грунт, с них полным ходом шла высадка. Солдаты горохом сыпались с бортов, на ходу стреляя и вопя, по пояс воде бежали к берегу.
А джонка под парусом успела улепетнуть километра на полтора вперед, но шла очень медленно. Судя по всему, либо она успела набрать воды, либо была сильно перегружена.
А катерок, совсем наоборот, активно пыхтел движком и бодро резал носом мутную воду Янцзы.
— Хей, хей, отрежем пиписку собачьему генералу!!!
— Хей, хей, всех убьем, всем отрежем…
— Хей, хей, славный генерал Лан отрежет башку проклятому Чжан Цзунчан и помочится ему в шею…
— Хей, хей, бей, убивай!!!
Маньчжуры продолжали свирепо вопить, размахивать мечами, трясти пулеметами и даже пытались помогать, работая руками как веслами. Лексу без особого его согласия затолкали на корму ради пущей безопасности.
Впрочем, Алексей не особо обиделся. В катере, как и в гребанных аэропланах, он чувствовал себя не очень уютно.
Расстояние быстро сокращалось, но экипаж джонки быстро понял, что его догоняют и открыл огонь.
Один их охранников с болезненным воплем завалился на дно, но в ответ ударили сразу четыре Льюиса и пара Томпсонов, не считая Маузеров — бодигарды были вооружены просто до зубов,
От джонки сразу полетели щепки, она задымилась, стала быстро терять ход и припала на правый борт. Стрелять с нее перестали.
— Уррагх!!! — маньчжуры, как обезьяны, ловко полезли на абордаж. Лекса подпрыгнул, ухватился за свисающий такелаж, раскачался и тоже перебросил себя через борт.
— Смерть!!! — на него сразу же налетел с багром тощий матрос в одних трусах.
Басовито бабахнул кольт, матросик споткнулся и полетел кубарем по палубе, визжа и держась за простреленную ногу, а Лекса прислушался и понял, что стрельба окончилась, а на борту…
На борту джонки стоит сплошной жалобный вой. А точнее, женские и детские вопли.
— Кобылья сиська… — выругался Лекса, уже начиная, что-то подозревать.
Подозрения почти сразу же оправдались.
Пассажирами джонки оказались три почтенные престарелый матроны, замазанных белилами, как фарфоровые куклы. Несколько женщин помладше и целый выводок детишек разных возрастов. А сама джонка была битком забита каким-то барахлом. Судя по всему, пожитками дам.
Да и оказавший сопротивление экипаж, ну никак не смахивал на милитаристов.
И теперь, матроны с дамами визгливо лаяли Лексу и его бодигардов, а дети не останавливаясь выли на одной тональности.
— Кобылье вымя, чтоб вас… — снова ругнулся Алексей и прикрикнул на старшего телохранителя. — Ищите! Переверните здесь все верх дном.
От такого позорища ему хотелось вообще выбросится за борт. Смотрелось все со стороны не очень хорошо. Сам великий полководец Лан, прямо во время штурма, гоняется за женщинами и детьми.
Да уж…
В общем, настроение стремительно ушло в минус. Алексей даже не поверил, когда из трюма раздался радостный вопль:
— Вот он, грязная собака!
А через пару минут к ногам Алексея притащили бросили перепуганного насмерть и одетого, как матрос китайца.
Пленный перепугано кривил плоскую противную морду, закрывался руками и, как две капли воды смахивал на генерала Чжан Цзунчана.
Абахай, старший среди «маузеристов», сдернул с него штаны, скорчил презрительную рожу и авторитетно заявил.
— Точно он! Савсэм маленькая пиписка!
Остальные маньчжуры обидно захохотали, показывая на пальцах друг другу насколько маленький детородный орган у генерала. А матроны и остальные женщины вытянули шеи, чтобы рассмотреть, что же там такое микроскопическое у Чжана между ног.
Лекса невольно улыбнулся. Слаще мести придумать было трудно.
Пленник закрыл огромными как у обезьяны ладонями лицо и тихонько завыл.
Как быстро выяснилось, Цзунчан поступил очень хитро. Отправил свою свиту и охрану пробиваться через окружение, я сам попытался улизнуть с гражданскими в тайнике в трюме. И сбежал бы, если бы не десант, который милитаристы благополучно прохлопали.
Довеском к Чжану Цзунчану шли пять тяжеленных ящиков.
Абахай запустил лапищу в один из них и показал на ладони золотой слиток с банковским клеймом…
Глава 13
Глава 13
Чжан Цзунчана повесили на главной площади города. Без штанов, предварительно выпотрошив, как селедку, на предмет утаивания ценностей. К виселице приставили специального человека, который без остановки речитативом зачитывал все прегрешения бывшего хозяина Нанкина. При этом, грех «малописьности» шел на первом месте. К слову, генерал оказался еще тем скопидомом, помимо ящиков с золотом, с него вытрясли захоронок, как минимум на сто пятьдесят-двести тысяч американских долларов в разном виде материальных ценностей.
А вот с самими ящиками с джонки и прочим вышло не гладко. На самой посудине помимо них нашли просто огромное количество ценностей. Лодка оказалась буквально набита золотом, серебром, драгоценными камнями и прочими ценностями. Все немедленно выгребли до пылинки, казалось бы, бери да радуйся, столь шикарному трофею, но не тут-то было. Почти сразу выяснилось, что престарелые матроны и остальные пассажиры на джонке оказались представителями самых почтенных купеческих семей севера Китая. А ценности — их личным имуществом.
Реальность бытия в Китае всяких вождей народа, прочих диктаторов и даже императоров исторически определялась тем, что им всегда и при любых обстоятельствах приходилась считаться с купеческим сословием, так как обычно, они находились у этих самых купцов в долгах как в шелках.
И «добрый друг» Чан Кайши не стал исключением. Ему сразу сурово предъявили за беспредел. И предъявили серьезно.
В отель «Нанкин Гранд Палас», где он и Алексей организовали свою резиденцию на следующий же день явились три сухеньких старичка в скоромных халатах и шапочках, в сопровождении нескольких молодых мужчин, уже в европейских костюмах.
Чан выглядел сильно встревоженным.
— Когда-нибудь я обязательно решу вопрос с этими кровопийцами, — очень серьезного говорил он Алексею. — Но пока вынужден считаться с ними. Хочу попросить вас, мой мудрый и добрый друг поприсутствовать на встрече, как бы вы сами сказали, для внушительности — вы легенда Китая, даже ваше простое присутствие даст мне силы противостоять давлению. Поступим так, разговор начну я, а вы войдете немного позже и сядете в кресло рядом со мной. Просто молчите. Хотя, о чем это я. Ваша мудрость позволит вам найти нужное слово в самый подходящий момент. Только прошу, не убивайте и не калечьте никого.
Лексе не улыбалось влезать в финансовые дрязги, но он не отказался. В самом деле, дел-то, посидеть послушать, опять же, интересно.
На встрече присутствовала сама делегация купцов, Чан Кайши и его бухгалтер, сравнительно молодой мордатый мужичок в круглых проволочных очках.
Лешка находился в соседней комнате и все прекрасно слышал.
В «доброго друга» сразу
