при этом строя снежную королевишну! — Голос Светланы становится резким. — А ведь ты могла бы все исправить. Помириться с Артуром, выйти за него и жить спокойно. Но тебе мало, да?
— Хватит. Прекрати, — прошу устало.
— Нет, я не прекращу! Ты вечно делаешь вид, что выше всего этого. А потом — бах! — и снова в центре внимания. Тимур был моим! И будет! Я его верну!
— Света, ты устраиваешь скандал, едва приехав. Нам еще надо о родителях поговорить. У меня есть вопросы. И я больше не хочу обсуждать Тимура Алиева! Забирай, если он тебе так нужен, пожалуйста!
Я выпалила это со злости, и тут же становится стыдно за эти слова. Зачем я так? Тимур не моя собственность. Он казался таким искренним сегодня вечером, а я тут… легко отдаю его другой, получается.
В коридор входит Глафира. Спокойная, но глаза ее сверкают опасно.
— Светлана, прекрати немедленно. Или ты покинешь мой дом, — говорит твердо, и в ее голосе — не просьба, а приказ.
— А что такое? Чего вы вмешиваетесь? — Света вздрагивает, но сдаваться явно не собирается.
Глафира делает шаг вперед и спокойно добавляет:
— Тимур — отец Алисы. Видимо, ты не в курсе. Даша, прости меня. Я это сказала, да. Потому что ты бы так и не стала ничего говорить, слишком сдержанная. Слишком бережешь чувства других. Прости, Дашенька, что я это сказала за тебя. Но так будет лучше. Поверь мне.
Светлана ошеломленно вытаращивает глаза.
— Что?.. Это… это ложь! — голос ее срывается. — Когда? Как? Когда она успела?!
— Может быть, стоило быть ближе к своей сестре? — спокойно отвечает Глафира. — Даша тебе ничего не обязана объяснять. Но я скажу еще кое-что. У них с Тимуром был роман. Они пытаются разобраться. Понять, где ошиблись. И главное — есть Алиса. Ребенку нужны оба родителя. Нужны любовь и мир. Вот что сейчас важно. Ясно тебе, Света? Тебе лучше уехать, завтра утром.
Светлана в шоке. Лицо то краснеет, то бледнеет. Она резко разворачивается, убегает наверх, с грохотом хлопает дверью на втором этаже.
В коридоре повисает тишина.
— Прости меня, Даш, — говорит Глафира, подходя ближе. — Может, я зря. Наверное, ты не хотела, чтобы она узнала так… Но мне показалось, что иначе она не угомонится.
Качаю головой и слабо улыбаюсь.
— Уже неважно. И это ты нас прости. За то, что мы в твоем доме устроили этот балаган.
Мое горло сжимается. Я с трудом сдерживаю слезы. И в то же время, мне странным образом стало легче. Я действительно еще долго не решалась бы на подобный разговор, а Глафира взяла и содрала болезненный пластырь. И мне определенно теперь легче дышать. Хотя сестра, я это знаю, чувствую, еще точно не успокоилась.
— Дашенька, дорогая моя, только не плач, пожалуйста, — жалобно говорит тетушка, обнимая меня.
— Я просто… так давно не чувствовала, что кто-то за меня по-настоящему заступается, — произношу глухо, уткнувшись ей в плечо. — Так, как ты сейчас.
Она улыбается и обнимает меня еще крепче, по-матерински.
— Милая, я за тебя любого порву, если понадобится. За тебя. За Лиску. Не сомневайся. — И Тимура пошлю, и даже Роберта, хотя он у меня очень мудрый, и вообще в эту ситуацию не лезет. Ну а Светке сам Бог велел хвост прищемить. Ты не одна, слышишь? Запомни, пожалуйста.
Впервые за долгое время я позволяю себе просто быть слабой. Принять защиту, теплые объятия. Не держать все эмоции в себе. Я плачу, но это слезы очищения.
Утром Света спускает с грохотом свой чемодан со второго этажа.
— Тётя Света, ты уезжаешь? — жалобно спрашивает Алиса, подбегая к ней.
— Дорогая, да. Мне тут не рады, — фыркает обиженно сестра.
— Светлана, выбирай пожалуйста выражения, — строго говорит Глаша. — Садись, позавтракай с нами.
— Я не голодна, — Света продолжает тащить чемодан к выходу.
— Ну что ж, как хочешь.
— Алиса, идем, проводишь тётю, — говорит сестра.
— Дорогая, нам нужно ещё заплести косички, напоминаю Лисенку, в сторону сестры не смотрю. Знаю, что в таком состоянии бесполезно пытаться с ней помириться. Лучше подождать, когда она остынет и тогда можно будет поговорить.
Света выходит на улицу, Алиса за ней, ну и я тоже иду следом. Слышим шум машины, она останавливается возле наших ворот. Наверное, это заказанное Светланой такси.
— Ничего себе сервис! — бурчит она удивленно. — Только подумала о такси, оно уже тут. Еще даже не заказывала…
— Ну ничего себе! — восклицает уже громче.
Я прослеживаю её взглядом и замираю.
Из такси выходит….
Глава 35
Нет, я не могу поверить своим глазам! Застываю в полном шоке, потому что по дорожке вымощенной плиткой, уверенным шагом в нашу сторону направляется…
Артур собственной персоной!
В идеально выглаженной рубашке, с голливудской улыбкой и огромным букетом алых роз.
— Как это мило! Ну ты Дашка молодец, на всех фронтах успеваешь, — ехидно замечает сестра. — Даже жалко, что мое такси уже прикатило, — добавляет, прослеживая взглядом машину.
— Мам, зачем он приехал? — недовольно бурчит Алиса.
— Ох, принесла нелегкая, — это уже замечание Глафиры, которая вышла следом за нами.
Мне кажется, что лицо у меня сейчас пунцовое.
— Идем, детка. Почитаем сказку, — Глафира берет Лиску за руку и уводит в дом.
Света гремит чемоданом, пыхтит.
— Не хочешь помочь, Артурчик?
— Извините, Светлана, у меня руки заняты.
— Так себе принц! — припечатывает сестра, ковыляя дальше до калитки. Никифоров же направляется ко мне. Протягивает букет.
Больше всего на свете хочется захлопнуть дверь перед его носом, но я сдерживаюсь. Принимаю цветы. Дать бы ему по лицу этим веником, но я не хочу устраивать разборки в доме Глафиры. Ей это точно не нужно.
— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю холодно.
— Привет, Даш, — говорит, будто мы расстались вчера, а не прошло почти полгода. — Ты прекрасно выглядишь.
— Ты приехал чтобы мне это сказать?
Артур, не теряя самоуверенности, делает шаг вперед:
— Я приехал поговорить, Даш. Я был идиотом, я это понял. Я очень виноват перед тобой. Хочу все вернуть. Начать сначала.
— А как же наша барберша? То есть, твоя. Мне она точно не сдалась, — шиплю, хотя внутренне понимаю, что мне уже все равно. Все осталось в прошлом. Было больно, да, но и близко не так, как тогда, много лет назад, с Тимуром. Видимо я вообще не любила Артура. Лишь хотела устроить свою жизнь… Тогда может быть он правильно поступил, что изменил мне?
Но видеть его все равно неприятно. Я очень старалась ради наших отношений. Мы вместе искали квартиру, я вложила много средств в ремонт.
