в пользу одного решения, а я опять на другой стороне баррикад.
— Ты чем-то расстроен? — поинтересовался Гор, когда я вернулся в кабину.
— Еще как расстроен. Покапль и Технос решили припомнить друг другу все обидки в самый неподходящий момент, а еще…
— Что еще?
— А еще я не могу достучаться до Лулы. Она вне зоны действия сети.
— Давно вне зоны?
Лула чуть ли не единственное существо, к которому дракон питает хоть какую-то симпатию. Я почувствовал, как он запереживал.
— Как только мы влетели в границы Города, я пишу ей сообщения. Ответа пока нет.
— Надо ее найти, парень, — потребовал Гор.
— А я спорю? Где ты предлагаешь ее искать?
— Не знаю, она так-то твоя женщина, — дракон тут же перевалил проблему на меня.
— Погоди… сообщение пришло…
— От Лулы? — с надеждой спросил Гор.
— Не от Лулы. От нашего индейца большого змея. Пишет, в его районе начинаются беспорядки. Надо лететь туда.
— А Лулу искать…
— Вот там и поищем. Где ей еще быть, как не там.
Гор взлетел, взяв курс в район био-богов. По пути он привычно старчески бурчал. Я так же привычно его бурчание игнорировал.
Предусмотрительно сели на прежнем пустыре, чтоб не привлекать лишнего внимания. Оставив дракона, я отправился к дому Чгука, рассчитывая получить от него пояснения, но до дома его не дошел. Потребность в дополнительной информации отпала сама собой, когда я увидел бредущую по улице толпу.
Боги несли транспаранты, дудели в дудки, били в барабаны и выкрикивали требования. Какие именно требования, я в этой какофонии разобрать не смог, но посчитал упущением то, что массы проводят манифестацию без участия профсоюза. Вообще не порядок. Я, как лидер профсоюзных сил города богов, заранее негодую.
Когда толпа поравнялась со мной, я технично влился в ее ряды. Ну а что? По большому счету я тоже био-бог. Представитель отряда приматов, вид — гомо сапиенс вульгарус, что в переводе значит — человек обыкновенный. Чем я хуже? Очевидно, что ничем.
Оказавшись внутри процессии, я начал различать отдельные выкрики: «правящая верхушка захватила власть»… «долой правительство». На мой взгляд заявления странные. Зачем правящей верхушке захватывать власть, если она и так уже правящая? Впрочем, для митингов логика и не требуется.
Как говорил Леня Азадовский: «мне не нужна логика, мне нужен компромат». В случае с протестными митингами дело обстоит даже проще. Тут не нужно и компромата. Из простого факта наличия власти у верхушки делается вывод, подкупающий своей прямотой: правительство долой. И в условиях такой политической турбулентности Покапль с Техносом решили устроить референдум. Либо я чего-то не понимаю, либо они сильно погорячились.
А манифестация не думает сворачиваться. Напротив, чем дальше идет толпа, тем больше богов в нее вливается. За час с небольшим она разрослась в многотысячную демонстрацию, целенаправленно бредущую в сторону правительственного квартала. Не знал, что район био-богов так велик.
Дело пахнет керосином. Что такое цветная революция, мне известно. И если наш профсоюз не принимал участия в организации сего мероприятия, это вовсе не значит, что оно организовалось само собой стихийно. Так не бывает. Должны быть подстрекатели.
Я начал осторожно оглядываться по сторонам и вскоре обнаружил этих неявных организаторов, рассредоточенных в толпе. Они даже имели отличительную черту. Яркую желтую куртку или рубашку. Видимо по внешнему виду они могли друг друга распознавать издалека.
Понаблюдав за тем, как организована вся эта майданная кухня, я понял, что у них есть иерархия. Рядовые подстрекатели следуют указаниям десятников. А немного спустя я определил их главного, который время от времени подавал один и тот же знак. И как только он подавал этот знак, десятники повторяли за ним, а все остальные как по команде начинали кричать лозунги, раззадоривая и разогревая толпу. Я так понял, толпа постоянно должна находиться на эмоциональном взводе, чтоб ненароком не включилось критическое мышление.
Я стал постепенно смещаться в сторону главного, пока не поравнялся с ним, и только отгораживался парой обычных, если можно так выразиться, демонстрантов. В какой-то миг к главному подошел один из старшин желторубашечников. Я как бы между делом сместился ближе, фактически я оказался прямо за их спинами.
— Смотри, как огромная толпа, — сказал старшина главному.
— Что с того? Сам знаешь, это всего лишь стадо. Хорошо, если к вечеру останется хотя бы половина.
— Так а я о чем! Захватим правительственный квартал, пока они все на кураже. Верняк будет.
— Верняк, говоришь? — главный скептически хмыкнул.
— Всяко больше шансов, чем ждать результатов референдума. Как проголосуют горожане еще неизвестно. А так один рывок, и мы в дамках.
— В дамках, говоришь… — главный отрицающе покачал головой, — … а вдруг не в дамках? Слышал про оловянную армию?
— Да что она сделает? Мы бессмертные боги.
— У меня четкая инструкция, — пресек дискуссию главный, — Никакой самодеятельностью заниматься не будем.
— Я не предлагаю самодеятельность, — возразил желторубашечник, — Поговори с заказчиком. Скажи, что это наш шанс.
— С заказчиком… — протянул главный с сомнением в голосе, — … тогда надо идти в штаб.
— Пока эта толпа прется в центр, успеем туда и обратно, — заверил старшина.
— Хорошо, — решился главный, — Но не мы, а я. Я до штаба, ты за главного.
Главный выбрался из толпы и быстро зашагал в обратном направлении. Прямо на ходу он снял свою яркую куртку, вывернул на изнанку и надел снова. Теперь его куртка обрела неприметный серый цвет. Я тоже выбрался из толпы и пошел следом.
Из разговора этих двоих я понял, что они никакие не борцы за идею, а всего лишь наёмники. Профессиональные политтехнологи, работающие на некого заказчика. Если мне удастся проследить и узнать, кто заказчик, уверен, я узнаю, кто устраивает диверсии с хаосом.
Минут пятнадцать я шел быстрым шагом, отставая от политтехнолога шагов на тридцать. Любопытно, почему он не списался с заказчиком через чат, а пошел лично? Слишком важный вопрос, чтоб обсуждать его в переписке? Или заказчик не местный, не подключенный к городской системе?
Преследуемый неожиданно взбежал на крыльцо обычного бара, распахнул дверь и зашел внутрь. Я замедлился, перейдя на прогулочный шаг. Если он заскочил на минуту, чтобы пропустить стаканчик сомы, то мне лучше вовсе остановиться и подождать, когда он выйдет. Но… вряд ли он будет тратить время на выпивку… очень вряд ли.
Дойдя до двери
