совершенно одна. Затем я заметила женщину, толкавшую детскую коляску по другой стороне дороги. Её голова была повёрнута в другую сторону, а лицо скрыто от моего взгляда. Впрочем, мне не нужно было видеть её черты. В её походке не было усталости, свойственной измученной матери. Она
скользила. Я фыркнула про себя и перевела взгляд налево. Чуть дальше по улице, у неряшливо выглядящего газетного киоска, стояли двое мужчин. На обоих были капюшоны, их лица были одинаково неразличимы. А ещё я почувствовала странное покалывание в затылке. Используя периферийное зрение, я мельком увидела ещё одну фигуру позади себя, не слишком далеко. Это означало, что за мной, возможно, следовали четыре феи. Они не хотели рисковать. Полагаю, я должна быть благодарна за внимание. Однако я знала, что они не заинтересованы в моей безопасности. Они просто хотели, чтобы появился отрезатель ушей, чтобы они могли разобраться с ним и спасти остальных. Очевидно, меня должны были рассматривать как сопутствующий ущерб.
Сделав глубокий вдох, я притворилась, что никого из них не заметила, и сосредоточилась на своей предполагаемой цели. Люк Уэллс должен быть где-то здесь. Я прикусила нижнюю губу и выдохнула, когда увидела, как он выходит из другого дверного проёма чуть дальше. Ага. На этот раз я буду умнее и подожду, пока у меня не появится лучшее представление о том, что он задумал, а также о том, что он из себя представляет как личность. Мои наблюдатели могут делать всё, что захотят. Я всё равно позабочусь о Люке, как подобает, каким бы говнюком он ни был.
Он засунул руки в карманы и повернул направо, удаляясь от меня. Я немедленно последовала за ним, гадая, что он делает в этой части города. Учитывая то, что я узнала о своём новом клиенте во время предыдущего визита, без сомнения, это какая-то грязная сделка. «Возможно, наркотики», — подумала я. Было бы забавно, если бы я столкнулась лбами с кем-нибудь из моих бывших коллег-фей кайфа, ищущих того же человека. Однако это маловероятно. Магия обычно не допускала таких случаев. Кроме того, я не могла припомнить ни одного наркоторговца, который жил бы поблизости. Я поджала губы. Возможно, меня отвлекали мои собственные преследователи, но мне было искренне любопытно, куда мог направиться Люк. Он жил не поблизости. Из моего предыдущего разговора с ним и из досье, которое у меня на него имелось, я знала, что у него нет девушки, к которой он мог бы пойти в гости. Он определённо не производил на меня впечатления человека, который время от времени просто выходит прогуляться, чтобы подышать свежим воздухом.
В любом случае, пока другие феи следили за мной, я продолжала следить за Люком. Надеюсь, я смогу узнать больше о его образе жизни и желаниях. Я притворилась, что я совершенно одна. Как бы я ни была взбешена всей этой затеей, я вынуждена была признать, что слежка со стороны других фей была для меня прекрасной возможностью показать, на что я действительно способна. С таким же успехом я могла убить сразу нескольких зайцев и доказать своим наблюдателям, что я такая же достойная, как и любой другой сотрудник. Я могу быть и отличной крёстной феей, и приманкой для злобных ублюдков.
Хотя плечи Люка были сгорблены от холода, и он шёл лёгкой походкой, которая, похоже, характерна для студентов старших курсов, у меня возникло ощущение, что он знал, куда идёт, и у него есть весьма конкретная цель. На следующем перекрёстке он не остановился. Он вышел на дорогу, едва не попав под колеса маленькой машины. Он проигнорировал раздражённый сигнал водителя и продолжил движение. Я ускорила шаг и поспешила за ним. Мне не показалось, он правда шёл быстрее, чем раньше.
Я прошлёпала по грязной луже, не обращая внимания на моросящий дождь, который начался снова. Мои волосы и так были вьющимися настолько, насколько позволяли законы биологии. Хуже быть уже не могло. К сожалению, из-за того, что я шла быстрее и не отрывала взгляда от спины Люка, я не заметила шаркающего мужчину, который вышел из маленького паба слева от меня, чтобы закурить. Я столкнулась с ним, и моё тело врезалось в его тело.
— Извините! — я потёрла лоб в том месте, где ударилась о его костлявое плечо. Чёрт, как больно.
— Смотри, куда прёшь, чёрт возьми, — ответил мужчина, прежде чем с шумом отхаркнуть комок мокроты и сплюнуть его в направлении моих ног.
Я тут же ощетинилась.
— Отвали, — рявкнула я.
Если бы я столкнулась на улице с кем-нибудь другим, на этом инцидент завершился бы. Мы бы оба разошлись в разные стороны. У этого парня, однако, выдался плохой день. Или, возможно, он не более чем враждебно настроенный придурок. В любом случае, он был крайне оскорблён тем, что я осмелилась пробормотать в его адрес ругательство. Он грубо схватил меня за руку, причиняя боль.
— Никто не смеет так со мной разговаривать, — прошипел он мне в лицо, и изо рта у него вырвалось облако перегара и пива. На самом деле это удивительно напоминало вонь в библиотечной кабинке, где я впервые обнаружила Люка.
Я была не в том настроении, чтобы мной помыкали. Просто в моей жизни происходило слишком много другого дерьма, чтобы закрыть на это глаза. Я выпятила грудь и впилась в него взглядом.
— О, да? — сказала я. — По-моему, я только что разговаривала с тобой именно так. И что ты собираешься с этим делать? — мой взгляд стал жёстче. — Собираешься меня ударить?
Будь я мужчиной, моя бравада не сработала бы. На самом деле, если бы не было других прохожих, это бы тоже не сработало. Однако парень-хулиган, стоявший передо мной, понял, что он не добьётся успеха, ударив женщину вдвое меньше себя. Он резко отпустил меня.
— Я увижу тебя снова, — сказал он мне тихим голосом, — и ты так легко не отделаешься, — он бросил окурок на тротуар, не выкурив и половины, и повернул обратно в паб. Ха. Я усмехнулась про себя, безмерно довольная. Так было до тех пор, пока я не заметила фальшивую мать с коляской, наблюдавшую за мной с противоположной стороны улицы. Она отвела взгляд, как только я взглянула на неё. Впрочем, это не имело значения. Вместо того, чтобы изображать из себя хладнокровную, собранную фею, которая разряжает обстановку, а не создаёт напряжение, я выглядела как какая-то маньячка.
— Стресс, — пробормотала я. — Я в сильном стрессе, — затем я посмотрела вниз по улице. Ну ёбушки-воробушки. Люк Уэллс бесследно исчез.
Злясь на
