Семен уже подобрался к Лиле, шлепнул по попке, настраивая ее на рабочую волну, когда у самого дома взвизгнули тормоза. Шварц загавкал, но тут же стих, это значит, кто-то из своих подъехал. А калитка закрыта, ключ у него.
— Я сейчас!
Подъехал Сафрон на новеньком «Гелендвагене», крутой до невозможности. И злой как собака. Семен вышел к нему в полной боевой готовности — джинсы, теплая куртка, но Сафрон как будто знал, чем он собирался заниматься.
— Тебя здесь убить? — спросил он, люто глядя в глаза Семену.
— За что? — нахмурился тот.
— А за то, что дела свои на бабу променял!
— Нормально все с делами.
— А Славик?
— Что Славик?
— Ты когда у него в последний раз был?
— Перед Новым годом.
Подъезжал Семен к Славику, бить его не стал, сказал, что забирает Лилю, и дал отбой тревоге. Славик ничего не сказал, воспринял все как должное, а в награду за это получил отпущение грехов, в смысле налоговые каникулы.
— В прошлом году был? — ухмыльнулся Сафрон.
— Да две недели всего прошло!.. Ну, может, три… Новый год, праздник…
— Новый год?! Там у него целый авторынок, бабло недетское крутится…
— Ну, не целый, так, чуть-чуть.
— А ты поезжай, глянь! Только живой возвращайся!
— Не понял!
— Что ты не понял? Пока ты сопли жевал, кто-то Славика под себя взял.
— Кто?
— Это ты у меня спрашиваешь? — взбесился Сафрон. — Я тебя сейчас точно грохну!
— Ну, мы сейчас подъедем, разберемся!
— Час времени у тебя! Собираешь всех, кого можешь, и поезжай! Если за час не соберешься, все равно поедешь, но уже рядовым «быком»! А если накосячишь, если не разберешься, считай, что ты труп! Тебя в яму, а телку твою!.. — Сафрон глянул на окно, из которого за ним могла наблюдать Лиля. — В общем, делай что хочешь, но Славик должен платить нам и только нам! Ты понял?
Сафрон не решился озвучить свою угрозу в отношении Лили, но Семен и без того все прекрасно понял. На круг ее, может, и не кинут, но Сафрон точно своего не упустит. Закроется здесь, в этом же доме, и уйдет с Лилей в любовный запой дня на три. А она его примет, потому что ей в общем-то все равно с кем, лишь бы не били.
Семен не тормозил, собрал бригаду, на трех машинах подъехал к цеху и убедился в правоте своего босса. И в праведности его гнева. Большая часть площади перед цехом заполнена была машинами, иномарки, отечественные «ведра», с полсотни единиц, не меньше. Продавцы, покупатели, одни торгуются, другие пока только присматриваются. Вагончики откуда-то появились, на одном вывеска «Комиссионный магазин», на другом: «Нотариус». Осталось только филиал ГАИ для полного счастья открыть.
А ведь Семен сам во всем виноват. Он же понял, что Славик выставлял на продажу не только восстановленные тачки, люди своих коней сюда на продажу выставляли. По собственной воле это делали, потому как место очень удобное. До МКАДа рукой подать, удобный подъезд, заводской цех еще относительно новый, смотрится современно, опять же, автосервис, большая огороженная территория, а главное, место оживленное и народ заинтересованный. Слева мастерские, справа магазины запчастей открываются, чем не место для большой автомобильной тусовки.
Славика Семен нашел в цеху. Круто у него там, простор, автоподъемники, люди в комбинезонах. А сам он в кожаной куртке с меховым воротником. Увидев братву, он лишь покривил губы. И к Семену направился легкой пружинистой походкой, глаза блестят, как счет на электронном табло. А счет «один — один», боевая ничья. Он первым Семена уделал, только потом ответка прилетела.
Славик ничего не говорил, даже не улыбался, на Семена смотрел с каменным лицом.
— Работаешь?
— Ну да, работы хватает.
— Рынок у тебя тут.
— Нам от этого не легче.
— Не легче?
— С завода приходили, плату за аренду, сказали, повышать будут. Это же все в аренде. — Славик повел рукой, указывая и на цех, и на пространство, примыкающее к нему.
От электронного завода осталось одно только название, производства нет, да оно директору и не нужно, он прекрасно жил, сдавая цеха и площади в аренду. И все потому, что вовремя подсуетился на ниве приватизации. Семен откровенно завидовал этому типу. Это ж делать ничего не надо, только знай себе деньги собирай — на законных причем основаниях. Тем более что стоимость аренды реально росла — по мере развития автомобильной мекки в этом районе.
— А деньги с продаж тебе не капают?
— Комиссионка отстегивает копейку.
— Комиссионка? А комиссионкой кто владеет?
— Казьмин Алексей Владиславович.
— Твой кореш?
— Ну, мы, конечно, знакомы.
— Ну если знакомы, то спрашивать я буду с тебя.
Славик явно прикидывался дураком, на самом деле с рынка имел он, а не какой-то там подставной Казьмин.
— За что спрашивать?
— Не важно, за что спрашивают, важно, чем отвечают, — усмехнулся Семен. — Деньгами отвечают. Все, месяц, считай, прошел, пора платить по счетам.
— Так заплатили уже!
— Кому вы заплатили?
Семен изобразил удивление. Говорил Сафрон, что кто-то пытается наложить лапу на Славика с его бизнесом.
— Позавчера подъехали, со стволами, потребовали.
— Кто подъехал?
— Сказал, что Мартюха. Сказал, ему платить.
— И ты заплатил?
— Да, вчера подъехали, я отстегнул. Штуку баксов.
— Штуку баксов?
— Так больше у меня ничего нет. Мы же в долгах, еще не раскрутились. С Казьмы треху взяли.
— С Казьмы?
— Ну, комиссионку.
— Кого ты лечишь, урод? Убогого нашел, да?
Семен уже понял, что Славик морочит
