— Я — леди Джульетта Вестовер, а это — моя служанка.
— Проходите, — ответил он и повернулся могучим корпусом, — оставьте здесь накидки.
Девушки сделали, что им велели, и их провели еще через один двор с мраморными фонтанами, из которых били сверкающие струи воды, падавшие в бассейны с разноцветными рыбками. Девушки миновали третьи ворота и оказались во дворе, ослепляющем своим многоцветьем. Среди фруктовых деревьев и розовых кустов порхали и пели чудные птицы. Они свили гнезда среди виноградных лоз и перелетали с ветки на ветку, сверкая ярким оперением.
Такие же яркие одеяния были на девушках, прогуливавшихся по саду в великом множестве. Некоторые из них полулежали на траве, другие сидели на мозаичных ступеньках веранды. Они напоминали коллекцию редких бабочек. Джульетта разглядывала их нежные лица, тонкие, изогнутые брови, подведенные глаза. Девушки и вспорхнули, как бабочки, завидев пришельцев. Зашелестели шелка и атласы, расшитые серебром и золотом, блестели локоны, переплетенные подходящими по цвету лентами или нитями жемчуга. Широкие шаровары и прозрачные юбки не скрывали прелестные формы. На ногах у всех были сандалии из лайки с тонкими ремешками.
Через минуту Джульетту окружили смеющиеся, что-то восклицающие девушки. Они щупали кружева на ее платье и демонстрировали свои браслеты, сверкающие сережки и прочие украшения. Девушки удивленно поднимали брови, будто спрашивая, почему Джульетта не проявляет своего восхищения.
Она смотрела на их суету с легкой улыбкой и размышляла, удивляясь цвету волос девушек: только рыжие и черные. Ответ пришел сам собой, когда Джульетта увидела их ладони, окрашенные хной. Неужели, здесь перекрашивают волосы даже блондинкам? Кто эти девушки?
Внезапно Джульетту охватила страшная усталость, она покачнулась, чуть не упав. Какой сегодня тяжелый день! Мысли Джульетты блуждали: какая разница кто эти девушки и откуда, сама она — черноволосая англичанка. Когда придет выкуп… Она снова стала соображать, ужаснувшись своей забывчивости: какой выкуп, откуда ему взяться, господи, выкуп — всего лишь предлог, чтобы выиграть время. В висках у нее застучало. Когда визирь поймет, что обманут, причем дважды, то адские муки станут реальностью. Голоса девушек почему-то стали звучать глуше, а солнце исчезло совсем…
Когда Джульетта очнулась, то обнаружила, что лежит на тонком матрасе, пахнущем мускусом, в маленькой комнате с каменными стенами. В углу стояла маленькая жаровня, в ней тлело сухое алоэ, наполняя комнату странным, резким запахом. Взгляд Джульетты заскользил по зарешеченному окну, шелковым занавескам, сине-зеленым изразцам жаровни, разрисованному потолку. Вдруг девушка услышала чей-то тихий голос. В сумраке комнаты она с трудом разглядела сидящую на подушках чрезвычайно привлекательную даму в парчовом наряде, украшенном драгоценными камнями. Ее кожа была цвета меда, а глаза, внимательно смотревшие на Джульетту, напоминали темный янтарь. Ногти на руках накрашены. Дама сияла и сверкала, словно райская птица, небрежно откинувшись на подушках.
— Я — Габриэла, хозяйка гарема. Моя обязанность — следить за поведением девушек. Пока вы будете оставаться у нас, я научу, как себя вести. Я отправила вашу служанку за едой и хошабом. Теперь отдыхайте. Поговорим позднее.
Джульетта села.
— Вы очень любезны. Я, наверное, упала в обморок в саду?
Габриэла улыбнулась.
— Сегодня жарко. Вы не привыкли к здешнему климату. Со временем привыкнете и будете носить одежду из легких тканей. — Взгляд янтарных глаз оценивал фигуру Джульетты. — После того как вы поедите, вас отведут в ванную комнату. Ваша эфиопка принесет одежду. Надеюсь, вы одобрите мой выбор.
— Разве может быть иначе? — спросила Джульетта, глядя с восхищением на Габриэлу. — Ведь вы сами одеты необыкновенно изящно! Однако, я надеюсь, что мне позволят сохранить и собственную одежду?
— Конечно, если пожелаете. Ваши вещи выстирают и выгладят, чтобы все было готово к отъезду. А пока я советую носить более подходящую одежду, особенно, если его светлость удостоит вас аудиенцией.
Сердце Джульетты дрогнуло.
— А это возможно?
— Возможно, он захочет убедиться, что его гостье оказывают почести, сообразно ее положению. Если вас пригласят, я помогу вам одеться. — Она подняла руки, повернув вверх ладони, окрашенные в розовый цвет. — Конечно, вам не знакомы правила нашего этикета. Я научу вас и этому. Между обычаями нашего и вашего двора есть существенная разница.
— Нашего двора? — невольно вырвалось у Джульетты.
— Двора короля Англии. Ведь там должны соблюдаться определенные правила. Не так ли?
— О да, конечно, — выдохнула Джульетта и продолжила, взяв себя в руки, — может быть, разница и не так велика, но я буду рада вашей помощи.
Габриэла поднялась очень грациозно, и ее халат заструился мягкими складками к золотым сандалиям. Джульетта успела заметить, что ногти на ногах хозяйки гарема тоже были накрашены. Как только она удалилась, появилась Куррем, внося поднос с сыром, фруктами и горячими булочками с кунжутным семенем. Булочки оказались намазанными еще и вареньем из лепестков роз. Выяснилось, что хошаб, о котором упоминала Габриэла — это фруктовый напиток. С тех пор как их кормили последний раз в Дар-эс-Саламе, прошло немало времени, и Джульетта сильно проголодалась.
В ответ на вопрос Джульетты, будет ли Куррем есть, та ответила:
— Я уже ела. Слугам не разрешается принимать пищу вместе со знатными дамами. — Глаза девушки светились радостью. — Я не могу поверить в то, что нахожусь во дворце султана. Все благодаря вам, моя госпожа.
Джульетта улыбалась, глядя на оживленную Куррем.
— Но ведь ты — моя единственная подруга. Как же я могла расстаться с тобой? Хозяйка гарема говорит по-английски, но с остальными наложницами я не смогу общаться без твоей помощи.
— Мне будет очень жаль, когда придет выкуп за вас, и вы уедете.
— Откуда ты узнала об этом? Ведь тебя не было рядом во время разговора капитана Джеймисона с визирем?
— Здесь всем об этом известно, моя госпожа. Дворец уже полон слухов. В гареме женщинам нечем заняться, так что никаких секретов не утаишь. Визирь сказал своему секретарю, и вскоре все узнали.
— Понятно, — медленно проговорила Джульетта, разобравшись, наконец, в поведении Росса на берегу. Капитан хранил молчание, потому что рядом стояла Куррем. Если бы Куррем услышала хотя бы намек об их отношениях, весь план провалился бы сразу. Что Джульетте на самом деле известно об этой эфиопской девушке? Можно ли ей вообще доверять? Узнав о тайне, Куррем могла оказать услугу его светлости и получить в благодарность знатного хозяина. Всего одно случайно оброненное слово, даже безо всякого злого умысла, привело бы к ужасным последствиям. Джульетта вновь содрогнулась, вспомнив слова визиря, но заставила себя улыбнуться и продолжила: — Я не сомневаюсь, дорогая Куррем, что к моменту моего отъезда из Занзибара, ты успеешь привлечь к себе внимание какого-нибудь знатного гостя-пашу или благородного шейха.
