себя листиком на осеннем ветру. Последним, умирающим листиком. Слёзы стекали по щекам, и я смахнула их кончиками пальцев.
Мне было важно снова услышать бабушкин голос, поэтому, немного собравшись с силами, я снова набрала её номер.
– Алло.
Тяжёлый вздох. Раздражение.
– Алло… – выдавила я из себя шёпотом.
– Кто вы? Если это какая-то шутка, то я советую вам забыть этот номер!
Бабуля всегда была суровой.
Больше я ничего не сказала, сбросила звонок сама.
Истерик у меня не было с того времени, как я съехала от мамы. С бабушкой мы тогда уже не общались. Воздуха не хватало, слёзы душили. Рыдала я навзрыд, не сдерживаясь.
Когда слёз не осталось, я умылась холодной водой, благо в палате был умывальник. Не время расклеиваться! Я глубоко вдохнула и закрыла глаза. На секунду мне показалось, что я у бабушки дома и она сидит на кухне напротив меня, смотрит на меня своими большими глазами и почему-то молчит.
Из мыслей меня выдернул телефонный звонок. Звонила бабушка. В этот раз её голос звучал обеспокоенно.
– У вас что-то случилось? – спросила она. – Вам нужна помощь?
Я упоминала, что бабушка у меня гадалка? Видимо, она что-то почувствовала. Я вспомнила картинку из книги, которую мне скидывал профессор: «Зелёный – цвет жизни и смерти. Зелёный – клан драконов. Лекари, провидцы, оракулы».
Моя аура ведь тоже зелёная, как и у бабушки с дедом. Я давно заметила, что она сильно выделяется на фоне других. «Я тоже дракон?» – была первая мысль, которая пришла мне в голову.
Но если я тоже дракон, разве «Чёрная роза» может навредить мне? Всё-таки нет. Видимо, я просто человек с отголосками древней драконьей магии.
Я успокоилась. Бабушка на том конце всё ещё ждала моего ответа.
– Нужна, – сказала я.
Хрипло как-то вышло, безжизненно, без присущей мне звонкости.
Несмотря на суровость, бабушка у меня очень добрая. «Отказывать искреннему зову о помощи нельзя, Дашенька. Если человек к тебе пришёл, значит, так надо», – всегда учила она меня.
– Кто ты, деточка? Чем тебе помочь?
Участие в голосе. Неподдельное. Искреннее.
После того как я прокашлялась, голос зазвучал привычнее.
– Бабуль, всё так сложно! Я не знаю, что делать!
– Дашуль, ты?
– Угу…
– Девочка моя! Что у тебя случилось? Говори адрес, я приеду сейчас!
– Не надо, не приезжай. Давай лучше я к тебе? Можно?
– Конечно! Когда ты приедешь? Тебе денежку на билет скинуть?
– Нет, не надо, у меня есть.
Я невольно улыбнулась. Бабуля… Я уже выросла, а она со мной всё так же, как с маленькой.
– Позвони, как поедешь. Я тебе картошечку запеку.
Голос такой нежный-нежный! Я скучала…
– Хорошо, я тогда прямо сегодня приеду. Часов в десять.
Вместе мы точно со всем разберёмся – и с Тимофеем, и с драконом, и с проклятием. Бабуля меня простила…
Глава 21. Побег
Я сразу же набрала номер Гнома.
– Ёлка! Что-то случилось?
– Ты уже далеко уехал?
– Нет, вообще ещё не уехал – дела были. А что?
– Ставлю тебя в известность, что я собираюсь сбежать из больницы.
После этих слов Гном сбросил звонок и уже через десять минут стоял передо мной.
– Что опять произошло? – раздражённо спросил он. – Ёлка, я тебе сказал, что в лабораторию ты в ближайшее время не вернёшься.
– Поняла, приняла, осознала, претензий не имею.
Гном вопросительно посмотрел на меня.
– Я подумала, что это вообще плохая идея. Я и так на последнем издыхании. Энергия не пополняется, я, чтобы просто жить, её по крупицам собираю.
– Куда ты тогда собралась?
– Домой. Не хочу свои последние дни провести в больнице. Здесь у меня точно никаких шансов.
Гном вздохнул.
– Наверное, тут ты права, – сказал он. – Они не знают, что с тобой делать, я спрашивал. Вероятность, что тут тебе помогут, равна нулю.
Я кивнула. Чего-то такого я и ожидала. Мы не были готовы к настоящей магии. Наши способности – это только отголосок былого.
– Я тут не останусь. Уеду сейчас, и говори мне что хочешь.
Гном задумался. Какое-то время он молчал, а потом бросил:
– Одевайся, подброшу тебя. – Он подошёл к двери. – Пойду скажу, что я тебя забираю.
Я кивнула, отказываться не стала. Конечно, я не рассчитывала, что он повезёт меня к бабуле домой, но хотя бы до общежития он меня довезёт.
Я вышла минут через десять, сразу после того, как Гном написал мне, что ждёт в машине.
– Куда едем?
– До общаги подкинешь?
Гном недовольно посмотрел на меня.
– Мне вещи собрать надо. У меня там всё.
– Я отвезу. Подожду, пока ты всё соберёшь, и отвезу, – уверенно сказал Гном.
– Уверен?
– Здесь же недалеко, – пожал плечами Гном.
– Я к бабушке поеду, это далеко.
Похоже, я его удивила.
– К Ядвиге Валентиновне?
– Ага.
– Вы же не общаетесь…
– Обстоятельства несколько изменились.
Он замолчал.
Какое-то время мы ехали молча.
– Я не думал, что всё так обернётся, – сказал Гном. – Прости меня, а?
Я постаралась улыбнуться. Мне не хотелось, чтобы он чувствовал себя виноватым.
– Лёш, тебе не за что извиняться. Это всё просто временные трудности. Справимся.
К общаге мы подъехали быстро. Времени я зря не теряла, на нужный этаж влетела стрелой.
В общей комнате было тихо, но по стоящей на входе обуви я поняла, что Марта дома. Я не стала привлекать внимание и решила по-быстрому собрать вещи, пока меня никто не заметил. Я не знала, в каком настроении Марта после того, как я пропала почти на неделю. Конечно, я собиралась зайти к ней перед тем, как уйти, но сначала решила всё-таки собрать вещи.
На это у меня ушло не больше десяти минут. Много вещей я брать не стала. Взяла кое-что из одежды, рабочую технику и пару бутылочек шампуня.
Я планировала разобраться со всем этим безобразием как можно быстрее и вернуться наконец-то к нормальной жизни. А для этого мне нужно было найти и Тимофея, и Моора. Где и как их искать, я пока не представляла.
Вещи были собраны, и я собралась тихонечко постучаться к Марте в комнату, однако не успела.
– Ёлка? – спросила Марта, открыв дверь и увидев меня.
– Ёлка, – подтвердила я.
Марта кинулась мне на шею:
– Где ты была? Мы с Доном волновались!
Я почесала затылок:
– Долгая история, а времени у меня не очень много. Но если коротко…
Коротко не получилось. Гнома пришлось впустить внутрь, чтобы он не скучал в машине. Потом Марта вызвала Дона, и рассказывать пришлось с самого начала. С «Чёрной розы».
– Вот гад! – выругалась Марта после того, как я посвятила её в подробности своего расследования и
