зловещей ухмылкой на лице он принялся развязывать галстук.
Что?
Нет, наверное, это сон.
Да, скорее всего.
Эльдар так не может со мной поступить, мы же ещё не женаты.
Да, точно, это просто кошмар.
— Живо! — пророкотал он, заставив меня вздрогнуть. Я замерла. А он подошёл и, схватив рукой за подбородок, приподнял лицо. — Думала, что сможешь от меня сбежать, дрянь лживая!
После его слов ноги подкосились, и в голове гулко пульсировала только одна мысль: нашёл… Нашёл! И только тьма, поглотившая меня, временно отсрочила общение с будущим мужем.
* * *
Эльдар
Когда я подъехал к отелю, уже почти успокоился. Но стоило подойти к двери, гнев, словно раскалённая лава, заструился по венам. Я мог понять её попытку сбежать: люди часто из-за страха совершают необдуманные проступки. Но на обжимание с этим парнем я закрыть глаза не в силах, это уже край.
Я же предупреждал!
Если за себя она не боится, так хоть бы его пожалела. Только ей плевать на всех — я это уже понял. Психанул и пинком открыл дверь в её номер.
Алина увидела меня, и в её взгляде отразился ужас. Сразу в памяти всплыл снимок, где она смотрела на смертника с Вселенской тоской. Понимаю, что она не обязана меня любить. И не требую от неё этого. Но зачем на меня смотреть, словно я зверь? Я её что, в подвал с крысами посадил? Или грозился всю жизнь держать на привязи, словно рабыню? Не было такого и не собираюсь впредь.
Чего она испугалась, а?
Я ведь ей дал понять, что не держу зла за то, что всё это время от меня бегала. Отпустил, чтобы линий раз не нервировать и дать время привыкнуть.
Увы, не оценила.
Да похрен!
— Хотела упорхнуть? — строюсь усмирить свой гнев и говорить спокойно.
И мне это практически удалось, пока не услышал её:
— Я не понимаю…
Она не понимает?
Серьёзно?!
Ну всё, сама напросилось!
— Хватит играть со мной, Алина! Раздевайся, хочу проверить, как ты берегла себя для меня. — Застыла, словно статуя, глазёнками испуганно хлопает. Но мне уже плевать, я пошёл в разнос. Взбесило её невинное «я не понимаю». — Живо! — рявкнул, и она дернулась как от удара. Подошёл к ней, схватил рукой за лицо, подняв его — хотел посмотреть ей в глаза. Что я там надеялся увидеть? Раскаяние? Ага, размечтался. Смотрит на меня, словно я всемирное зло! — Думала, что сможешь от меня сбежать, дрянь лживая?
У бедняжки ножки подкосились, и она решила уйти от ответа привычным для дам способам — упасть в обморок.
Да ладно?
Думает, меня этим проймёшь?
Не с тем ты эту игру затеяла. Знаю я ваши все трюки, вы вечно если не в обморок падаете, то рыдаете в три ручья. Только у меня на эту хрень с детства иммунитет выработался.
Подхватил её на руки и отнёс на кровать. Глазами поискал воду — не бить же её по щекам. Пусть я и чертовски зол на неё, но до такой степени опускаться не собираюсь. Нашёл графин и налив в руку воду, плеснул Алине в лицо. Моя лживая вздрогнула, и реснички на её глазах затрепетали. Отлично, приходит в себя. Нужно ей успокоительное сейчас дать, специально для неё прихватил с собой — как знал, что истерить начнёт.
Хотя нет, сейчас Алина будет изображать их себя жертву, а из меня делать монстра.
Как я и предполагал, она распахнула глаза и с ненавистью уставилась на меня.
Очень предсказуемо, и от этого мерзко на душе.
Если бы она только знала, как меня разочаровала… А может, это и к лучшему, что она сейчас показала истинное лицо? Не успел я ещё полностью врасти в неё, вовремя отрезвила.
Глава 24
Капли прохладной воды, коснулись моего лица, это быстро привело в чувство. Нашёл всё-таки, и невероятно быстро. В голове каша, не знаю, как исправить ситуацию. Я могу понять его злость — не права, признаю. Жаль, что всё оказалось бесполезно. Теперь даже не знаю, как у меня получится попросить за Алёнку. Булатов в ярости, а его последние слова перед тем, как я отключилась…
Стоп.
Он что, меня «дрянью» назвал?
Резко распахиваю глаза, волна гнева накрыла меня с головой. Он стоял возле кровати, скрестив руки на груди, сверля почерневшим от злости взглядом. Непроизвольно поморщилась — голова начала болеть, перенервничала. В теле чувствовалось слабость, но я всё равно решила встать — в положении лёжа разговоры вести не привыкла.
— А ну, лежать! — рявкнул он на меня и направился к столу.
— Собаке таким тоном команды отдавайте. — Собираю волю в кулак и встаю, пытаясь не показывать ему, что еле на ногах держусь.
Да, резко ответила, но с такими людьми нужно сразу обозначать границы дозволенного. И разговаривать с собой в таком ключе не позволю. Один раз дашь слабину, считай, что дал добро на оскорбления пожизненно. Тем более мне уже терять нечего. А судя по его настрою, перемирия и не предвидится.
— На… — подходит ко мне и протягивает таблетку со стаканом воды. Молча беру в руки и принимаю лекарство. Не думаю, что он решил меня отравить — невыгодно. Он забирает стакан и продолжает сверлить меня недовольным взглядом. — На твоем месте я бы думал, что и кому говоришь.
— Радуйтесь, что вы не на моём, оно, знаете ли, незавидное.
— Какая же ты дрянь… — развернулся и вновь направился к столу.
— Мужчина, позволивший применять такие слова к женщине, даже если она была не права, в первую очередь оскорбляет себя. — Булатов резко развернулся ко мне и удивлённо приподнял бровь. — Я… — делаю паузу, пристально смотря ему в глаза, — вам не дрянь, ясно?
— Не дрянь, значит… — медленно подходит ко мне и ласковым тоном продолжает: — Может, подскажешь, дорогая, какое определение подходит женщине… — пауза, что бьёт по нервам, а от его колкого взгляда душа замирает, — которая, мать твою, обжимается с другим мужиком, будучи помолвленной?! — пророкотал он мне в лицо. Я вздрогнула и попятилась от разгневанного мужчины. Господи, он всё знает! — Куда… — резко хватает меня за талию и дёргает на себя. — Ты права, «дрянь» неверное определение… — наклоняется к моему лицу. — Ты эгоистка, которой плевать на окружающих. Знала же, что я убью парня, если он к тебе руки протянет…
Ну уж нет, я не позволю навредить Андрею.
— Тронете — и не видать вам территории Волкова, потому что я наложу на себя руки! — прокричала
