от непосредственных исполнителей к посредникам, от посредников к заказчикам. Пока порожденная болью ярость не израсходуется силой ударов светового меча. А сейчас что делать? Чуть-чуть погружаюсь в Силу, отпуская подсознание на первый план. Не люблю я такие приемы, предпочитаю полагаться на силу своего интеллекта, а не на Тьма его знает какие инстинкты. Но сейчас я действительно не знаю, что делать.
И через миг обнаруживаю Энакина в собственных объятьях. Он от неожиданности пытается вывернуться. Но из моих рук так легко не уйдешь. Понявший это ученик вдруг расслабляется, утыкается лицом мне в плечо и беззвучно рыдает. Я осторожно провожу рукой по спутавшимся волосам. Все правильно. Со слезами уходят излишки Силы. Крайне непродуктивно уходят. Но груз, который не в силах унести, надо бросать, чтобы не надорваться. Так что плачь, мой мальчик. Сам не пробовал, но, говорят, полегчает.
* * *
А на похоронах душу вдруг скрутило приступом лютой зависти к Дуку. Уж больно искренне граф рыдал над гробом. И чихать ему было на то, что кто-то там нехорошо подумает о могущественном магистре Ордена джедаев — третьем лице в его иерархии. Я такой искренности себе позволить не мог никогда. Глупость, а обидно, понимаешь.
Но хорошо хоть страховать магистра от падения во Тьму на почве скорби по любимой женщине мне не пришлось. Сам справился. И несмотря на слезы выглядел достойно. Или именно благодаря слезам? А-а-а, пустое. Поняв, что опасных истерик у джедая не предвидится, переключаюсь на ученика. Энакина словно в карбоните заморозило. За последние сутки он и слова кажется не вымолвил. Зверь, готовый к прыжку. Мешать этому прыжку я не собираюсь. Как, впрочем, и помогать. Контроль и фиксация результата.
* * *
Поэтому доклад Айсарда о расследовании пожара в торговом центре я заслушиваю сразу по возвращении с кладбища. В присутствии Скайуокера, естественно. Впрочем, слушать-то особо и нечего. Директору откровенно скучно рассказывать о том, как бригада гастарбайтеров-вуки, вчера с Кашиика, не справились с установкой плазменной сварки, о выключенной на профилактику системе пожаротушения, об отсутствии планов эвакуации установленной формы и в установленных местах и о дне особенно больших сезонных скидок, из-за которых народу на галереях оказалось значительно больше обычного. Все это по отдельности тянуло разве что административный протокол. И оснований полагать наличие злой воли, которая позволила всем этим мелочам встретиться, директор не нашел, как ни старался. Мы с Энакином это тоже знаем. Нити Великой Силы просмотрены-пересмотрены. Еще за пять минут до того, как неумеха-вуки выронит горелку на баллон с взрывоопасной смесью, ничего не предвещало беды. Стечение обстоятельств.
Энакин не возражает. Кивает Айсарду, просит посмотреть финансовую отчетность владельцев ТЦ и испрашивает разрешения удалиться. Несмотря на тревожный взгляд Арманда, разрешаю. Энакин спокоен не только внешне. Боль и гнев как топливо реактора солнечной ионизации готовы генерировать огромную силу. И молодой ситх знает, куда обрушить эту силу. Во всяком случае, пока он лишь готовит этот удар, контроль над болью, гневом, силой абсолютны.
* * *
Утром Энакин не вышел к завтраку. Это не вызвало тревоги. Ученика я чувствую на расстоянии. А вот удивление имеется. Пойти посмотреть? Юный ситх обнаруживается в своей комнате спящим у невыключенного компьютера. Похоже до рассвета сидел за монитором и сморился. Поворачиваю монитор к себе. Котировки Большой корусантской фондовой Биржи? Неожиданно. Ибо ладно бы, ученик владельцев «Звездопада» разорял. Но акции-то рухнули как раз у их конкурентов.
— Учитель… — парень неловко вскакивает из-за стола.
— Что это? Почему ты решил, что в трагедии «Звездопада» виновна фирма сенатора Иблиса?
— Непосредственно в пожаре — не виновны. Но Иблис пытался отжать бизнес у конкурентов, не гнушался никакими методами и не желал идти на мировую. Поэтому у владельцев «Звездопада» возникли финансовые сложности, из-за которых они стали нанимать неквалифицированных рабочих и совмещать распродажи с ремонтом системы пожаротушения. По сути они защищали свое дело…
— Иблис потерял всего лишь деньги… Или это только начало?
— Насколько я знаю сенатора, деньги — самая нежная и уязвимая часть его души.
— Удовлетворен?
— Нет. Но это максимальная доза воздаяния, которая не преумножит несправедливость этого мира.
— Поясни.
— А что еще? Пойти в госпиталь, дорезать выжившую часть бригады вуки? Или инженера по технике безопасности, которого и так теперь затаскают из-за несоответствующих установленной форме планов эвакуации?
Лицо Энакина искажает злая и брезгливая гримаса. Неожиданно. Теперь мой ход.
— Собирайся. Вылетаем через час.
— Да, учитель.
* * *
Атмосфера священного Корибана к расслабленности и потере концентрации не располагает, но… Хатт! Сколько же можно ждать? Ученик спустился в подземелье храмового комплекса достаточно давно, чтобы духи могли определиться со своим решением. Конечно, у покойников впереди вся вечность, им торопиться некуда. Но совесть иметь надо, в конце-то концов! Я ж переживаю. Одного корму на ученика за десять лет переведено сколько.
За Мола я так не переживал. Да и вся процедура проходила куда как попроще. Мы только на лестницу гробницы владыки Рагноса поднялись, как призраки наружу вывалили, послушали про зарезанных ведьм, посмотрели на навыки владения мечом, да и признали забрака лордом. Только он не был Избранным. Интересно, если признаки сочтут претендента совсем недостойным, то как на это отреагирует Великая? Грунт под ногами отозвался ощутимым толчком. Вот и считай после такого Великую Силу бездушной и безликой энергией…
Нет, все будет хорошо. Энакин готов. Тот уровень самообладания и силы, который он продемонстрировал во время расправы над Иблисом, достойны титула лорда ситхов. Это была именно расправа. Просто даже я это не сразу понял. Только когда проанализировал то, как именно Энакин обвалил акции его фирмы. Спровоцировал череду фатальных просчетов наиболее влиятельных и доверенных совладельцев, чьи действия всего за одну ночь привели к краху. И породили грандиозный скандал внутри. До приглашения охотников за головами еще не дошло, но дойдет, дайте срок.
Все. Дождался. На площадку перед храмом выходит Энакин в сопровождении стаи теней.
— А теперь последнее испытание. На основе добытого тобой кристалла собери свой меч, будущий лорд ситхов.
Ага, значит призраки гоняли претендента по подземельям, заставляя искать кристалл для собственного меча. Правильно, сборка нового меча — ритуал слишком ответственный, чтобы торопиться. Ученик почтительно кивает призракам и принимается за дело. Он заметно устал, но все, что касается техники, у него само в готовое изделие собирается, даже если детали совсем не для этого предназначены. Вот и сейчас ученик не слишком быстро управился? Призракам такая легкость может и
