– Там он и написал письмо?
– Точно так, миледи.
– Кто еще был на обеде?
Слуга назвал несколько имен, в том числе маркиза де Виден и маршала. Узнав это, Сара угадала все остальное, и ее гордость возмутилась при мысли, что она должна потворствовать желанию, внушенному вином, возникшему у тех, кого она привыкла видеть у своих ног.
– Подождите, великие дипломаты! – прошептала с саркастической улыбкой Сара, отослав слугу герцога с запиской, в которой, как и в двух первых, стояло: «Я буду».
– О! Сегодня я перехитрю вас, – продолжала она. – Игра должна наконец кончиться. Сегодня у меня будет бумага, которая так нужна Зора.
Поспешно одевшись, Сара велела заложить экипаж и поехала к герцогу Норфолку.
Как она и предвидела, герцога не было дома, по всей вероятности, он думал отправиться в оперу прямо с обеда. Это обстоятельство как нельзя более благоприятствовало планам Сары. Она выразила желание войти в кабинет герцога, чтобы написать ему записку. Прислуга, хорошо знавшая леди Страдфорд, не посмела противиться.
Войдя в кабинет, Сара подошла к письменному столу и стала разглядывать лежавшие на нем бумаги. Торжествующая улыбка скользнула по губам Сары, драгоценная бумага была в ее руках! Схватив поспешно карандаш и лист бумаги, она начала переписывать содержание документа, имевшего для Турции такое важное значение.
Что, если в эту минуту вернулся бы герцог? Эта мысль нисколько не смущала Сару. Она спокойно переписала бумагу и, положив ее на старое место, спрятала копию у себя на груди. Затем она сняла с себя богатый бриллиантовый убор, подарок герцога, и положила его также на стол рядом с запиской, на которой стояли только следующие два слова: «Моей преемнице!»
Сделав это, она вышла из кабинета герцога и, сев в карету, велела везти себя в оперу.
– Герцог лисица! – прошептала она, когда экипаж тронулся с места. – Он хотел привлечь меня обещанием отдать эту бумагу, которой он никогда не решился бы пожертвовать. Но теперь он увидит, что я его перехитрила!
Через несколько минут Сара входила уже в свою ложу, в которой она часто принимала своих многочисленных поклонников. В находившейся напротив ложе сидели в нетерпеливом ожидании герцог, маркиз и маршал.
Герцог бросил гордый, торжествующий взгляд на маршала, невольное движение которого при виде Сары он счел за выражение удивления и восхищения. Маркиз тоже увидел Сару и улыбнулся, вполне будучи уверен в победе.
– Ну что вы теперь скажете, – сказал герцог, обращаясь к маршалу.
– Я удивляюсь, – отвечал тот, – отчего не явились еще ваши дамы.
– Как? Как? Что вы говорите! – вскричал герцог.
– Жаль, что ваши дамы не приехали, – заметил маркиз. – Что вы скажете о моем вкусе?
– Но ведь в ложе напротив нас сидит леди Страдфорд! – вскричал герцог.
– Леди Страдфорд и есть та дама, о которой я говорил, – сказал маршал.
Все трое взглянули друг на друга с выражением глубочайшего изумления.
– Мне кажется, что я понял, в чем дело, – заметил с улыбкой маркиз. – Нам очень легко решить наш спор, так как мы все трое думали про одну и ту же особу.
– Как? И вы тоже думали о леди Страдфорд? – спросил озадаченный маршал.
– Конечно, о леди Страдфорд, – сказал герцог.
– Значит, между нами царит полнейшее единодушие, – засмеялся маркиз.
– И ни один из нас не знал ничего об остальных! – вскричал маршал. – Право, я начинаю думать, что эта прекрасная дочь Альбиона – великолепный дипломат.
Герцог вспомнил в эту минуту о бумаге № 713 и, поспешно оставив оперу, вернулся в свой дом. На письменном столе в кабинете он нашел доказательство недавнего визита Сары, неприятно его поразившее, так как оно говорило, что между ними все кончено.
XVI
Убийство консулов в Салониках
В пятницу вечером 5 мая 1876 года по тенистой дороге недалеко от станции железной дороги в Салониках[4] шли два путника. Один из них был одет очень бедно, почти в лохмотья. Его загорелые руки и ноги были обнажены, голову покрывала старая белая чалма. Его спутник был одет почти так же бедно, только вместо белой чалмы он носил зеленую, из-под которой виднелась золотая маска, закрывавшая лоб.
– Они не хотели слушать моих предостережений и были рассеяны. Алабасса же поплатился жизнью за свои преступления, – сказал первый путник, старик с седой бородой, обращаясь к Золотой Маске.
Это был не кто иной, как старый заклинатель змей Абунец.
– Уже давно, – продолжал он, – я хожу по стране, стараясь повсюду тушить пламя восстания, которое раздувают креатуры Мансура. Но этого не удалось мне достичь, восстание принимает угрожающие размеры, и сербы поднимаются на защиту своих единоверцев.
– Все братья попытаются отвратить несчастье, мудрый Бейлер-Беги, – отвечал Золотая Маска глухим голосом. – Но фанатизм слишком возбужден, и успех увенчал все происки Мансура.
– Я иду сегодня в Салоники, брат мой, оттого только, что и здесь сегодня должны начаться беспорядки.
– Ты говоришь о деле болгарской девушки Варды? Да, и оно тоже устроено Мансуром, я сам иду сюда, чтобы помешать кровопролитию, и теперь вижу, что и ты думаешь о том же.
– Мы служим одному общему делу, брат Хункияр. С тех пор, как я оставил пирамиду Эль-Тей, все мои усилия направлены на служение нашему девизу: «Все люди братья!» Для этого я снял знаки нашего братства и сделался заклинателем змей, чтобы легче и не будучи замеченным, преследовать мою цель. В Каире купил я змей, и старый перс выучил меня искусству заклинателя.
– Твою неутомимую деятельность, твою мудрость прославляют все боги, – сказал Золотая Маска, почтительно склоняясь перед Абунецом.
– Ты идешь, чтобы помешать восстанию вспыхнуть в Салониках, беги, Хункияр, оставь мне это дело и ступай дальше. Агенты Мансура и здесь не оставались в бездействии, и достаточно ничтожного повода, чтобы начались большие беспорядки.
– Я знаю только, что болгарка Варда, которая живет в деревне недалеко от города, любит одного молодого турка и ради него готова отречься от своей веры.
– В деревне образовались теперь две враждебные партии. Христиане и магометане угрожают друг другу, и сегодня вечером все должно решиться.
– Сегодня вечером?
– Да, магометане похитили Варду из дома ее родных, которые не соглашались на переход ее в другую веру, и сегодня вечером привезут ее в Салоники. Эта девушка – жертва обмана, который придуман Мансуром. Турок, которого она любит, – презренный помощник Мансура, и Варда будет отведена в гарем Эмира-эфенди. Девушка легко позволила себя уговорить отречься от ее веры, но ее родные поняли бесчестную игру, поэтому-то агенты Мансура и похитили ее из дома ее родных. Напрасно те жаловались губернатору на это насилие, их просьбы остались без всяких последствий. Это обозлило христиан, и теперь должно вспыхнуть восстание. Сегодня вечером Варда будет привезена магометанами в Салоники.
