука обхватывает мою шею, и он притягивает меня ближе, прежде чем его губы касаются моих.
— Я чертовски люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю, — говорю я, чувствуя, как меня охватывает волнение от того, что нас ждет в будущем.
К тому времени, как мы возвращаемся в коттедж, я немного успокоилась. Возможно, это как-то связано с текстовым сообщением, которое я получила от Алессандро. Он сфотографировал нас с Трэвисом в закусочной и отправил фотографию. Честно говоря, я думала, что уехать одной будет лучше. Я не ожидала, что это вызовет у меня беспокойство. Я не сказала Трэвису, что позвонила отцу. И не сказала ему, что мои брат и дядя сейчас в городе. Я надеюсь, что они выполнят приказ отца и будут держаться подальше.
— Хочешь забраться в джакузи? — спрашивает меня Трэвис.
Я смотрю мимо него на раздвижные стеклянные двери. Джакузи стоит на террасе, с которой открывается вид на двор и озеро на краю участка. Я морщу нос.
— Как ты думаешь, сколько людей трахались в этой штуке?
— Наверное, много. Мы можем пополнить их ряды. — Трэвис двигает бровями вверх-вниз.
— Нет, давай не будем. — Я качаю головой. — Это отвратительно, и там наверняка можно что-то подхватить.
— Хочешь посмотреть фильм?
— Конечно, но выбираю я. — Я плюхаюсь на диван, стягиваю с него плед и накрываюсь им.
— Ничего не имею против, — говорит Трэвис, садясь рядом со мной. Он берет меня на руки и прижимает спиной к своей груди, а его ноги располагаются по обе стороны от моего тела.
— Знаешь, девушка может привыкнуть к этому. — Я вздыхаю.
— Привыкнуть к чему?
— К домашнему блаженству с Трэвисом О’Нилом.
— Надеюсь, что так, потому что я не собираюсь тебя отпускать.
Я листаю каналы и останавливаюсь на повторе «50 первых свиданий». На середине фильма я поднимаю глаза на Трэвиса.
— Что бы ты сделал, если бы я забыла нас?
— Я бы никогда не позволил тебе забыть, Лили. Кроме того, как, черт возьми, ты можешь забыть, что любишь это? — Он обводит рукой свое лицо.
— Это очень красивое лицо, — говорю я ему.
— Ты только что назвала меня красивым? — Трэвис смеется.
— Мы оба знаем, что ты хорош собой. Не притворяйся, что не знаешь, что твое лицо разбивает сердца по всей стране.
— Меня интересует только твое сердце. Мне плевать на всех остальных.
Мой телефон вибрирует на кофейном столике. Я протягиваю руку, беру его и обнаруживаю еще одно сообщение от Алессандро.
— Это мой брат, — говорю я Трэвису, прежде чем нажать на уведомление.
Алессандро: Это были фотографы. Мы отправили их подальше.
Я: Спасибо.
Алессандро: В любое время, сестренка. Развлекайся, но не слишком. Я возвращаюсь домой.
Я: Папа разрешил тебе оставить меня здесь одну?
Алессандро: Не говори глупостей. Дядя Лука останется в городе.
Я закатываю глаза. Конечно, он останется.
Я: Я люблю тебя.
Алессандро: Люблю тебя.
Я кладу телефон обратно на стол и ловлю взгляд Трэвиса.
— Все в порядке? — спрашивает он.
— Угу, отлично. — Я переворачиваюсь, поднимаюсь по его телу и целую его.
Глава двадцать вторая
Трэвис
Это был лучший отдых в моей жизни. И это на сто процентов связано с моей спутницей. Целая неделя, проведенная наедине с Лили, закрепила тот факт, что я больше не хочу жить без нее. Я хочу, чтобы она лежала в моей постели каждую гребаную ночь. Я хочу начинать с ней каждый день.
Именно поэтому сейчас, когда я везу ее обратно в город, каждая клетка моего существа хочет вернуться обратно. Я знаю, что как только мы снова окажемся в черте города, реальность настигнет нас. Она захочет поехать домой к родителям, а утром ей нужно будет идти на работу.
— Ты ужасно тихий, — говорит Лили, глядя на меня с пассажирского сиденья.
— М-м-м...
— Что случилось?
— Я не хочу тебя отдавать. Я хочу оставить тебя себе и не делить тебя со всеми остальными, — говорю я ей.
— Ты ни с кем меня не делишь, Трэвис. Я твоя.
— Я должен делить тебя с твоей семьей. Я знаю, что говорю глупости. — Я слышу, насколько глупо это звучит, как только слова покидают мой рот. Но все это не меняет того факта, что я действительно так думаю.
— Пройдет всего шесть недель, и мы оба окажемся в Ванкувере. Вместе, — говорит она.
Мы решили, что я отправлюсь первым, а Лили планирует приехать, когда начнется сезон. Мне не нравится эта идея. Я хотел, чтобы мы уехали из Нью-Йорка вместе, но она настаивает на том, что ей нужно предупредить на работе о своем уходе раньше, чем за несколько недель.
— А еще я собираюсь навещать тебя каждые выходные, — добавляет она.
— Я знаю, но я не хочу проводить ни одного дня в разлуке, детка.
— Мне жаль... — Ее голос срывается, а взгляд опускается на колени.
— Это не твоя вина. — Я беру ее руку и подношу к губам. — У нас была замечательная неделя.
— Согласна. — Она улыбается, и я клянусь, что сделаю все, что в моих силах, чтобы видеть эту улыбку на ее лице как можно чаще.
— Когда мы скажем твоим родителям, что ты переезжаешь?
— Мы не скажем. Я сделаю это сама. После того как ты уедешь из города. Так будет безопаснее. — Она смеется.
— Я не боюсь твоего отца, Лили, — говорю я ей. Это ложь. Было бы глупостью не бояться этого человека, но я никогда не признаюсь в этом вслух и никому не покажу этот страх. Она должна знать, что я готов на все ради нее. Что ее
