нас два варианта, – продолжил излагать свой план Виктор, – отбиться противоракетной боеголовкой или рискнуть увернуться противоракетным маневром. Дело в том, что когда мы задействуем гравипривод для маневра, то демаскируемся и сразу последует полновесный залп до четырех ракет, полагаю. И от них точно придется задействовать противоракетную боеголовку. На таком расстоянии разброс пущенных ракет будет небольшой, можно достать направленным пучком противоракеты. Только вот в первом варианте останется только одно...
К чему ведет Виктор Саша уже понял, как только тот заговорил про два варианта. И свою задачу тоже понял, ему предстояло уворачиваться от ракеты на ручном управлении, поэтому Виктор и натаскивал его в полете к станции обеспечения. Саше стало понятно, что Виктор все это уже предусмотрел, и он почувствовал себя в детской игре, когда тебя с завязанными глазами ведут за руку куда-то, а тебе нужно угадать куда пришли. Ну угадал. Однако после того как они взорвали два вражеских корабля Саше меньше всего хотелось, чтобы это все было напрасно. Он даже понял, что боится этого гораздо больше смерти.
– Что за боеголовки такие? – спросил Саша после паузы.
– Обычная взрывчатка с сегментом поражающих элементов. Специально, чтобы разрушать ракеты, РЭБ-станции, – отозвался Виктор.
– А такая ракета корабль уничтожить сможет? – задал Саша главный вопрос, который в данный момент не давал ему принять окончательное решение.
– Вряд ли, – вздохнул Виктор, – но покусать может прилично. Зависит от многих факторов...
Теперь задумался уже Виктор. Близился момент, когда ему придется все отдать в руки Саше и от него уже мало что будет зависеть. Это напрягало. В последнее время он весомо преисполнился верой в себя и свои силы. «Наверное, так себя чувствует капитан» - улыбнулся Виктор.
Улыбку Виктора заметил Саша и интерпретировав ее по-своему решился:
– Будем уворачиваться. Еще неизвестно, что там ЭМ-вспышка на ракетной подвеске натворила.
Тянулось тягостное время ожидания. Противник предсказуемо выполнил маневр огибая облако помех. Но легче ему не стало, Виктор подпустил обещанную интригу в виде припасенной последней пары «хлопушек», создав новое облако помех, препятствующих распознанию ложной парной цели. Тем самым даже продлил время, на которое прежнее облако помех будет закрывать оставшиеся две цели для противника.
В дополнение к этому отстыковал и отправил по траверзу спасательную капсулу.
Саша тоскливо проводил капсулу взглядом. Нет, он понимал, что это не вариант для них, шансы на спасательной капсуле были мизерные даже если их «отпустит» или не заметит пришелец, спасать их было уже некому. Всех спасателей распылило в жаре ядерных взрывов.
– Зачем? – смысл отстрела капсулы ускользал от понимания Саши.
– Не понимаешь? – хмыкнул Виктор, – вот пусть и они поломают голову, если заметят, конечно. Пока думают, время летит.
Капсула навела Сашу на мысль:
– А что если разведстанцию запустит над облаком?
– Поздно, – лениво ответил Виктор, – раньше надо было, на гравиприводе он быстрее летит, чем разведмодуль.
До противника дошло что ситуация не проясняется, а тянуть сближаясь на близкую дистанцию с неизвестной целью становилось опасно, и он выпустил четыре ракеты. Сам момент запуска ракет с грузовика заметить было затруднительно из-за того же облако помех, которое все еще прикрывало грузовик, оно же не давала наблюдать на противником, кроме как с помощью ГЛС. Впрочем, косвенно Виктор засек время пуска по тому как противник сбросил ускорение, отпуская ракеты вперед. Очевидно, что сброс ускорения произошел после старта ракет.
Ракеты, расходясь на разные курсы, медленно потянулись к целям.
– Приготовься! – скомандовал Виктор, – начни со второй схемы, как скажу.
Ракета приближалась с задней полусферы сбоку. Резко торможение, к которому приготовились парни выводило ракету на траверз, что сильно повышало вероятность промаха. Однако ракете и не требовалось попасть в грузовик, достаточно войти в зону поражения.
Две парные вспышки поглотили две ложные парные цели, находившиеся несколько ближе к противнику и их первыми достигли ракеты. ЭМ-вспышки ослепили датчики и антенны грузовика, вынуждая опираться только на расчеты в голове, а точнее нейрочипе Виктора.
По команде Виктора Саша включил гравиприводы на полный реверс, благо что для этого не требовалось разворачивать корабль, гравипривод одинаково эффективно работал в обе стороны. При этом по уменьшающемуся радиусу скорректировал курс на сближение с кораблем противника.
Ракета с задержкой скорректировала курс, затем продолжала коррекцию, но набранная скорость и инерция не позволяла коррекцию на нужный угол и пересекая линию курса упущенной цели самоуничтожилась. От ЭМ-вспышки зона обеспечения Т-23 была прикрыта потенциалом гравипривода, а это такая штука, что даже свет может искажать. Таким образом, хапнув почти без последствий еще жесткого облучения грузовик продолжил торможения, дрейфуя по гравитационной волне на пересечение курса с военным кораблем США.
С началом торможения задействованный гравипривод раскрыл все карты перед противником и через полминуты последовал пуск еще четырех ракет. В этот раз противники находились уже в прямой видимости друг друга, что позволило Виктору заметить странность. После той оплошности на «Бармалее» он даже в диспетчерской отслеживал движение судов во всех доступных диапазонах, а тут бой.
– Они пускают ракеты с одного борта, – озвучил он свое наблюдение Саше.
Саша понимал, о чем говорит Виктор, будучи пилотом грузовика он и сам отстыковывал грузовые контейнеры одновременно попарно или по четыре для компенсации реактивной силы. На грузовике это даже сильнее заметно из-за большого веса контейнеров, трать потом топливо на коррекцию позиции и курса. Поэтому и поведение вражеского капитана пускающего ракеты с подвесок одного борта должно было иметь под собой основания.
– Ободрали наши ему бочину, а? – поделился догадкой Саша.
– Будем исходить из этого, – согласился с ним Виктор, – я подсвечу рабочий борт на инфопанели, там у него должна быть слепая зона. Начинай «качаться», могут уже начать из рельсотронов обстреливать.
«Качалкой» пилоты ВАК называли рваные колебания и смещения на курсе для отклонения от обстрела болванками из электромагнитных пушек, рельсотронов. Рельсотроны использовались в качестве оружия ближнего боя, но при должной сноровке и обстоятельствах могли принести неприятности и на больших дистанциях. Снаряды рельсотронов были практически незаметны из-за отсутствия двигателей и своих малых размеров, набранную скорость в космосе с расстоянием они не теряли, а она была приличная, могла прошить бронированную композитную оболочку зоны обеспечения насквозь. Недостатками были только ограниченная скорость и прямая некорректируемая траектория полета.
Что такое «качалка» Саша знал, хотя и был гражданским пилотом. Главное было не повторяться, машинный интеллект военного корабля был обучен на выявление таких паттернов и мог
