— Да! — оживился Освальд. — Это правильное решение, Ваше Высочество! Артефакту можно доверять!!!
* * *
Генерал Фаггор сурово смотрел в лицо двоюродному брату и пытался прочесть его истинные чувства. Полчаса назад закончилось совещание в кабинете герцога и всё как будто шло хорошо, но Фаггор очень беспокоился о возможных злостных провокаторах.
— Лалит! Что ты можешь сказать об Алексе? — голос Фаггора звучал спокойно, но в нем прослеживались нотки нетерпения, что заставляло Лалита усиленно держать на бледном лице полную невозмутимость.
— Алекс в порядке, — ответил Лалит. — Я считаю, что наши подозрения о нем беспочвенны!
Глаза генерала сузились, но больше он ничем не выдал своего недоверия.
— Ладно, — проговорил он неожиданно покладисто. — Если появится что-либо подозрительное, сразу же сообщай мне!
Лалит кивнул и поспешил прочь, а Фаггор замер на месте, хмуро вглядываясь в вечерней полумрак приоткрытого окна.
Итак, Лалит подпал под влияние! Это так очевидно! Особенно после того, что генералу удалось наблюдать несколькими часами ранее.
Его давно мучило подозрение, что кузен что-то скрывает. Именно поэтому Фаггор приказал своему доверенному человеку следить за ним, и когда тот через магическую метку послал сообщение, генерал тут же поспешил в сад. Пришел как раз вовремя, чтобы застать Лалита… признающимся Алексу в любви и припадающему к нему с поцелуем!
Это было то еще зрелище! Фаггор допустил мысль, что Лалит просто играет свою роль для разоблачения Алекса, но… слишком это было реалистично, да и своим ответом сейчас кузен все очень явно доказал: он околдован!
Какая дикая магия стоит за этом лже-Алексом, если уже и Лалит (тот самый сумасшедший эльф, который не пропускал ни одной юбки!) увлечен мужчиной, как ненормальный? В итоге он стал откровенным предателем, за что, естественно, должен быть наказан, но… позже!
Ко всему прочему, этот дикий разврат был застукан наследным принцем, но… он только увел Алекса из сада и больше ничего не сказал!
Фаггор быстро спустился в нижние постройки замка и вызвал троих своих приближенных воинов.
— С этого момента начинаем слежку за принцами! О каждом их передвижении немедленно сообщать мне!
Воины кивнули и удалились, а генерал откинулся на спинку стула, в котором сидел. Если удастся доказать, что лже-Алекс развращает наследного принца, у Фаггора будет достаточно полномочий задержать подставного принца и сообщить обо всем Его Величеству королю. Это единственный выход сейчас! Что ж, надеюсь, шпион начнет действовать скорее…
* * *
Олив
Я лежал в своей кровати, и каждая клеточка моего тела ныла. С каждым мгновением боль становилась все нестерпимее, но я упрямо пытался ее игнорировать.
Вчера я пообещал Алексу заботиться о нем и не оставлять его ни на мгновение. Мои слова были запечатаны клятвой, и я тут же добавил, что отныне буду жить у него. Возможно, эта фраза тоже вошла в клятву, так что теперь я просто не мог оставаться где-то, кроме его комнаты. Клятва требовала, чтобы я ушел ночевать к брату!
Но я не мог пойти. Его любовные феромоны уже выбили почву из-под моих ног, и я не смел находиться к нему так близко.
Я упрямо закрывал глаза и пытался уснуть, но не мог. Магия начинала выкручивать мое тело и толкала вперед: туда, к нему.
Вся моя внутренность кричала, что это опасно. Это будет катастрофой! Но… клятва есть клятва!
Я вскочил с кровати, но побежал не к Алексу. Я стремглав бросился в сад, подальше, поглубже… В сумерках сбросил с себя рубашку, чтобы ночная прохлада охлаждала мое разгоряченное тело, и начал тренироваться с мечом.
Каждое движение приносило мне боль. Клятва требовала ее исполнения, но я упорствовал. Я не мог подвергнуть Алекса опасности быть опозоренным… своими извращенными желаниями. Нет! Я лучше измучаю себя!
Из носа и ушей начала сочиться кровь, но я только крепче сжал зубы. Нет! Не пойду к нему! Ни за что! И просить его отменить клятву тоже не буду: его это ранит, как это произошло в прошлый раз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я еще усерднее замахал мечом, но кровотечение из носа усилилось, оставляя на груди красные кровавые потеки.
Только безумец начнет бороться с клятвой, и я это понимал, но предать Алекса не мог. Я сцепил зубы и начал тренироваться еще усерднее, словно выворачиваясь наизнанку, но чувствовал, что начинаю проигрывать. Не знаю, чем это может для меня обернуться, но к Алексу я не приближусь! Ни за что! Лучше умру!..
* * *
Я сидела на кровати, поджав ноги, и сгорала от мрачного предчувствия. Олив больше не появлялся. Давно наступила ночь, но он не пришел, хотя клятвенно обещал с этого дня ночевать у меня. Казалось бы, мне надо радоваться, что его нет, ведь риск разоблачения так велик, но… сердце мое изнывало от тоски и боли и словно несло меня на его поиски.
Что происходит? Неужели с ним что-то случилось?
Вдруг в воздухе около меня заискрились знакомые письмена. Они были витиеватые, как виноградные лозы, и отливали сияющей позолотой.
Что это? Моя клятва? Да, именно такие символы появились однажды, когда я пообещала Оливу любить его! Но… почему они проявились сейчас? Что же это значит?
Как всегда неожиданно, мне на помощь пришел «браслет»: татуировка засветилась, а в разуме пронеслись отчетливые слова: «Ты обещала любить Олива. Эта любовь зовет тебя помочь ему, спасти его, потому что он в опасности. Ты найдешь его в саду, в самом дальнем, заброшенном его углу…»
Мой незримый помощник в очередной раз проявился вовремя, а я тут же подскочила на ноги. Олив в опасности! Я так и знала!
Сердце колотилось, как сумасшедшее, когда я выбегала из комнаты, и я ужасно хотела ускориться еще больше, но не могла. Вдруг на меня обрушилось странное головокружительное состояние, словно через меня протянули весь мир, но я резко оказалась посреди ночного сада, освещенного светом огромной луны. Я вспомнила: подобное уже случалось со мною однажды, когда я спасала Алису Люмбергнот. Телепортация? Да! Очень вовремя!!!
Но где же Олив?
Вдруг я услышала тихий стон. Начала лихорадочно оборачиваться и увидела его, бессильно сидящего у каменного парапета. Он был обнажен до пояса, рядом лежал меч. Но все его лицо и грудь были залиты кровью, и у меня обомлело сердце.
— Олив, — прошептала я в ужасе, — Олив, что случилось???
Я бросилась к нему, дрожа, как в лихорадке, а из глаз тут же потекли слезы отчаяния. Мне показалось, что он умирает!
— Олив! — прошептала я, присаживаясь рядом и дрожащими руками притрагиваясь к него окровавленной щеке. — Олив! Что с тобой???
Он с трудом открыл глаза. Увидев меня, вздрогнул, попытался выровняться, но не смог, словно силы оставили его.
— Алекс… — прошептал он устало. — Прошу тебя, уходи! Тебе нельзя находиться рядом…
— Но почему? — воскликнула я в отчаянии. — Почему ты гонишь меня??? Я должен тебе помочь!!!
Я не хотела его слушаться. Схватила его рубашку, лежащую рядом, и принялась стирать кровь с его лица и груди. Он не противился мне, потому что был обессилен, а я не могла удержать своих слез. Совсем недавно он отдал мне почти все свои силы, а теперь с ним случилось это. Это все из-за меня??? Олив умирает по моей вине???
«Положи руку ему на грудь и просто представь, что отдаешь ему энергию…» — прошелестел в голове уже знакомый голос «браслета», и я тут же подчинилась. Приложила ладонь к его сердцу, закрыла глаза и мгновенно ощутила возникший под рукою поток. Олив застонал, но я почувствовала, как сила начала мощно вливаться в него, наполняя его тело свежестью и светом.
Я изумленно распахнула глаза. Рука моя светилась, но сама я не чувствовала опустошения. Наоборот, появилась радость, успокоение, даже бодрость. Теперь Оливу станет лучше! У него все будет хорошо!
Через несколько мгновений свечение погасло, и я убрала ладонь.
Олив присел, но как будто боялся поднять на меня глаза.
