Бритоголовый охранник, которого, как теперь Алина знала, звали Саша, приветливо распахнул перед ними дверь и даже изобразил на своем лице подобие улыбки, что придало ему жуткую схожесть с крокодилом.
— Алиночка! — раскинув руки, заспешил навстречу Евгений Измаилович, увидел рядом с Алиной Тамару и даже споткнулся.
Алина прыснула, но сдержала улыбку.
— Познакомьтесь, это — моя подруга Тамара. Мы с ней вместе работаем. А это — Евгений Измаилович, хозяин всего этого заведения.
— Тамара, — царственным жестом протянула руку для поцелуя Тамара.
Евгений Измаилович тут же с готовностью к ней приложился.
— Что же вы ни разу не были у меня раньше? Пойдемте, самый лучший столик ждет вас!
— Кормят, кстати, здесь отменно, — шепнула Алина Тамаре.
Та лишь повела бровью, изображая из себя то ли царственную особу, то ли особу, приближенную к императору. В глазах Тамары прыгали сумасшедшие искорки.
Евгений Измаилович усадил их все за тот же столик и, испросив позволения у дам, удалился. По его заверениям, на полсекунды.
— Время пошло, — усмехнулась Тамара.
— Томка, что ты задумала? — Алина уже достаточно хорошо изучила подругу и знала, что такие прыгающие искорки в глазах у нее появляются только перед какой-нибудь совершенно безбашенной авантюрой.
— Сокурсник Глеба, говоришь? — прищурилась Тамара. — Ой, сегодня он у меня попляшет! Глеб-то во сколько приедет?
— Обещал к девяти.
Официантка в коротком халатике, отдаленно напоминающем кимоно, поставила на стол три хрустальных фужера, лед и запотевшую бутылку шампанского.
— Ого! — удивленно подняла брови Тамара. — Знаешь, сколько эта бутылка стоит?
— Шампанское как шампанское, — пожала плечами Алина.
— Дурочка, это настоящее, французское! Оно стоит больше твоей зарплаты! — улыбнулась Тамара. — Ну сокурсничек дает!
— По-моему, он от одного твоего вида обезумел, — констатировала Алина.
— Сейчас он передо мной последнюю рубаху снимет. Видала я уже таких кадров!
— Том... — Алина колебалась, стоит ли спрашивать или нет, но этот вопрос мучил ее уже много дней, и она не удержалась. — Том, ты знаешь жену Глеба?
— Ольгу-то? Видела несколько раз. Даже в гостях у них была.
— И что она собой представляет? Какая она?
— Она тебе не соперница, — прямо сказала Тамара. — Заплывшая, опустившаяся баба, для которой весь смысл жизни — кухня.
— А... у Глеба было много женщин?
— Если я скажу, что ты одна, единственная и неповторимая, то я, прости меня за цинизм, конечно, совру. Он еще лет пять назад такие загулы устраивал, что всем места мало было. — Тамара помолчала. — Но я не видела ни одной женщины, к которой он относился хотя бы приблизительно так, как сейчас относится к тебе. Он тебя действительно любит. И, знаешь, я тебе даже иногда завидую.
— Подожди, — запротестовала Алина, услышав в голосе подруги настоящую горечь. — Но ведь Игорь тоже любит тебя...
— Игорь? — задумчиво произнесла Тамара. — Не знаю... Порой мне кажется, что все это — только привычка... Знаешь, так с утра отработанным жестом нащупываешь всегда лежащий в одном и том же месте халат. И когда его по какой-то причине там не оказывается, ты весь день ходишь потом в непонятном настроении, потому что день не задался... Если бы Игорь действительно любил меня, мы бы были вместе...
— А как же муж?..
Тамара помрачнела:
— Слушай, давай сменим тему разговора. И так порой на душе паскудство полное. О, вот и сокурсничек бежит! — Тамара нацепила налицо самую обаятельную из своих улыбок.
— Девочки, как вам шампанское? — подлетел к их столику Евгений Измаилович и тут же сделал расстроенную мину. — Вы его даже не попробовали?!
— Вас ждем, — томно протянула Тамара. — Как же мы без хозяина?
Евгений Измаилович плеснул себе в бокал шампанского.
— Я пью за самую красивую женщину, то есть женщин, — поправился он, не сводя восторженного взгляда с Тамары.
«Пропал мужик!» — усмехнулась про себя Алина и сделала глоток шампанского.
Евгений Измаилович был в ударе. Его явно несло, как пресловутого Остапа. На столе одно за другим возникали блюда, украшенные таким затейливым образом, что напоминали скорее произведения искусства, которые не то что есть, а даже просто передвигать было страшно. Хозяин ресторана сыпал остротами, тупее которых мог быть только нож в квартире одинокой старой девы, подливал себе водки из запотевшего графина, хвастался своими связями и своим могуществом. Алина от души веселилась, глядя, как Тамара с отстраненным царским видом принимает знаки внимания, как по малейшему повороту ее головы Евгений Измаилович тревожно бросается выяснять, чем недовольна его гостья, и рвется тут же лично исправить оплошность.
— Когда у него зазвонил мобильный, он сначала рассыпался в извинениях и, только испросив великодушного разрешения царицы Тамары, отошел в сторону.
— Ну, Томка, ты даешь! — протянула Алина, вытирая губы салфеткой.
— А что? — гордо вскинула голову уже слегка подвыпившая Тамара. — Плюнуть на все, стать его любовницей, да и дело с концом. К чертям собачьим тогда вся эта паскудная работа, эта безумная любовь и вообще эта полунищая жизнь. Буду в золоте ходить и на «мерседесах» ездить...
— Ты что, серьезно?
— А почему бы и нет?! Тут пашешь как проклятая, и никаких перспектив на будущее, кроме радикулита и больных ног. А здесь — на тебе, все на блюдечке с голубой каемочкой. Сам принесет и еще уговаривать будет, чтобы взяла!
— Я бы так не смогла... — покачала головой Алина.
— Да шучу я, — устало сказала Тамара. — Думаешь, не было у меня таких папиков? Что мне только не предлагали — и деньги, и драгоценности, и поездки за границу... Вот только замуж почему-то никто не звал... Кроме Степки... Ты чего по сторонам озираешься? Увидела кого?
Алина беспокойными глазами смотрела на сцену, на которую потихоньку стали выходить музыканты. С Ильей встречаться не хотелось. Совсем.
Он подошел к их столику незаметно, вывернув откуда-то из темноты общего зала.
— Наше вам с кисточкой! — склонился в шутливом поклоне.
— Илюха?! — удивилась Тамара. — Ты что здесь делаешь?
— Работаю я тут. Почтеннейшую публику частушками развлекаю.
— Ты же вроде бы в «Центральный» нас в прошлый раз приглашал?
— «Центральный» будет на следующей неделе. А пока тут обитаю.
— Выпьешь? — предложила Тамара.
— Нет, — мотнул головой Илья. — Томка, слушай, мне твоей подруге надо пару слов сказать. Без свидетелей.
— Ладно, — удивленно протянула Тамара и поднялась.
— Сиди, — отрывисто бросила ей Алина и повернулась к Илье. — Я не желаю с тобой разговаривать!
