победителями. Возможно, они просто неудачники, как и я.
— Моя семья не из неудачников, — пролепетала она.
— А-а, — я понимающе кивнула. — Значит, это к тебе относились по-особому. Не ко мне. Спасибо, что прояснила этот вопрос, — я закинула сумку на плечо. — Так, может, ты хочешь, чтобы я принесла тебе что-нибудь заодно?
Она опустилась на стул.
— Нет, — пробормотала она.
Я усмехнулась.
— Тогда ладно, — я развернулась и направилась к лифту. Позади себя я услышала пронзительный голос Билли.
— Филиппа! — воскликнул он, и в его голосе прозвучал ужас. — Ты печатаешь свои отчёты таким шрифтом? У Директрисы от него начинается мигрень! И ты серьёзно ешь чипсы за своим столом? Это худшее, что можно сделать с клавиатурой. Микробы, которые ты и распространяешь, и подхватываешь, могут вызвать эпидемию по всему офису!
Я позволила себе ещё раз улыбнуться и нажала кнопку вызова лифта. Руперт подошёл и подмигнул мне.
— Ты даже не представляешь, — сказал он, — как это меня завело.
Я полезла в сумку и достала салфетку, затем опустила взгляд на его промежность.
— Думаю, тогда тебе это понадобится.
Он быстро заморгал, но, надо отдать ему должное, быстро пришёл в себя.
— Ха! Да, ловко, — он взял у меня салфетку и демонстративно сложил её и сунул в нагрудный карман. — Не могла бы ты купить мне немного тёмного шоколада? В столовой ничего подобного не продают, потому что считается, что это вредно для здоровья. Но тёмный шоколад — это совсем другое дело. Не говоря уже о том, — добавил он, подмигнув мне ещё раз, от чего у меня свело живот, — что это отличный афродизиак.
К счастью, в этот момент подъехал лифт, и я вошла.
— Конечно, Руперт. Я принесу тебе что-нибудь, — двери закрылись за ним, оставив меня одну. Я согнулась пополам и выдохнула. Блин. Разговаривать с Филиппой в таком тоне было неразумно. Но это чертовски весело.
***
Миссис Джардин бросила на меня удивлённый взгляд, когда я проходила мимо её стола и помахала ей рукой.
— Мне сейчас не нужна комната Метафоры, — объяснила я. — Я всего лишь собираюсь перекусить, — кроме того, если бы я активировала комнату Метафоры, то активировала бы и своих преследователей. Во время этого небольшого приключения я хотела побыть одна.
Она приподняла бровь.
— Вам уже наскучила столовая для персонала?
— Я кое с кем встречаюсь, — сказала я ей. Во всяком случае, надеюсь. — Не волнуйтесь. Я не опоздаю.
— Я и не ожидаю, что вы опоздаете, — пробормотала она.
Я улыбнулась и вышла. По счастливой случайности, до парка Сент-Клементс было меньше пятнадцати минут ходьбы. Я мигом смотаюсь туда и обратно, сжимая в потной ручонке личность жуткого страшилища. И если боги будут благосклонны ко мне, то страшилище Дункана окажется тем же, что похищает фей.
Несмотря на обеденный перерыв, когда другие офисные работники высыпали из своих кабинетов в поисках сэндвича, я без задержек добралась до парка. Даже при золотистом солнечном свете, льющемся с безоблачного голубого неба, это место выглядело унылым. Возможно, когда-то парк был красивым, с апельсиновыми и лимонными деревьями, растущими вокруг, что придавало вес его названию. Однако сейчас трава росла с проплешинами, повсюду валялся мусор, а единственное дерево, казалось, наполовину засохло. Как прискорбно. На железной ограде, огораживавшей парк, была прикреплена листовка, в которой сообщалось, что «Друзья Сент-Клементса» собираются в парке в следующие выходные, чтобы попытаться навести порядок. Я мысленно отметила время. Какая-нибудь волонтёрская работа могла бы произвести впечатление на Директрису. Если это не сработает, это хотя бы улучшит моё резюме. Возможно, мне это понадобится.
Несколько смельчаков сидели в парке на шатких деревянных скамейках. Никто из них не посмотрел в мою сторону, когда я проходила мимо. На самом деле, всё было совсем наоборот. Они решительно отводили глаза, как будто если они встретятся взглядом с кем-либо в этом месте, то немедленно превратятся в камень. У меня возникло отчётливое ощущение, что если я подойду к кому-нибудь из них и спрошу о подозрительных незнакомцах, то вызову несколько инсультов и, по крайней мере, один сердечный приступ. Я взглянула на часы. Было ещё рано. У меня оставалось ещё много времени до возвращения в офис.
Я направилась к одной из пустых скамеек и, прежде чем сесть, смахнула с неё то, что, как я надеялась, было всего лишь грязью. В животе у меня громко заурчало, и я пожалела, что не догадалась захватить с собой что-нибудь перекусить. Казалось, моя рука теперь болела не меньше, а больше. Я откинулась назад и притворилась, что наслаждаюсь видом, ни в малейшей степени не испытывая ни боли, ни голода. Если бы только желаемое становилось действительным.
Я оставалась на месте несколько минут. Несколько человек встали и вышли из парка. Несколько человек вошли. Тихий гул уличного движения, доносившийся снаружи, не ослабевал. Потрёпанного вида пёс, которого хозяин тащил за собой на поводке, задрал лапу над единственной свободной скамейкой, обильно обрызгав её мочой. Я поморщилась и наклонилась в сторону, принюхиваясь и гадая, не совершила ли я ошибку, присев на неё. Вот тогда-то я его и увидела.
Он был чертовски подозрительным. Честно говоря, он не мог бы выглядеть более подозрительным, даже если бы очень постарался. Несмотря на тёплое солнце, на нём был грязный плащ с оттопыренными карманами, в которых, без сомнения, хранились всевозможные сомнительные предметы. Его глаза скользили по парку, с оценивающим взглядом останавливаясь на каждом из присутствующих. Он искал новых клиентов. Я не сомневалась в этом.
Когда его взгляд переместился на меня, я отвела взгляд, затем снова посмотрела на него, затем снова отвела взгляд. Моя розовая накидка крёстной феи всё ещё была убрана, и я знала, что в офисном костюме я, возможно, не походила на одну из его обычных клиенток. Однако, если я чему-то и научилась за то время, что была феей кайфа, так это тому, что никогда не следует судить о чьих-то тайных наклонностях по тому, как они одеты. Я надеялась, что этот мужчина, каким бы неопрятным он ни был, поймёт это.
Он провёл рукой по своим сальным седым волосам, которые явно нуждались в хорошем мытье и стрижке. Затем он протянул ко мне мизинец, мягко подзывая меня к себе вопросительным взглядом. В животе у меня поселилось удовлетворение. Моей маленькой нервной драмы оказалось достаточно.
Я огляделась по сторонам, словно проверяя, нет ли поблизости тайной полиции под прикрытием, затем поднялась на ноги и подошла к нему. Он стоял возле старого розового куста, на котором, как ни странно, было несколько распустившихся бутонов. Я остановилась
