"Масштабность - не главное…"
Дж. Камерон книга «Режиссура для чайников»
Над песчаными дюнами завыла сирена. Протяжно, злобно, безысходно, словно в предвкушении кровавой расправы. Горизонт окрасился серебряным оттенком, переходящим в горящую плазму - там, на малых высотах маневрировали тяжелые имперские крейсеры. Пески потемнели от тусклости бесчисленных силовых бронежилетов. Безжизненная пустыня превратилась в кишащее море техники и маленьких, отсюда, через бинокль, человечков. Вперед, мимо наступающей армии вырвалась сотня легких истребителей, за ними следовал десяток кислотных бомбардировщиков.
Воздушный флот, покинувший армию, устремился по направлению к лагерю.
- Зря, - сказал стоящий возле меня генерал-стратег. - На их месте я бы подождал немного, и попробовал бы достать лагерь из атмосферы. Даже те три жалких крейсера могут спокойно уложить половину моей армии. Но, вижу, кому-то очень хочется побыстрее разобраться с нами. Этот придурок хочет орден и повышение в звании, но получит хорошенький нагоняй за разбазаривание кадров. Олух!
Марк Туллий Цицерон[37] оказался прав.
Несшиеся вперед истребители очень удивились. Ну, очень даже, смертельно!
Барханы вскипели от взлетающих ракет. Зрелище было таким, будто бы пустыня загорелась и подпрыгнула с небо. Тучи обагрились взрывами и вспышками от раздираемых металлов. В течение нескольких ударов сердца, сотни тонн железа дружно ухнули вниз. Небо опустело, звеньям имперских самолетов обломали крылья.
- Один-ноль! - радостно поведал генерал. И тут же сравнял счет. - Один-один…
Периметр крепости вошел в зону обстрела крейсеров. Ракетные шахты, только что свалившие сотню имперского аэрофлота, накрыло волнами плазмы. Подземные системы ПВО полностью вышли из строя, но хвала Всевышнему, остались переносные. Воздух над нами украсился правильными лепестковыми кругами. Они, как рой раззадоренных ос, накинулись на оставшиеся самолеты. Подбитые «Ромашками» бомбардировщики успели сбросить резервуары с кислотой и ухнули вслед за ними. Снаряды даже не долетели до лагеря, в месте, где молчали спаленные шахты, они упали. Уцелевшие, кто успел катапультироваться, гибли и конвульсивно растворялись в собственной сброшенной гадости. Поделом!
В командном пункте в это время разворачивались драматические события.
Потолок давил на него, прижимал к полу. Щиколотки, в которые упала душа, предательски дрожали. Он до смерти боялся завершения жизни. Он хотел сосисок и любимого компота. Бросить оружие, сдаться, сделаться рабом, лизать чужие сапоги, терпеть надругательства. Но жить… Жить!
- Нет, я не хочу умирать! - верещал Марк Юний Брут. Он бегал по комнате, как крыса по закрытому унитазу и часто ударялся в стены. - Не хочу!
- Возраст избавил тебя от лишних мозгов, командующий, - констатировал Цезарь, добавил, - и прибавил фатальной паранойи. Два ведра.
- Нет, я не хочу… - генерал упал на колени и подполз до подпомощника. - Спаси меня, спаси…
Гай Юлий рывком встал с кресла и вытер облобызанные сапоги о штаны Брута.
- Псих, уйди с командного пункта!
- Не-е-е-т, - завращал глазами Марк Юний. - Я все еще генерал!
Он подскочил к микрофону экстренной связи и заорал. Громкоговорители во всех уголках базы разом пропищали и гаркнули.
- Солдаты, верные защитники Родины, сложите оружие, снимите штаны! Мирно ждите прибытия юдистов. Педерастия - это не больно, я сам в школе пробовал… Сдавайтесь!
- Командир шутит! - раздалось в динамике. Слова перекрылись дружным хохотом тысяч человек.
- Не шучу, слышите! Сдавайтесь, они же растопчут нас! Сложите оружие! Сда… Кх-х-р!
По лагерю прокатилась волна предсмертного крика, окончившаяся вторым и третьим шипением табельного бластера.
Гай Юлий Цезарь столкнул с пульта растерзанное тело и отер с кителя пятна крови. Он казнил изменника Брута, но не жалел об этом ни капельки. Бывший подпомощник подполковник, мгновенно ставший генералом, ухватился за цилиндрик микрофона и провозгласил.
- Солдаты, ваш командующий подвергся тяжелой пси-атаке и был застрелен лично мною, в предотвращение измены! Защищайтесь, рядовые и офицеры, не дайте уродам схватить нас в зловонные лапы. Педерастия и компьютерные игры - от сатаны, не дадимся без боя. На баррикады!
- На баррикады! - закричали тысячи. - Бей подонков!
- Вот это дельный мужик! - утверждающе возгласил генерал-стратег. - Не то, что слизняк Брут. За три года всего одна вылазка, да и то на транспорт провианта и экскрементальные грузолеты.
Мы с Ирэн согласно закивали головами.
Имперская армия приближалась. Из воздуха от наших ракет ее стойко защищала крейсерская броня. Но атомные самоходки и легкие квадроциклы защитников, начиненные взрывчаткой все же проникли во вражеские ряды и наделали немало шороха.
- Эх, хорошо, что я в детстве баловался машинками на пультах! - похвалился молодой лейтенантик, когда мы вошли в рубку радиоуправления техникой. - Только что я прихватил больше тысячи солдат!
- Молодец, - кивнул Цицерон.
Удача нам улыбнулась. Ослепительно, всем ртом. Внутри атакующей армады полыхнуло. Длиннющий столб пламени, видный за многие километры, поднялся в высь и сзади лизнул дно юдистского крейсера. Космолет окутался грибовидным облаком дыма и огня.
- Это, наверное, моя машинка попала в мобильный склад атомных боеприпасов! - гордо заявил лейтенант. Он склонился над блокнотом, записывая, - плюс корабль и еще триста человек…
- Спорю, что капитан крейсера поставил полную мощность на все защитные экраны носа и боков, сняв питание с кормы и дна. - Сказал генерал-стратег.
- Но так же все делают во время надземных боев, - просветила нас Ирэн.
- Я - нет, - отрицал я.
Она посмотрела на меня.
- Ты, что, еще и летал?
- О, совсем немножко, - я скромно потупился. Конечно, пришлось слукавить. Зачем ей знать, что грозный лейтенант, а теперь штурмовой майор Поркин был непобедимым военным летчиком в детском компьютерном клубе. Кто начнет издеваться, скажу, что там множество геймеров. Любой десятилетний сопляк порвет на симуляторе сорокалетнего практика. А в симуляционных тренировочных рубках сделано все одни в один, даже боль и крики раненного экипажа отдаются в вашем теле и мозгах.
Действительно, мегатонный заряд разорвал почти незащищенное черево космического корабля. Целую долгую минуту километровый металлический монстр, уже не опоясанный парусами экранов, завалился на бок и пал. Стоны и вопли тысяч гибнущих, под тоннами стали, юдистов заглушили остальные звуки на поле боя.
Ирэн отвернулась от монитора, мои глаза горели, тело жаждало идти в атаку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
