явно испытывая неловкость, и отвёл взгляд со словами:
— Уверен, ему сразу же всё донесли, я специально не накладывал заглушающие чары. Кстати, извини. Мне по-прежнему не нравится, что ты лгала, однако ситуация слишком неординарная, я допускаю, что в таком сложно сразу признаться. Но всё, что я сказал насчёт помолвки — правда.
Допускает он. Дошло, наконец! Я промолчала и, тоже борясь с неизвестно откуда взявшейся неловкостью, осторожно подошла к женщине. Её серые глаза казались потухшими и смотрели в одну точку, как у слепых. Мои браслеты снова нагрелись, только теперь гораздо сильнее. Я вдруг вспомнила занятия с Дорганом и строчки из учебника, где говорилось, что «Касание души» применяется в том числе в подобных случаях. А если попытаться применить дар? Вдруг у меня получится выйти на связь с душой бывшей портальщицы?
Быстро, чтобы не передумать, подошла к удивлённому Никею и протянула руки, спросив:
— Можешь открыть браслеты хотя бы наполовину? Хочу кое-что попробовать!
Блордрак мою просьбу выполнять не торопился и смотрел с подозрением.
— Что именно ты собираешься сделать? — уточнил он, нахмурившись.
— Попробовать «Касание души». Меня же этому учили. Вдруг поможет.
— Даже не думай! — категорично возразил целитель. — Ты ещё ничего толком не умеешь, застрянешь вместе с ней в безвременье и что тогда?
Вот же упрямый! Значит, ему в одиночку против Доргана можно, а мне вообще ничего нельзя? Снова двойные стандарты. Так мы никогда ничего не узнаем!
— А ты на что? Подстрахуешь. Я осторожно. Ну, посмотри, у меня уже почти ожог! Больно! — Я снова потрясла у него перед носом браслетами. Тонкий металл и впрямь обжигал так, что кожа под ним, особенно на запястьях, слегка покраснела.
Блордрак поочерёдно приложил свою ладонь к пострадавшим запястьям, и краснота ушла, но через минуту появилась снова, а я скривилась от боли, вызванной прикосновением горячего металла. Адское изобретение — эти браслеты. А если в такой момент поблизости не окажется сильного и обученного мага, они руки прожгут?! Или это только мне так везёт?
Никей вздохнул и неохотно снял браслеты совсем, строго проворчав:
— Ладно, только осторожно и не больше двух минут. Задержишься дольше, я тебя сразу вытащу.
К делу я приступила даже с некоторым энтузиазмом. Почему-то была уверена, что всё получится. Настроилась, как учил Дорган, и попыталась наладить зрительный контакт с женщиной. Это было непросто, учитывая, что на внешние раздражители она не реагировала, но я настойчиво продолжала попытку за попыткой и в какой-то момент просто провалилась в темноту.
Судя по ощущениям, я оказалась в узком замкнутом пространстве. Стараясь не паниковать, начала медленно двигаться на ощупь, скользя ладонями по гладким холодным стенам. Но вот ощущение под руками изменилось, словно это уже был не камень, а дерево. Кажется, я нащупала дверь. Попыталась её открыть. После долгих усилий она слегка поддалась, приоткрывшись на пару миллиметров и впустив тонюсенький лучик света, но больше, несмотря на все старания, не открылась.
— Оставь, — раздался позади незнакомый хриплый женский голос. — Я столько лет не видела света. Пусть хоть так…
Фраза оборвалась тяжёлым вздохом. Я резко обернулась и увидела во мраке силуэт женщины в кресле. Она сидела в той же позе, что и портальщица у окна.
— Эйра Майгорс? — спросила я дрогнувшим голосом.
Неужели это она?! А что это тогда за комната? Или снова мысленный образ, подкинутый воображением, как с междумирьем? В учебниках я ни о чём подобном не читала. Впрочем, в них вообще мало толковой теории — всё написано как-то слишком обтекаемо и туманно.
— Кто здесь? — требовательно спросила женщина, приподнимаясь и пытаясь меня разглядеть.
Я стала ближе к полоске света, не зная, как лучше представиться и что сказать. Ситуация была более чем странной: там, в комнате, эта женщина казалась живым трупом, а здесь в тёмной, тесной коробчонке она говорила и двигалась.
— Адела! — удивлённо воскликнула эйра Майгорс, видимо, в полумраке приняв меня за маму.
Ох уж это фамильное сходство! Я собралась было её разубедить, но потом передумала. Времени на объяснения мало. Вдруг с мамой она будет откровеннее.
— Да, это я. Что с вами случилось? — Осторожно подошла ближе и остановилась возле кресла. Я не видела её лица, только слегка обрисованные контуры. — Почему вы здесь, в темноте?
Женщина внезапно схватила меня за руку и резко дёрнула на себя, причитая:
— Как же так? Они уверяли, что ты умерла, и требовали сказать, куда вели порталы, что я для тебя сделала!
Я с трудом удержалась на ногах, ухватившись за подлокотник кресла. Так, значит, мама всё же что-то у неё заказывала!
— Кто они?! — уточнила взволнованно, надеясь, что сейчас хоть что-нибудь прояснится, а то всё только запутывается!
— Королевские каратели, — выдала собеседница шокирующий ответ. — Во всяком случае, они были в форме. Да и в мозгах ковыряться так, как они, больше никто не умеет.
Вот это новости! С чего бы стражам порядка интересоваться моей мамой? Или они так расследовали их с Блордраком убийство? Но ещё больше удивило другое.
— Ковыряться в мозгах?! Они просматривали ваши воспоминания?! — Разве это возможно, вот так, сразу, без специального разрешения?
— Да, не поверили, что порталы самонастраивающиеся, и я не знаю, куда они вели.
— А как они вообще про них узнали?
— Нашли. Трясли у меня под носом одним из тех зелёных кристаллов, — устало отмахнулась Эйра Майгорс, — долго в голове копошились, а потом… я оказалась здесь. Даже не знаю, сколько времени прошло, неделя, две, месяц?
Ага, тринадцать лет, вообще-то. Я тяжело вздохнула, не зная, как ей об этом сказать, да и стоит ли? А в следующую секунду меня завертело, словно в воронке водоворота, и выбросило обратно. По глазам резанул свет заходящего солнца. Даже приглушённый шторами, после той темноты он показался мне ослепительным.
Сначала перед глазами всё расплывалось, а когда получилось сфокусироваться, в поле зрения появился встревоженный Блордрак. Он был бледным, а из носа почему-то стекала тоненькая струйка крови. Я машинально достала платок и протянула ему, осторожно поинтересовавшись:
— Что произошло? У тебя кровь.
Он также на автомате убрал следы крови и сунул платок в карман, сердито проворчав:
— Что случилось? Ты там застряла почти на десять минут, я тебя еле вытащил! Что ж, сам дурак, не нужно было тебя слушать!
Десять минут! Удивительно, а мне показалось, что прошло не больше двух. Я прислушалась к себе, оценивая общее состояние. Есть небольшая слабость и лёгкое головокружение, но это не критично. Целителю сейчас явно приходится хуже, наверное, из-за проблем с принятием дара.
— Правильно сделал, что послушал. Мне
