машину для киллеров, которые стреляли в него, И Сафрона по этому же делу привлек, но его-то выпустили, а Леньчик до сих пор за решеткой.
И Гоша под следствием. А ведь Круча обещал Сафрону не привлекать его. А если не обещал, то все равно должен был сделать ему скидку. Гоша ведь ничего такого не сделал, он всего лишь защищался от киллера, который замочил Наливая и мог убить его самого. А второго киллера Гоша доставил битовским ментам на блюдечке. И Сафрон помог ему в этом. Сбежав от гайцев, Гоша первым делом отправился к нему, а Сафрон уже позвонил Круче. А что ему еще оставалось делать? Надо же было как-то выкручиваться. К счастью, все обошлось. И Гошу скоро выпустят, он узнавал…
— И ты живешь, — сказал он. — Со мной… А смотришь на сторону!
— А вот и не угадал!
— Что там тебе Окулев наплел?
— Ничего не наплел, я сама видела. И слышала.
— Что видела?
— А как он Дашке предложение делал.
— Предложение?
— Сегодня «да», а завтра в загс!.. Блин, как романтично! — вздохнув, завистливо сказала Ленусик.
— И что Дашка?
— Отказалась.
— И где ты это видела?
— В больнице.
— И Дашка отказалась?
— А что, по-твоему, должна была ему на шею бросаться?… Мы, женщины, такие!.. Или не такие? — задумалась Ленусик.
— Такие. Сякие… Эй, а что ты в больнице делала? — встрепенулся Сафрон.
— Наконец-то!..
— Что ты там делала? — с замиранием сердца спросил он.
— Делала!.. Дорогой, я беременна! — Ленусик раскинула руки, призывая его в свои объятия.
— Беременна?! — Сафрон приложил руку ко лбу, который вдруг стал мокрым.
— Видел бы ты себя сейчас в зеркало! — усмехнулась она, поднимаясь.
— Это ты пошутила?
— Ну конечно! — кивнула Ленусик, перемещаясь из одной комнаты в другую.
— Ну, в принципе, ничего страшного, — в раздумье проговорил Сафрон, глядя, как она исчезает из вида.
— У венеролога я была, — донесся до него голос девушки.
— Что?! — вскочил он.
Но Ленусик не хотела говорить, что пошутила. Она закрылась в ванной и включила воду. А Сафрон остался сидеть в комнате ошарашенным.
Глава 10
Длинный цех с гаражными воротами, большая площадка перед ним, десятка два машин — почти все иномарки, люди ходят, вроде бы ничего особенного. Но у машин, что-то кому-то показывая и объясняя, стояла Лиля. И шуба на ней вовсе не каракулевая. Относительно недорогая шуба, мутоновая, зато новая, и на Лиле она выглядела роскошно. Как говорится, не шуба красит человека…
Семен заехал во двор на черном «БМВ», за ним ехал не менее крутой на вид «Чероки», у открытых ворот в цех стояли два работника, оба курили, о чем-то безмятежно разговаривая, на машины они глянули с профессиональным интересом, не более того. Слегка оживились и люди у выстроенных в два ряда иномарок. Один даже подошел к Семену, когда он вышел из машины. Деловой, в натуральной дубленке, кепка меховая, плотный.
— Почем продаешь? — спросил мужик, кивком указав на машину.
Семен ехал производить впечатление, поэтому машины надраены, навощены, даже в тусклом свете пасмурного дня блестят как на солнце.
— А почему продаю? — Семен хотел было послать делягу, но сдержался.
Действительно, а что за движение здесь такое? Неужели купля-продажа? Если да, то Лиля здесь за менеджера. Интересно, есть такая профессия — модель-менеджер по продажам?
— Ну, я подумал…
«Чероки» остановился, из машины вышли крепкие парни в теплых кожанках нараспашку, а у «БМВ» уже высились Драч и Семилет. Вот уж чьими мордами детей пугать, а Сафрон почему-то только на Семена наехал.
— Я пойду?
Деляга все понял, сдал назад, но Коняра надвинулся на него, заставив остановиться.
— Здесь что, авторынок? — спросил он.
— Да сам не знал… Чисто на техобслугу подъехал, — мужик кивком указал на открытые ворота.
Стоявшие там работяги, учуяв запах жареного, исчезли. Встревожилась и Лиля, она большими глазами смотрела на Семена. А он чувствовал себя черным всадником на белом коне. И смотрел на нее снисходительно, глазами безжалостного завоевателя.
— Давай там всех на построение! — указав рукой на сервисный цех, сказал Семен.
Семилет кивнул и повел за собой толпу. Остался только Драч, но Семен отправил и его. С Лилей он уж как-нибудь сам справится.
Девушка завороженно смотрела на него и стояла как в землю вкопанная.
— Почем? — спросил Семен, положив руку на капот «Ауди»-»бочки».
Машина как новенькая, ни царапинки, блестит, как будто на днях покрасили.
— Тринадцать пятьсот.
— Ты сколько стоишь?
— Нисколько.
— Даром брать можно?
— Я хотела сказать, что не продаюсь.
— Не продаешься, но стоишь нисколько.
— Не надо придираться к словам! — Лиля вскинула голову, пытаясь казаться гордой и независимой.
И Семен понял, почему она вдруг осмелела. К ним со стороны ворот шел, почти бежал печально знакомый Славик. Но в этот раз Семен знал, как его остановить.
Он стремительно шагнул к нему, выхватывая из-под куртки пистолет. Славик понял, что он может выстрелить, остановился.
— Я тебе сейчас башку разнесу, урод! — пригрозил он.
Парень приподнял руки, давая понять, что сдается.
— Работаешь здесь?
— Ну.
— Авторынок устроили, да?
— Да как-то само собой вышло.
— А разрешение у меня взяли?
— У тебя?
— И не возьмешь!
Семен ловко перекинул пистолет из
