время приковано слишком много внимания. К вечеру я доделаю твой костюм. Этой ночью отправляешься в Далиш. Выйдешь затемно, за три-четыре часа дойдешь. Обратно буду ждать тебя… вас с Горди днем. Первый пароход приходит утром в одиннадцать тридцать. Вот только не знаю, как спрятать Горди до этого времени. Ты в обычной одежде особого внимания не привлечешь, а вот он…
– Я смогу спрятать его, мисс, но мне не нравится, что вы останетесь одна. Господин очень болен. А ночью…
– Я посижу с ним. Не буду спать. Прослежу, чтобы масло и куркума в твоей волшебной лампе не заканчивались. Мне тоже страшно, Радж, но гостей можно ждать в любую минуту. И будет сложно объяснить, откуда взялись вы с Горди. Ты еще мог бы посидеть тихо, но кто знает, что взбредет в голову псу… Кстати, ты не видел моего кота?
– Нет, мисс.
Сильвия бросила взгляд в приоткрытую дверь комнаты.
– Как ты думаешь… Твой хозяин… Он будет жить? – спросила она у майсурца.
– Не знаю, мисс. Сейчас боги играют с ним. Перетягивают с одной стороны на другую, и кто знает, на какой он останется. Господин сильный. Мог бы выжить. Но сейчас у него нет причин, чтобы остаться на этой стороне. Так вечно случается с вами, белыми людьми. Вы кажетесь несокрушимыми, но не умеете принимать судьбу, не знаете, что такое карма, не способны мириться с ее последствиями. В этом ваша слабость и ваша сила. Иногда ваш неукротимый дух помогает тогда, когда любой из майсурцев смирился бы и признал свое поражение. Но иногда, когда судьба отбирает у вас все, что дорого, вы не находите сил встать и жить дальше, даже если тело ваше еще способно дышать и двигаться. Пусть господин думает, что вы Эмили. Может, это придаст ему сил.
– А сама Эмили… Она умерла?
– Да, мисс. Но эта женщина не стоила моего господина. Она принесла ему много горя. Увы, любовь часто бывает слепой. Так пусть хоть память о ней окажется полезной.
– И ты по-прежнему не хочешь назвать мне имя своего хозяина, которым непременно пользовалась бы эта Эмили?
– Вы и без того прекрасно со всем справляетесь. Сейчас я займусь вашим обедом… – ответил Радж, по привычке переводя разговор на другую тему.
– Останься здесь. Я сама найду, что поесть. Ему ты нужней. Вот только забери покупки от порога. Там все, что нужно для перевязки, и лекарства… Я много чего купила.
В сопровождении Раджа Сильвия спустилась на первый этаж. Слуга отправился за покупками, а девушка зашла на кухню и огляделась. В кухне витали вкусные, хотя и непривычно пряные запахи. Есть хотелось и не хотелось одновременно – она слишком переволновалась из-за человека, за которого чувствовала свою ответственность. Но как же это сложно – не знать даже его имени! Теперь, после того как она смогла разглядеть его при свете, ей то и дело мерещилось, будто они знакомы. Может, виделись мельком. Вспомнить бы, где именно. У Коулов? В бесконечной череде гостей? Но разве она могла бы забыть такое лицо? Загорелое, по-своему яркое, хоть и далекое от стандартов красоты. Жесткая линия губ. Широкие скулы. Утонченные черты, но не аристократично изнеженные, а скорее хищные. Все в его лице кричало о решительности, дерзости и упрямстве. Разве такие люди дезертируют из армии? Если только… может, виной та самая Эмили? Только бы он выжил. В конце концов, Сильвия считала, что заслужила узнать правду.
Требовательное, хотя и слегка приглушенное «Мяу!» прервало ее размышления. Скрежет когтей по крышке подпола яснее ясного дал понять, где пропадал неугомонный Сэр Николас. Вскоре бесхвостый кот тигриной окраски явился на кухню, радостно потрясая зажатой в клыках крысой.
Оглушительно взвизгнув, мисс Мюррей взлетела на стол, перевернула какую-то миску и напугала благородного рыцаря. Точнее, озадачила. Метнувшись в сторону, Сэр Николас с укором посмотрел на хозяйку и, мяукнув сквозь зубы что-то недовольно-невнятное, потащил добычу прочь. Не прошло и нескольких секунд, как в кухню ворвался испуганный Радж. Увидев Сильвию, он озадаченно спросил:
– Мисс? Что случилось?
– Там… кот… Он притащил такую большую… крысу!
В этот момент мисс Мюррей даже не вспомнила, о чем ее предупреждал мистер Келли. До глупых ли ей было суеверий?
Кивнув, юноша исчез в дверях, но вскоре вернулся.
– Спускайтесь, мисс, – сказал он, протягивая руку, чтобы помочь девушке сойти. – Кот ушел гулять. Вместе с добычей.
Сильвия слезла со стола. Дрожащими руками подняла упавшую миску.
– Может, мне все-таки накрыть вам на стол? – предложил Радж.
– Нет. Я уже не хочу есть. Лучше займусь делом.
Не дожидаясь ответа, девушка поднялась наверх, закрылась в комнате, где лежали принадлежности для шитья, а потом долго сидела, спрятав лицо в ладонях и пытаясь успокоиться. Ночью ей опять придется остаться в доме одной – или почти одной. Человек, имени которого она по-прежнему не знала, сам нуждался в защите. Что, если он умрет этой ночью? Ему не стало лучше, несмотря на старания Раджа, несмотря на тепло и мягкую чистую постель… Сильвия вспомнила серое лицо, потрескавшиеся губы и горячие сухие пальцы, сжимающие ее руку. Может, подождать пару дней? Но что, если мистер Стрикленд решит нанести визит уже завтра? Как тогда быть?
Мисс Мюррей понимала, что сыщик непременно заявится в «Дом на скале». И скорее всего, в самое ближайшее время. Если она хоть немного разбирается в людях, то Энтони Стрикленд точно не из тех, кто отступает перед препятствиями. Сильвия поняла это по пристальному взгляду его умных глаз, по вопросам, которые он задавал. Нет, он точно найдет способ явиться в проклятый дом, и тянуть с визитом он не станет. Так пусть хотя бы сделает это на ее условиях.
И как же все не вовремя! Ведь Стрикленд, пожалуй, тот самый человек, который действительно может ей помочь, но она вынуждена лгать ему и мешать в расследовании. А еще она сегодня отказалась от пикника с мистером Фишером и его женой. И, пожалуй, была не слишком любезна. Что они теперь подумают?
Нет, определенно нужно этой же ночью отправить Раджа и Горди в Далиш. Хотя бы одной проблемой станет меньше.
Она опять была близка к тому, чтобы пожалеть о своем решении дать приют беглецам, но ей стало стыдно. Разве можно было принять иное решение? Разве могла она своим бездействием убить человека? Кем бы он ни был. Что бы он ни сделал. Нет, не к добру такие мысли. Сходить бы в церковь, облегчить душу на исповеди, но…
Несколько раз глубоко вздохнув, Сильвия взяла выкройку, вытащила швейную машинку
