— У меня было время разобраться, и я поняла, что слушала твои песни как в полусне. — Голос ее доносился издалека, Стиви как бы отвечала себе самой, а не разговаривала со своим спутником.
— Но ведь это еще далеко не все, Стиви.
Она легонько вздохнула. Провести Джо не удалось.
— Ты обещал ответить на мой вопрос, помнишь, о том, что ты чувствуешь после концерта? — Ей хотелось сменить тему.
Ну ладно, малышка, я тоже сыграю по твоим правилам, во всяком случае, сейчас.
— Необыкновенный подъем и радость, только это длится всего лишь мгновения. Примерно то же, что и во время выступления, а потом все куда-то уходит. Может, тебе покажется странным, но сразу по окончании выступления накатывает что-то вроде депрессии.
— Не могу в это поверить.
Джо взял ее за руку. Стиви почувствовала, как велико его желание обладать ею прямо здесь, на пряже, однако узнав о том, что предназначенная для нее одной песня, так глубоко запавшая в душу, была всего лишь привычным завершением шоу, она исполнилась решимости держать Джо на максимально возможном расстоянии.
Они прошли еще десяток метров. Внезапно Джо остановился, продолжая держать руку Стиви.
— Никакой это был не полусон, дорогая. Непонятная сила толкает нас друг к другу. Сначала я пытался отрицать это, отказывался поверить в то, что между нами что-то существует. Но у меня ничего не вышло. Вот почему я вернулся за тобой в Денвер. — Джо подступил ближе, разжал пальцы, сжимавшие кисть Стиви, и положил обе ладони на ее лицо.
Кончики больших пальцев, едва касаясь, ласкали ее кожу, губы нежно, медленно накрыли ее рот. Воздух вокруг как-то разом сгустился. Губы Стиви раскрылись навстречу поцелую, она почувствовала, как мужские ладони скользнули по ее плечам вниз, к спине, затем под блузку. Их прикосновение оказалось таким жарким и чувственным, что потребовалась вся ее воля, чтобы успеть остановить его, чтобы избежать неотвратимо надвигавшееся. И все же сказать ему «нет» было еще труднее. Один поцелуй целиком подчинял ее чувства его желаниям.
— Я… я не могу этого сделать, Джо.
Он неохотно выпустил Стиви из своих объятий, признавая в душе ее правоту. У него просто не было права желать Стиви с той силой, что бушевала сейчас в нем.
Девушка повернулась к нему спиной и медленно побрела вдоль берега по дорожке оставленных ими же следов. Дойдя до брошенных туфелек, Стиви подхватила их и продолжила свой путь через опустевшее шоссе в сторону гостиницы. Джо шел где-то позади.
В кабине лифта не было сказано ни слова. Джо открыл дверь номера и несколько секунд простоял у порога в надежде, что Стиви все же передумает и зайдет.
— Я действительно имела в виду то, что сказала. — Стиви стояла у дверного косяка.
В молчании Джо долго не сводил с нее глаз.
— Увидимся утром. — Она была не в состоянии вынести этот изучающий взгляд и повернулась, чтобы уйти, но в этот момент Джо негромко заговорил. Губы его сложились в твердую прямую линию.
— Не понимаю, неужели между нами все должно быть так сложно? Мне казалось…
— Я знаю, что тебе казалось, Джо, но ты ошибался. Как ошибалась и я, когда думала, что ты действительно пел ту песню только для меня.
— Но так оно и было.
— Ну еще бы. Всего лишь благодаря тому, что я в тот момент сидела в зале. Не будь меня там, ты спел бы ее другой. Номер под занавес, если так можно сказать.
— Понял. Кто тебе объяснил все это? — Кончиками пальцев он вновь коснулся ее щеки.
— Не имеет значения. — Стиви отстранилась от ласки. — Это же правда, не так ли?
— Правда заключается в том, что мы всегда исполняем под конец что-нибудь подобное, и я всегда при этом обращаюсь к залу. Но эту песню, Стиви, я пел только для тебя. Для тебя одной. — Взгляд его обжигал. — Сегодня вечером было между нами что-то такое…
Было, но недолго. Стиви пришлось отвести глаза в сторону.
— Славная песенка, Джо, но она ничего не изменила в наших отношениях. Придет утро, и ты опять оставишь меня — в другой гостинице, с другой запиской и, конечно же, с деньгами, чтобы добраться до дома. Для тебя это будет нечто вроде той же песенки — номер под занавес. Больше я такого не допущу. — Она развернулась и решительным шагом направилась к своей двери.
Стоя в коридоре, Джо услышал, как щелкнул закрытый изнутри замок. Он вернулся в комнату, устало сел на край постели, принялся стаскивать ботинки.
Черт побери! Невеселые мысли бродили в его голове. Да ведь Стиви не может не знать, что он сердцем пел эту песню. И все же ей мало. Конечно, она хочет куда большего. Но я не могу дать ей то, чего она так желает. Пускай едет домой и находит там кого-нибудь другого.
Он заснул. Тревожные сны опять лишили его покоя. Впервые за долгие годы он вновь видел Кэти; та стояла перед ним, такая же, как в ночь перед аварией — смеющаяся, дразнящая, она уверяла Джо в том, что он навеки будет принадлежать ей одной, что она никогда его не отпустит.
Внезапно он проснулся, мокрый от пота, мучимый сознанием вины. С усилием сел в постели, затем поднялся, прошел через комнату. Резким движением раздвинул тяжелые шторы, скрывавшие дверь на балкон. В темном небе одиноко висела луна, заливая своим мертвенным светом все вокруг. Сердце Джо отчаянно пыталось уйти от ставшей привычной несвободы.
Сон Стиви тоже оказался беспокойным и прерывистым. Она рано встала, приняла душ, оделась, уложила вещи и спустилась в вестибюль, чтобы отправить Гарри по факсу изложенные на бумаге наблюдения и выводы. Завтра газета поместит первую страницу ее дорожного дневника, повествующую о начале пути в компании Джо Девлина и его группы.
Часом позже Стиви с интересом разглядывала изнутри переоборудованный для дальних поездок автобус группы. Салон поражал своей продуманностью: настоящая гостиница на колесах, с откидными постелями, кухонькой, туалетом и душем, телевизором и удобными креслами.
В одном из них она и устроилась, рассчитывая восполнить недостаток ночного сна. Взять интервью у членов группы можно будет и позже. Под размеренное, плавное покачивание огромной серебристой машины, мчавшейся по бескрайним просторам сельской Америки, она быстро задремала и проснулась только в каком-то алабамском городке, где они остановились пообедать.
— Пойдемте, мисс Стиви, продолжим знакомство со старой доброй южной кухней, которая вам так пришлась по вкусу. Бифштекс по-деревенски пробовали? — услышала она над собой голос Аллена Ли.
— Нет, но уверена, что он-то меня и ждет, так?
