руки в руку, а ударил ногой — в низ живота, да так сильно, что парень согнулся в поясе. Вслед за первым последовал второй удар, локтем в челюсть Семен сбил Славика на землю и снова пустил в ход ноги. А бил он мощно, с ожесточением, с каждым ударом вспоминая свое недавнее унижение.
— Сема! — крикнул Драч.
Он шел от ворот цеха, указывая на Лилю. Семен обернулся и увидел летящую в него руку с отверткой в ней. Лиля била неумело, по-бабски слабо, но ведь ударила. В плечо била. Хорошо, Семен увернулся, перехватил руку и обнял девушку, прижав ее к себе спиной. Крепко прижал, не вырваться. Отвертка с глухим стуком упала на землю.
— Ты что, убить меня хотела! — Семен и злился, и радовался одновременно.
Лиля хотела его убить, значит, он мог делать с ней все, что угодно.
Славик поднимался, с трудом отрываясь от земли, Драч подскочил к нему, ударом ноги вернул на место. К нему присоединился Семилет, в несколько ударов они заставили Славика затихнуть.
— Пусти, сволочь, пусти! — билась в истерике Лиля.
Семен сжал объятия, сначала она захрипела от боли, затем захныкала и перестала трепыхаться.
— Слава это! — сказал Драч. — Он здесь заправляет!
— Чем он здесь заправляет?
— Тачки битые берут, восстанавливают…
— Разбуди его!
Драч кивнул, схватил Славика за плечи, с силой тряхнул. Тот пришел в себя, сел, пальцами массируя виски. Нос распух, губа разбита, на переносице шишка надувается, хорошо ему досталось. Ну так сам же виноват.
— Пятьдесят кусков с тебя, — сказал Семен.
— Мы только открылись, все в долгах…
— Да мне какое дело, козлина ты талая?
— Месяц мне дай, все будет, — глядя на Лилю, сказал Славик.
— Месяц даю.
— Лилю отпусти!
— Ты не понял, Лиля моя девушка месяц, — засмеялся Семен. — Как только заплатишь, так она сразу твоя!.. Все, по машинам, братва!
Семен потащил Лилю к машине, Славик бросился за ними, но Драч и Семилет снова накинулись на него, к ним присоединились Буслай и Верзила. А работяги стояли у ворот и тупо смотрели, как братва катает по земле их босса. Одна только Лиля пыталась прийти на помощь, все пыталась вырваться, но Семен держал ее крепко.
— Эй, хватит! — затолкав ее в машину, через плечо бросил он.
Впрочем, пацаны уже и без того отстали от Славика, который лежал на земле, выставив перед собой руки. То ли он лицо от ударов защищал, то ли плакал. Он не шевелился, но Семен точно знал, что его не убили.
Машина уже выезжала из ворот, Славик стал подниматься. До этого Лиля все пыталась вырваться, а увидела, как он зашевелился, успокоилась и, закрыв лицо руками, беззвучно заплакала, только плечи содрогались от рыданий. Семен крепко обнял ее одной рукой — пока за плечи.
— Будешь дергаться, так сделаю! — Он показал ей удушающий прием и вернул руку на плечи. — А потом вот так! — Семен не удержался, схватил ее за голову, с силой наклонив ее к себе.
— Гнида! — выругалась она.
— Что?!
— Извини! — зажмурив глаза, заскулила она.
— То-то же!
Сначала Семен оттолкнул девушку, затем обнял за плечи, а чуть погодя все-таки сжал рукой ее шею.
— А как ты хотела? Убить меня хотела — это все! Это приговор!
— Куда едем? — спросил Драч.
— Да ко мне и поедем.
Семен еще не дорос до уровня Сафрона, не мог позволить себе дом на берегу Глубокого озера, но деньги он на это дело откладывал. А пока снимал дом в частном секторе на западной окраине Битово. Хороший дом, бизнесмен один в счет долга в аренду сдал, все расплатиться не может, а Семен живет в свое удовольствие. Там и обстановка как в лучших домах, и два санузла с роскошной ванной. Ехать недалеко, в доме он полный хозяин, некому будет заступиться за Лилю. А наказать он ее просто обязан. Разве она не могла его убить?
Драч открыл ворота, машина въехала во двор, остановилась у самых дверей. Семен схватил Лилю за шею, вытащил из машины, открыл дверь и завел ее в дом. А пацанам велел ждать на улице. Вдруг Славик узнает его адрес, вдруг соберет толпу, надо будет встретить этих отморозков достойно.
В гостиной Семен стащил с Лили шубу, зашвырнул ее в угол комнаты. Платье под шубой знакомое, не длинное, не короткое. А все, что под ним, такое соблазнительное.
— Дальше раздевать? — спросил он, глядя на нее.
Девушка попятилась, но ничего не сказала. Даже головой не мотнула.
— А то вдруг у тебя еще одна отвертка! — Он шагнул к ней, сунул руку под платье, Лиля оттолкнулась от него, споткнулась о диван, села, тут же сжав ноги.
— Или только гайка?
На эти ноги он и сел, прижав ее голову к своей груди.
— Будем вкручивать?
Он резко поднялся, рванул на себя сиденье, спинка дивана упала, вместе с ней легла и Лиля.
— Зачем ты меня вчера отшила? — спросил он и снова рванул на себя — на этот раз резинку ее колготок, со всем, что под ними находилось.
Рванул столь резко, что Лиля просто не успела удержать слетающее с нее белье.
— Зря ты сама не захотела.
Он разделся, навалился на девушку, она сопротивлялась, вырывалась, но все без толку. От возбуждения Семена затрясло, он почувствовал себя настоящим маньяком. И это его напугало. И даже остановило.
Да, он бандит, жестокий, беспощадный, в чем-то даже отмороженный. Но разве он маньяк? Нет! Насильник? Нет… Ну, однажды проститутку отымел без ее согласия. Но так на то она и проститутка.
Семен остановился и вдруг понял, что Лиля не сопротивляется.
