Евгений Измаилович пожелтел еще больше.
— Лера!!! — гаркнул он так, что Алина вздрогнула от неожиданности.
Пока официантка меняла скатерть и приборы, Алина огляделась по сторонам.
Само помещение кафе было стандартным — небольшой зал, несколько закрытых кабинок для желающих уединиться, округлая стойка бара, маленькая, почти импровизированная сцена в углу. На плохо побеленных стенах висели натюрморты, все до одного изображающие торжество фруктового и мясного изобилия.
— Где ты взял эту мазню? — поморщился Глеб. — Кто тебе вообще дизайн делал?
— Да я за них столько бабок отвалил! — вскинулся Евгений Измаилович.
— Ну и дурак! — беззлобно сказал Глеб. — Ты же на худграфе почти три года отучился, неужели ничего в голове не осталось? Этим картинам самое место на городской свалке. И чем быстрее ты их туда отнесешь, тем лучше.
— Ну не понимаю я в этом ни черта, как оказалось, я бизнесмен, а не художник, — сник Евгений Измаилович. — Времени и так ни на что не хватает, за всем глаз да глаз нужен, все норовят лишний кусок хапнуть. От официанток до оформителей. Помоги по старой дружбе, а?
— Кухня у тебя какая?
— Что? — не понял Евгений Измаилович.
— Кухня, говорю, какая? Ну, японская, китайская, русская, итальянская?
— Да я месяц как открылся! Какая, к черту, кухня?!
— Ну ты даешь... Меню-то есть?
Евгений Измаилович взял с соседнего стола темно-коричневую папку с меню и протянул Глебу.
Глеб несколько минут сосредоточенно изучал его.
— Да... В общем, сборная солянка... Кроме крутизны цен ничего особенного я здесь не вижу.
Официантка поставила на стол запотевший графинчик с водкой и открыла бутылку с красным вином.
— Не нужно, — остановил ее руку Глеб. — Спасибо, я сам налью.
Евгений Измаилович милостиво позволил Лере обслужить себя. Прозрачная жидкость частично перекочевала из графинчика в его рюмку.
— Давай выпьем за продолжение старой дружбы! — задушевно предложил Евгений Измаилович.
— Давай, — согласился Глеб.
Алина пригубила вино из своего бокала. Боль в ноге уже совсем прошла, было приятно просто сидеть, расслабленно наблюдая за встречей двух приятелей.
— Ну что, возьмешься? — снова взял быка за рога Евгений Измаилович.
— Ты что из этого кафе сделать хочешь? Элитное место или третьесортную забегаловку, как сейчас?
— На хрена мне третьесортная?! Я не за тем сюда столько бабок впалил!
— Хорошо, — кивнул Глеб. — Тогда так. Я через пару дней занесу тебе эскизы. Если тебя устроит — поговорим о сроках и оплате. Но учти: если я за это возьмусь — ты свой нос никуда не суешь. Только сметы подписываешь. Ты меня много лет знаешь, я лишнего не возьму.
— Знаю, — удовлетворенно улыбнулся Евгений Измаилович. — Ты еще в институте отличался излишней правильностью. С таким подходом к жизни у тебя никогда денег не будет.
— Вряд ли бы я поменялся с тобой местами, — серьезно сказал Глеб.
— Давай выпьем за наш успех! — снова поднял свою рюмку Евгений Измаилович.
— За успех еще рано. — Глеб налил себе и Алине вина. — Я хочу выпить за эту очаровательную девушку, которую мы, по-моему, уже утомили своими разговорами и воспоминаниями.
— С превеликим удовольствием! За вас, Алиночка!
Из угла зала донеслись какие-то скрипучие звуки.
— Господи, это еще что? — поморщился Глеб.
— Это у меня музыканты живьем играют, — с гордостью в голосе произнес Евгений Измаилович. — Не самые последние в городе, между прочим!
— У тебя все не самое последнее, — сказал Глеб. — То ли с помойки, где еще осталось, то ли с распродажи ненужных вещей. — И рассмеялся, глядя на вытянувшееся лицо бывшего сокурсника. — Да ладно, шучу я, шучу!
— Ну и шуточки у тебя, — обиженно протянул Евгений Измаилович.
— Кормить нас в твоем заведении собираются? А то мы с работы, животы уже подводит.
— Лера!!! — снова гаркнул Евгений Измаилович.
Официантка, словно этого и дожидалась, тут же возникла рядом и стала выставлять на стол причудливо украшенные зеленью блюда.
— Повар у меня профессионал! — горделиво похвастался Евгений Измаилович. — Что не отнять, то не отнять. Я его из ресторана «Центральный» сманил.
— Это еще ни о чем не говорит, — скептически заметил Глеб и подмигнул Алине. — Надеюсь, не отравишь старого приятеля?
Алина взяла в руку вилку и только тут поняла, что очень голодна. В одном Евгений Измаилович не соврал: готовили в его кафе отменно.
Со стороны сцены снова донесся протяжный гитарный стон. Алина чуть повернула голову, чтобы рассмотреть, что именно там происходит. Вокруг немногочисленной, тесно расставленной аппаратуры разгуливал Илья с дымящейся сигаретой в зубах. Алина поежилась: ей была неприятна эта встреча.
Глеб моментально среагировал на едва уловимое изменение ее лица и тоже повернулся.
— А... Илюха... Это он, что ли, не последний музыкант в городе?
— Он, — кивнул Евгений Измаилович. — На музыку, как и на кухню, еще никто не жаловался.
— Таланта Илюхе не занимать, — согласился Глеб. — Еще бы пил поменьше...
— А кто из нас не пьет? — философски заметил Евгений Измаилович и налил себе еще водки. — Жизнь такая сволочная... Наорешься за день, намаешься, надо же как-то расслабляться...
— Ага, — понимающе кивнул Глеб. — А вечером мордой в салат.
Алина краем глаза увидела, как Илья погасил окурок и направился к их столику.
— Привет всей честной компании! — Не спрашивая разрешения, он привычным движением налил себе водки в пустой бокал. — Ваше здоровье!
— Ты не забывайся! — снова превратился в злобного директора Евгений Измаилович. — Тебе еще вечер отработать надо!
— Отработаю, не в первый раз, — отмахнулся Илья и закусил огурцом из директорской тарелки. — Глеб, какими судьбами здесь? Да еще с такой прекрасной дамой?
— Илюха, кончай выпендриваться, — поморщился Глеб.
— Все понял, удаляюсь, не то по шее получу и подвиг свой не совершу! — притворно подняв руки, продекламировал Илья. — Ладно, пошел настраиваться...
Евгений Измаилович тут же обмяк и подобрел, глядя на Глеба.
— Слушай, а помнишь, как мы с лекций в парк сбегали пиво пить? И в тубусах бутылки таскали? Я тут недавно Маринку видел — старая стала, страшная, как моя жизнь!
«На себя бы посмотрел», — улыбнулась про себя Алина: по сравнению с Глебом Евгений Измаилович выглядел далеко не лучшим образом.
Музыканты настроились, и со сцены полилась музыка. Алина против своей воли заслушалась. Было что-то такое в музыке Ильи: какая-то безысходность и одновременно свет, летящие лошади и осенний дождь, горящие глаза кошки и круглая луна... как на картинах...
