Читаем без скачивания Ген разведчика - Максим Шахов

– Химик, – загадочно улыбнулся Крутов, – да еще какой… После окончания университета его пригласили работать во Францию. Трудился в научном центре изучения мозга, через пять лет его переманили в Штаты, работал в Форт-Детрике.

– Дальше все интереснее и интереснее, – покачал головой генерал. Форт-Детрик был главной лабораторией Пентагона по производству химического и биологического оружия. Чего-то подобного он ожидал, когда услышал о зомби-взрывнике, которому химией высушили мозги.

– Вот именно, интереснее. В Америке Карл Мерк работал ведущим химиком в блоке «Ц» (Центурион), где разрабатывались психотропные препараты, в основном на синтетической основе ЛСД. За время работы в лаборатории ученый умудрился окончить медицинский колледж и получить два диплома – по психиатрии и психологии.

– Вундеркинд какой-то.

– В ФБР он проходит под псевдонимом «Сумасшедший Профессор» – думаю, за маниакальную целеустремленность.

– Алхимик, твою мать! – выругался Журавлев.

Мысленно он представил этого задохлика, сделавшего собственные физические недостатки, из-за которых наверняка комплексовал в детстве, стимулом для развития интеллекта, чтобы при его помощи рассчитаться с теми, кто когда-то унижал его. Здесь не следовало изучать труды известных психологов, достаточно было жизненного опыта. Именно развитые в детстве комплексы порождают чудовищ, которые впоследствии заставляют содрогнуться мир.

– Получив медицинское образование, Мерк заявил, что теперь будет заниматься практической психологией, и уволился из Форт-Детрика, после чего долгое время путешествовал по миру, изучая страны, где в народе имеют вес колдуны и шаманы, – Гаити, Филиппины, страны Центральной Африки. Наконец пути-дорожки Мерка и шейха Аль-Кадиба пересеклись. К тому времени ФБР утратило интерес к Сумасшедшему Профессору, но зато он попал в поле зрения нашей агентуры. Шейх выделил ученому солидный грант, и тот смог поселиться на берегу тихой, а главное, пустынной гавани.

– Сложный химический состав – это его работа? – Генерал-полковник потянулся за новой сигаретой, но пачка оказалась пустой.

– Думаю, что да.

– Так это что же такое? Они что, собираются из Андрюхи сделать безмозглого смертника?! – Голос Журавлева дрогнул, профессионал спецслужб, он прекрасно отдавал себе отчет в том, что для достижения цели у террористов нет ни моральных, ни любых других ограничителей. А какие перспективы открываются перед ними, он даже думать не хотел. И так все шито белыми нитками.

– Это произошло два года назад, не исключено, что сейчас Мерк придумал что-то более изощренное.

– Где логово этого гада? – Андрей Андреевич исподлобья тяжелым взглядом посмотрел на Крутова, на что тот лишь безмятежно улыбнулся.

– Саудовский король тоже обращался с подобным вопросом к американцам. Те ответили: мол, не смогли обнаружить. Думаю, что при их технических возможностях это не совсем правда. Наша военно-космическая разведка нашла Мадина Эмана через две недели после получения задания.

Генерал-лейтенант достал из папки сложенный в несколько раз лист глянцевой бумаги, разложил. Перед Журавлевым оказалась «простыня» на полстола с фотографией, сделанной из ближнего космоса. – Вот она, крепость Город Веры, за последние пятьдесят лет преобразилась до неузнаваемости. – На снимке были отчетливо видны серые крыши старинных построек (цитаделей, фортов, башен, тюрьмы), серебром отливали металлические ангары, разными оттенками отсвечивали поверхности особняков. Здесь же ярко-красным маркером специалист по расшифровке космической съемки оставил свои комментарии.

– Наши арабские лазутчики нашли не только крепость, – с едва скрытой гордостью продолжил Крутов. – Они также отыскали дорогу к ней, проследив маршруты движения летучих отрядов шейха. А заодно провели спектральный анализ почвы вокруг Мадина Эмана и примыкающего к ней оазиса. Нам теперь известно, где расположены каменные завалы, пропасти, зыбучие пески. Информация, заложенная в память навигатора, поможет беглецам избежать коварства пустыни.

Водрузив на нос очки, Андрей Андреевич долго и внимательно изучал фотографию, делая упор на крепостную стену, сторожевые башни, расположенные по углам, и саму кляксу тюрьмы. Наконец, сняв очки, потер покрасневшую переносицу и спросил:

– Сколько там охраны и какой гарнизон?

– По нашим подсчетам, сто пятьдесят – двести активных штыков, вернее, сабель, – сам себя поправил Крутов. – Местные фидаи предпочитают дополнять современное вооружение саблями предков, которыми владеют по-настоящему виртуозно.

– Сто пятьдесят – это слишком много, – озабоченно наморщил лоб Журавлев, – даже для группы моих асов. – Перевел взгляд с космического снимка на своего преемника. – Родион, ты можешь подать на меня рапорт президенту о превышении служебных полномочий. Если хочешь, я собственноручно дам показания. Но сейчас мне кровь из носу нужна одна из штурмовых групп отдельного офицерского отряда – желательно та, которой командуют Севрюков и Савченко.

– При всем моем желании, – Родион отрицательно покачал головой, разводя руками. – Вы же сами знаете, что подразделения отряда используются только по прямому приказу Верховного главнокомандующего и никак иначе.

– Да, конечно, – опустил седую голову генерал-полковник, признавая правоту Крутова. Система, которую он сам разрабатывал, снова ударила по нему.

– Вы операцию «Шторм-333» помните? – неожиданно спросил Родион Андреевич.

– Изучал в Академии, но в то время находился на другом конце шарика, в Анголе бодался с «буффало»[12].

– Это не важно, главное – знать суть. А суть такова. Полсотни бойцов «Грома» и «Зенита» штурмом взяли дворец Амина Дар-уль-Аман, по сути, настоящую крепость, за стенами которой находилось больше тысячи бойцов, двести из них были головорезами из личной охраны Хафизуллы. Соотношение один к двадцати, и это при лобовом штурме. История войны такого еще не знала, не знает, и вряд ли кто-то подобное сможет повторить.

– Ты это к чему? – насторожился Журавлев.

– А к тому, что у вашей группы примерно такое же соотношение, только с той разницей, что им не нужно штурмом брать крепость, а достаточно лишь проникнуть за ограду, отыскать пленника и выйти обратно. Все! Для ваших асов, думаю, задача вполне по плечу. И если людьми помочь не могу, то технически обеспечу полностью. И не надо никаких рапортов и собственноручных показаний.

– А время? – с надеждой спросил Журавлев. – Даже при лучшем техническом обеспечении потребуется срок, чтобы подготовиться к проникновению в крепость.

– Зомбирование тоже не быстрое дело, даже личинкам мухи-горбатки, чтобы подчинить огненного муравья, требуется сорок суток. Так что, думаю, успеем.

Не верить на слово Крутову Андрей Андреевич не мог – еще во вторую чеченскую военную кампанию тот активно охотился на полевых командиров сепаратистов, используя продукцию спецлаборатории № 12[13], так что за свои слова отвечал…

Домой генерал-полковник возвращался далеко за полночь. Откровенный и одновременной тяжелый разговор с преемником снял с его души камень, но душу не облегчил, а скорее даже наоборот. Нужно было позвонить Элеоноре, сообщить, что наконец отыскался след внука. Но тут же возникал закономерный вопрос – а что дальше? Рассказать ей о зомби, смертнике-подрывнике, мухах-горбатках и их личинках, религиозных фанатиках, наемных убийцах и борьбе за власть арабского шейха? Ему, старому солдату, чего только не повидавшему за свою долгую жизнь, и то не по себе, а что будет с немолодой гражданской женщиной?

Нет уж, пусть лучше Элионора пока остается в неведении…

Олег Донцов открыл глаза и несколько секунд щурился, пытаясь сфокусировать зрение. Наконец он разглядел стоящую перед ним женщину в белом медицинском халате – высокую смуглолицую брюнетку с красивым греческим носом и выразительными карими глазами.

– Операция прошла успешно, скоро вы сможете подняться с кровати, – на хорошем русском языке приятным голосом произнесла смуглянка.

«Ей где-то под сорок, значит, опытная, – вяло отметил про себя сыщик. В старых дев от медицины он не верил. Эскулапы слишком хорошо знакомы с устройством человека, чтобы тратить драгоценное время на жеманство и лицемерие. – Смуглая, но не арабка. Черт возьми, где же я нахожусь?»

– Вы в Черногории, в частной клинике святого Пантелиймона, – будто прочитав его мысли, произнесла врач.

– Как я здесь оказался?

– Вас погрузили в искусственную кому и самолетом вывезли из Египта. Здесь прооперировали, и, как я уже сказала, теперь вы пойдете на поправку.

– Как вас зовут? – попытался приподняться с подушки Олег, но опустился обратно, как бы невзначай зажав в ладони узкую руку женщины. Та никак на этот жест не отреагировала и невозмутимо произнесла: