смертельного проклятия на мне.
Я помотала головой.
– Ты просто не знаешь, что ему пришлось пережить, – тихонько сказала я.
– А ты-то тут при чём?!
– Наверное, он не думал, что я его найду. Надеялся, что это будет Тимофей.
– А это чем лучше? Он, вообще-то, наш друг!
– Подонок ваш Тимофей, – сказала я. – Ему по карме положено было эту книгу найти.
– Он же тебе нравился…
Брови Марты поползли наверх от удивления, а мы с Доном переглянулись.
– Я предполагаю, что это Тимофей устроил пожар и позорно сбежал, – начала я. – Вероятно, он хотел заполучить силу дракона и провёл какой-то сомнительный ритуал. Я не знаю, где он его откопал и с чего решил, что ему это вообще по силам, но ритуал не сработал, поэтому дракон и Тимофей просто поменялись телами, после чего настоящий Тимофей убежал в неизвестном направлении, а дракон остался работать с вами.
– Звучит как бред, – сказал Гном, который тоже слышал эту историю впервые.
– Как это возможно? – спросил Дон. – Он же всё помнит, ведёт себя вполне адекватно…
– А читать на нашем языке он не умеет, – сказала я. – Я заметила это в кафе, когда мы выбирали, что заказать.
– Возможно, дракон считал часть сознания Тимофея, – предположил Гном. – Фёдор Аристархович рассказывал, что драконы это умеют, – неуверенно добавил он, смущаясь.
– Точно! – подхватила я. – Я тоже читала, что во время некоторых ритуалов вероятно переплетение сознаний. Дракон получал часть воспоминаний. Правда, я не знаю, работает ли это в другую сторону, потому что, если работает, скоро наступит апокалипсис.
– Почему? – не поняла Марта.
– Потому что если Тимофей знает хотя бы часть того, что знает дракон…
– …то он явно будет сильнее всех нас, вместе взятых, – закончил Дон.
Я кивнула.
– Что мы будем делать? – спросила Марта.
– Сначала договоримся никому об этом не рассказывать.
Это была первая часть моего плана.
– Потом успокоимся. Мне нужно уехать. Попробую если не вывести, то хотя бы остановить эту гадость.
– Мы можем информировать тебя о происходящем в лаборатории, – сказал Дон.
– Отлично… Гном отвезёт меня домой. Я останусь там на какое-то время.
– А что делать, если Тимофей спросит про тебя?
– Говорите, что я на больничном. По документам это действительно так.
– Но ведь если Тимофей и есть дракон, то он сможет снять с тебя «Чёрную розу». Зачем тебе прятаться?
– В лесу, перед тем как отключиться, я видела настоящего Тимофея. Точнее, его ауру. Возможно, к вам вернётся совсем не дракон. А как это проверить, я не знаю.
– Мы сделаем так, – сказал Дон. – Где ты, Ёлка, никто из нас типа не знает. Как только Тимофей появится, мы сразу сообщим тебе об этом. – Дон посмотрел на меня и дождался моего утвердительного кивка, а потом продолжил: – Я попробую поговорить с ним. Может быть, чем-то поможет моя недоразвитая эмпатия. Если будут сомнения, что перед нами не дракон, то тебе не будет нужды пытаться связаться с ним.
Я кивнула. План Дона звучал убедительно.
– Дракон может читать мысли, – вспомнила я. – Я перед свиданием поставила защитную печать, и он явно это заметил. Давайте я покажу вам, как её ставить. Там ничего сложного.
Я быстро объяснила принцип рисования энергетических печатей и убедилась, что у них получается. Даже если они не сработают, я думаю, так нам всем будет спокойнее.
Незапланированное собрание закончилось, и мы разошлись. Дон ушёл к себе, Марта начала морально готовиться к рабочей неделе, а мы с Гномом поехали к моей бабуле.
– Бабуля у тебя всё там же живёт?
– Ага, – ответила я, чувствуя, как у меня начинают трястись руки.
– Поехали, Ёлка.
Мы ехали по вечернему городу. Я смотрела, как всё вокруг живёт счастливой жизнью, совершенно не думая о том, что скоро в мире станет меньше на одну Ёлку. Люди спешили домой, и им не было дела до того, что со мной происходит, ведь они меня даже не знали.
– Даш, – нарушил тишину Гном, – рассказать ничего не хочешь?
Я посмотрела на него. О чём это он? Не то чтобы сейчас за мной было много косяков…
– Да вроде нет… А ты хочешь о чём-то спросить?
– В палате был зафиксирован огромный выброс энергии.
– А, – махнула я рукой, – это мой. Я знаю, что мне нельзя, но мне сильно надо было.
Он недоверчиво посмотрел на меня и сказал:
– Не ври. Это он приходил?
– Кто?
Я правда не понимала, о чём он говорит.
– Дракон. Или Тимофей, не знаю.
– Это я была.
К счастью, Гном ложь от правды на ментальном уровне не отличает. Говорить о том, что я спускалась намного ниже тонких материй, я не собиралась, по крайней мере пока. Но хотя Гном и не паранормальный, основы мироустройства он тоже изучал, поэтому прекрасно знал, что ниже тонких материй что-то есть, но никто ещё оттуда не возвращался. Я тоже это прекрасно знаю, но инстинкта самосохранения у меня, похоже, нет.
– Ёлка, кто это был? – снова спросил Гном.
Он начинал раздражать своим недоверием.
– Да я это была!
– Энергии было намного больше, чем ты физически могла потратить. Это точно была не ты. Да и в тонких материях столько энергии за час не потратить.
Вот оно что… Кажется, планы меняются.
– Я в изнаночный мир опускалась.
– Куда?..
Этот термин я вычитала в трудах профессора. Мы такого, конечно, не изучали.
– Ниже тонких материй, – спокойно пояснила я.
Но Гном не разделил моего спокойствия:
– Ты больная?!
Я не ответила. А что я могла сказать? Ну да, больная. Тут по-другому и не скажешь.
– Зачем?! – продолжал Гном.
– Я была уверена, что найду там дракона.
– И как? Нашла?
– Нашла. Только мы не поговорили. Он меня вытолкнул оттуда.
Гном какое-то время помолчал.
– И?..
Я озадаченно посмотрела на него.
– Никогда не поверю, что тебя это остановило. Что было потом?
– Да ничего, – с досадой сказала я. – Я решила больше не опускаться туда.
– Ты его спросила про «Чёрную розу»?
– Нет, не успела. Меня выкинуло оттуда раньше.
В этот раз Гном ничего не ответил. Наверное, думал о чём-то своём. Или о моём, но просто не хотел говорить. Мысли я читать не умею.
Постепенно город начал растворяться в сумерках. Вместо высоких домов и шумных улиц начали появляться поля и леса. Ночь окутывала всё вокруг мягким, почти осязаемым покровом. Вдалеке я видела огни, напоминающие звёзды на тёмном небосводе. Мы ехали молча, и я уснула.
А когда проснулась, ни Гнома, ни его машины уже не было. Были только мягкая перина и запах печёной картошечки, моей любимой, из детства. Я осмотрелась. Мансарда на третьем этаже
