порядке? — спросил он Киллиана, усаживаясь рядом с ним на корточки.
— Пострадала только моя гордость, — тот с брезгливым видом провел руками по волосам и растер между пальцами темную масляную жижу, которым были испачканы его волосы.
— Что это?
— Хуйня какая-то, — он вытер руку о брюки. — Лучше не знать.
Ник, заметив кровь, схватил его за кисти и развернул ладони вверх. Пальцах обеих рук были изрезаны.
— Все нормально, — Киллиан аккуратно высвободился из его хватки. — Кажется, я протрезвел.
— Держи, — он снял свою толстовку и протянул его другу.
— Спасибо, — натягивая капюшон на голову, — я куплю тебе новый.
— Теперь тебя не смущает моя одежда из секонд-хенда?
— Пошли уже, — усмехнулся Ландре. — Брукс, ты чего притих?
— Мне теперь и слово вставить страшно, — нервно рассмеялся Сэм, глядя на Ника.
Страшно Сэму было недолго. Он заговорил, когда Ник, приятно удивленный тому, что они с Бруксом вернулись почти что "под ручку", искал ключи от их с Киллианом номера. Макс, вдохновленная идеей о командном духе, попросила снять для остальных трехместный номер. Как ни странно, ни Сэм, ни Вивьен не стали возражать.
— То, как ты дерешься: без правил и тормозов — лишний раз доказывает, что я прав насчет тебя.
— Блять, Брукс, не начинай, — запротестовал Киллиан.
— Почему ты все время его защищаешь?
— Лучше бы сказал "спасибо".
— Ого, — обвела их глазами подоспевшая на шум Макс, — что с вами случилось?
— За что? — даже не заметил Сэм ее появления. — Это ведь он начал драку!
— Тебе мало досталось что ли? — взбесился Ник, быстро сократив расстояние между ними.
— Макс, забери его! — Киллиан толкнул Сэма в грудь. — Пойдем, он просто напился, — толкнул его. — Пожалуйста, Ник, — загородил обзор своим лицом. — Мне нужна твоя помощь.
Ник пробуравил его взглядом и, расставив приоритеты, все же ушел в свой номер, громко хлопнув дверью. Киллиан зашел следом и сразу же направился в ванную.
— Посмотри, — Ландре, немного повозившись, снял толстовку (Ник видел, как тяжело ему это было с ранеными руками) и повернулся к нему спиной, — что там?
— Кроме половины помойных отходов Денвера? — вопросом на вопрос ответил Ник, оценивая масштабы катастрофы.
— Это не смешно! — застонал Киллиан, брезгливо дернувшись всем телом.
— Но к твоим волосам и вправду прилипло много грязи. Тебе понадобиться расческа и много шампуня, — вынес он вердикт. — Или же стрижка.
— Ни за что! — Киллиан развернулся обратно. — Все, брысь отсюда.
— Справишься? — Ник кивнул на его изрезанные руки.
— Пфф, конечно!
Он вышел из ванной и, за неимением других дел, уселся на кровать и принялся рассматривать разбитые костяшки пальцев, ожидая своей очереди. За дверью ванной послышался шум воды, а через минуту — бормотание на французском.
— Ник, — почти жалобно позвали его, — помоги.
Он вернулся в ванную комнату и нерешительно посмотрел на матовое стекло душевой кабинки. Вот нельзя было согласиться сразу? Сняв кроссовки и носки, он зашел под душ к Киллиану.
— Это унизительно, — вздохнул Ландре, пристыженно опуская глаза. На его шее все отчетливее появлялись красные пятна.
— Просить меня помыть тебе голову? — Ник, не теряя времени, выдавил на ладонь побольше шампуня.
— И при этом стоять перед тобой голым.
Странно, но от того, что Киллиан тоже чувствовал себя не в своей тарелке, ему немного полегчало.
— А я и не заметил, — усмехнулся он, хотя сам старался не опускать взгляд ниже уровня глаз Киллиана.
— Эй! — восприняв его слова близко к сердцу, тот не сильно толкнул его в грудь. Избегая любого телесного контакта, Ник шагнул назад и приложился лопатками к стене.
— Стой на месте, — начал он намыливать его волосы, — Здесь тесновато для двоих.
— В любом душе хватит места для двоих, если ты понимаешь о чем я.
— Сейчас не самый подходящий момент, чтобы говорить об этом, — тихо проговорил он, отмахиваясь от лезущих в голову воспоминаний.
— Так ты расскажешь мне о ней? Или о нем? — Киллиан, хитро улыбаясь, поднял к нему лицо, и Ник вновь повернул его голову в сторону.
— Это было гребаное цунами, — сказал он после недолгого молчания.
— Подробностей не будет?
— Не люблю выставлять личную жизнь на показ.
— Спасибо, что напомнил мне о моей наготе, — Киллиан, вновь краснея, немного съежился. Забавно, что он стеснялся после своих же слов о своей "прекрасной форме".
— Тебя же купали, когда ты был мелким. Или вас с рождения учили быть самостоятельными?
— До пяти лет нас купала прислуга. Я почти ничего не помню, — Ландре притих, а Ник задумался о том, скольких же обыденных детских радостей лишили Киллиана. — А что насчет тебя?
— Когда я принимал ванну, вокруг намокало абсолютно все. Мама делала мне прически из пены, мы играли с корабликами и пускали пузыри, — он даже не заметил, как его губы растянулись в теплой улыбке.
— Даже ты со всем дерьмом видел больше родительской любви.
— Ты прав. Но в этом нет твоей вины, Киллиан.
Ландре улыбнулся, затем повернул к нему голову и изогнул бровь.
— Второй раз за день показываешь свою истинную сущность? Теряешь хватку.
— Ой, завали.
— А вот это больше на тебя похоже, — прыснул Киллиан, а затем снова притих.
Он так проникся процессом, что совсем перестал чувствовать неловкость. Тщательно помыв волосы, он открыл воду, чтобы ополоснуть их. А затем… Ландре подставил лицо под поток теплой воды, и у Ника земля ушла из под ног.
В то время, как он рассматривал подрагивающие веки и легкий румянец на щеках, ощущая на своей груди теплое дыхание, к нему снова пришла списанная два дня назад на нетрезвую голову мысль. Он хотел поцеловать Киллиана.
— Чего завис?
Соберись, блять!
— Не могу понять, кто в здравом уме захочет возиться с такой шевелюрой.
Не смотри вниз. Не смотри на блядские губы. Просто перестань на него пялиться!
— Знаешь, ты… — неуверенно проговорил Киллиан, не поднимая на него
