class="p1">— Пора добавить нам компанию, — усмехнулся я. Мои пальцы вспыхнули синевой духовной энергии, а Плюм выпустил из пасти золотистый луч, вплетаясь в магический поток.
Древесина затрещала, оживая под нашей силой. Старая ручка отвалилась, и на ее месте выросла новая — не железная, а словно слепленная из самой тени. Она извивалась, принимая форму сжатого кулака, а затем обрела детали: суставы, ногти, даже шрамы на костяшках.
— Кто без стука — получит по зубам, — провозгласил я, выжигая руну прямо в воздухе. Знак врезался в дверь, заставив её дрогнуть.
Плюм фыркнул, и искра из его шерсти вплелась в заклинание. Теперь ручка дышала энергией, пульсируя как живая.
— Проверим… — щёлкнул я пальцами.
Из коридора донёсся шорох — Настасья несла бельё. Ручка дёрнулась, разжалась и рявкнула хриплым голосом:
— Пошла на ***, сволочь! Не видишь — частная собственность!
Молния, тонкая как игла, вырвалась из кулака и ударила в пол, оставив дымящуюся метку. Настасья вскрикнула, уронив корзину, а Плюм закатился от смеха, превратившись в клубок искр.
— Работает, — кивнул я одобрительно. — Только мат подредактировать надо…
Ручка в ответ показала средний палец, и новая молния прожгла потолок.
— Или нет, — вздохнул я, глядя на дымящуюся дыру. — Так будет даже лучше.
Но на этом я решил не останавливаться. Чувствуя вдохновение, я прошел в центр подвала. Швырнув плащ на стул и опустившись на колени, я почувствовал, как холод каменного пола въелся в кости. Перед моим внутренним оком глубоко внизу находилась куча глинистого слоя, рядом поблескивал мешок кварцевого щебня. Плюм, извиваясь огненным червем вокруг запястья, оставлял на руке золотистые завитки — его любимый способ подбадривать меня перед ритуалом.
«Надо бы и свою строительную бригаду организовать», — проворчал я, проводя ладонью по каменным плитам. Сила ударила в глину с шипением, будто попала на раскаленную сковороду. Одна из плит треснула и на поверхность вспенилась земляная жижа. Материал задымился, сжимаясь и пульсируя под пальцами. Я вдавил в массу щебень и начал лепить — тонкие пальцы сами знали движения: грубые торсы, плечи как валуны, ноги-столбы. Лопаты вместо рук собрал из осколков кварца, спаяв их взмахом ладони.
На каждом лбу вывел ногтем руну Послушания, на спине — Неприкосновенности. «Чтобы не лезли к стене», — мысленно повторил заклятие, вдавливая символы глубже в глину. Первого голема ткнул в лоб — изумрудные глаза вспыхнули тускло, как подземный мох.
«Ройте. Вглубь и вширь», — приказал, чувствуя, как нити контроля впиваются в сознание. «Но вот эту стену… Даже не дышать в её сторону! Поняли?»
Они заурчали в ответ. Земля поддалась их лопатам как теплый воск — через минуту от пола осталась лишь яма, уходящая в кромешную тьму. Я стоял, прислонившись к балке, пока голова не перестала плыть. Магия големов высасывала силы хуже пиявок — даже веки свинцом налились.
«Завтра займусь кристаллом», — буркнул себе под нос, плетясь в свою комнату, к кровати. Плюм уже мурлыкал у ног, переливаясь синевой.
А снизу всё глубже уходил скрежет лопат. Прикрыв глаза, я видел их словно сквозь землю: каменные спины, вспышки изумрудных глаз. Пока не дрогнуло что-то на краю сознания — резкая боль, будто ножом по нерву.
Вскочил, прислушиваясь к гулу под полом. Големы замерли. Один — тот, что правее — дергал обрубком руки, где лопата испарилась в дымке. Каменная крошка на несущей стене осыпалась, но кладка выдержала.
«Обходите стороной», — прошипел я в пустоту, сжимая дрожащие пальцы. Земля снова застонала, но теперь ритм копки изменился — осторожный, огибающий. Я залез в постель, надеясь, что быстро усну. Но каждый удар лопат отдавался в висках, а алые руны пульсировали под веками, даже когда я закрывал глаза.
Глава 14
С первыми лучами солнца я лениво приоткрыл глаза. Потолок был всё тем же — старинные деревянные балки, чуть потемневшие от времени. Шторы слегка колыхались от утреннего ветерка, а в комнате разносился аромат свежего хлеба и чего-то жареного.
Сладко потянувшись, я встал с кровати и направился к зеркалу.
— Ну что, красавец, новый день — новые свершения?
В ответ из зеркала на меня уставился холёный юноша с растрёпанными волосами и лёгкой тенью под глазами. Надо бы привести себя в порядок.
Я умылся холодной водой, прогоняя остатки сна, затем аккуратно пригладил волосы и оделся. Пока занимался собой, Плюм уютно растёкся по подушке, слегка посапывая. Видимо, этот паразит опять где-то бродил ночью.
— Вставай, ленивец. Завтракать идём.
Плюм недовольно завозился, сменил форму на маленького кота и зевнул так, будто ему одному достались все тяготы этого мира.
Спустившись вниз, я застал за столом Матвея Семёновича и Няньку.
— Доброе утро, сударь, — сухо произнёс мужчина, уже допивая свой чай.
— Доброе-доброе! — отозвалась его спутница, с улыбкой накладывая себе кашу.
Я сел за стол и налил себе кофе. Настасья всё ещё возилась на кухне, но завтрак уже был готов: свежеиспечённый хлеб, яйца, тушёные овощи.
— Как вам тут живётся? — спросил я, разламывая хрустящую корочку.
— Место хорошее, уютное. — сказала нянька. — А вот хозяйства тут почти не осталось, но я потихоньку всё обустрою.
Матвей Семёныч поправил очки:
— Что касается меня, то дом вполне пригоден для жизни, хотя, признаться, мне не хватает городской библиотеки.
— Не беда, организуем тебе библиотеку, не переживай.
Он лишь скептически хмыкнул, но я видел, что это его немного обнадёжило. После неспешного завтрака я вытер губы салфеткой и встал.
— Я в подвал. У меня там… дела.
— Какие дела, сударь? — с подозрением поинтересовался Матвей Семёнович.
— Важные. Не отвлекать.
И пока они переглядывались, я направился вниз. Подойдя к двери, ведущей вниз, я потянул за дверную ручку, но тут же отдёрнул руку.
— Да чтоб тебя! Опять ты! — раздался хриплый голос с лёгкой осиплостью.
— Доброе утро тебе тоже.
— Какое, к чертям, утро? Меня всю ночь кто-то отвлекал! Бродят тут всякие. Я тебе что, девица лёгкого поведения⁈
Я закатил глаза.
— Ты дверная ручка, а в доме куча народу. Смирись с этим.
— Сам смирись, щенок!
Рассмеявшись, я всё же открыл дверь и, не обращая внимания на продолжающееся ворчание артефакта, начал спускаться вниз.
То, что я увидел в подвале, заставило меня довольно кивнуть.
— Ну, молодцы. Работали, не покладая… хм… рук.
Големы, которых я создал вчера, отлично справились со своей задачей. Подвал, который раньше был сырым и унылым, теперь значительно увеличился в размерах. Появились отдельные комнаты, аккуратно отделённые друг от друга.
— О, хозяин! — пробасил один из големов, отрываясь от работы.
— Мастер доволен! — подхватил второй, явно гордясь результатом.
Я довольно похлопал одного
