в этом вихре снующих граждан где будут выходить питерские пассажиры.
И тут я увидела Дёму! Конечно, такого громилу трудно было не заметить. Дёма выглядел как то странно. В пальто цвета асфальта, в белом кашне и с букетом обалденных жёлтых роз.
Дёма с цветами встречал своего шефа? Странные отношения у этих двоих. Может, я не всё знаю о Марке? Или это цветы для бабищи Марка? От ревности и злости в голову лезла всякая чушь.
Не знаю, что мною руководило, я подошла к Дёме:
— Привет.
Надо было видеть грозного мужика с букетом цветов в этот момент. У него открылся рот!
— Ты? Ты что тут делаешь, Елена?
— А ты? Соскучился по шефу?
— Я тебя спрашиваю, Лена, что ты тут делаешь? У тебя был приказ никуда без ведома Марка не высовываться, а главное, я, понимаешь?! Я за тебя отвечаю!
— Да какое мне дело до твоего Марка! — я уже визжала, на нас обращали внимание, мне было всё равно, — Пусть тебе твой Марк приказы отдаёт. А мне он никто.
— Раз он тебе никто, что ты сюда припёр…, в смысле, зачем приехала тогда? — Дёма сощурился, покрутил головой: — Всё, Марк мне башку из-за тебя открутит.
— Не боись! Я ему сама сейчас башку откручу.
И тут я увидела … её. Лабутены! Яркая брюнетка смотрела в нашу сторону и в какой то момент просияла! Белоснежная улыбка озарила лицо девушки, она радостно замахала рукой, прибавила шагу и… бросилась на шею Дёме. Он подхватил её легко, как пушинку, вручил цветы.
Они поцеловались!
Я смотрела на этот сюжет из собственного триллера в голове.
Вообще это хорошо, что у нас в стране запрещено оружие. Пять минут назад я собиралась пристрелить Лабутены, а теперь хотелось застрелиться самой. У них что, тройничок?
В толпе показался Марк. Мы встретились с ним глазами.
У меня пересохли губы, — Марк шёл ко мне распахнув объятия:
— Ленка! Прелесть моя, ты приехала!
Он шёл такой красивый, высокий, статный и неимоверно желанный! Подлец, расколовший мне сердце.
Марк схватил меня, закружил:
— Радость моя, как же я рад тебя видеть. Я так скучал!
— А ну, поставь меня! — я не собиралась снова тонуть в своём счастье. Потому, что если это не правда, то мне больше не вынырнуть.
— Что такое? — Марк поставил меня, тревожно заглянул в глаза.
— Ты низко мстишь мне Марк за мою доверчивость.
— Да что случилось то!
— Кто это? — я ткнула пальцем в лабутены, — Я видела вас!
Марк озадаченно повернулся в направлении моего пальца. Дёма хлопал глазами. Лабутены смотрели на нас не мигая.
Марк потёр подбородок, повернулся ко мне, у него дрогнули губы в улыбке:
— Ты ревнуешь меня?
— У тебя задатки самоубийцы Марк. Отвечай немедленно, кто она!
Марк расхохотался красивым, заливистым смехом. Между прочим, мне было обидно. Я пыхтела, от злости и нервов пошла пятнами, не переставала кидать взгляды на Марка и ту женщину. Дёма тревожно посматривал на нас, обнимая Лабутены:
— Марк, что то случилось?
— Ой, Дёма, не лезь в наш любовный треугольник. Нас там уже семеро по Ленкиным подсчётам, — повернулся ко мне: — Да, Лен?
— Знаешь что!
— Тихо, тихо, — Марк покрутил головой, — Это Мила, моя помощница. Ко всему у Милы с Дёмой любовь. Есть ещё вопросы?
Я недоверчиво рассматривала всю компанию, до меня постепенно доходило как глупо я выгляжу.
Марк перекинулся с Дёмой парой слов, взял меня под руку, повёл в терминал, туда, где была зона кафе:
— Идём, посидим, посмотрим друг на друга. А то я тебя не узнаю.
Мы сидели в кафешке, подошёл официант, открыл передо мной карту вин, коктейлей:
— Что дама будет пить?
— Дама будет пить кровь! — я не сводила глаз с Марка.
Официант удивлённо уставился на Марка, а Марк на меня:
— Лена, у меня такое впечатление, что я сжёг тебя на костре в 1400 году, а ты поклялась найти меня и вот нашла.
— Да, нашла! — у меня дрожали губы.
Я всё ещё не могла поверить, что беда миновала.
— Ты такая страстная, Елена моя, да к тому же ревнивая — я мечтал о такой тигрице, — Марк положил руку сверху на мою.
Я встрепенулась, выдрала руку, прошипела ему отчаянно пытаясь не разреветься:
— А что я должна была подумать, когда увидела тебя с другой?
— Ты должна была подумать, что я еду зарабатывать деньги. С мужчинами и с женщинами, которые наводнили мир. Называются коллеги, попутчики, друзья, товарищи, — Марк наклонился через стол, чмокнул меня в лоб.
— Никому ничего я не должна! Это ты должен держать свои руки при себе, а не гладить по плечику свои Лабутены!
— Кого?
Я вскочила, кричала на него, плакала:
— Коллеги это коллеги, а ты прям вился шмелём над своей Милой с её чемоданом! — наконец, выдохлась, закрыла лицо руками.
Марк просто обнял меня. Сгрёб в охапку, закрыл плечами от всего мира, спрятал на могучей груди, сжал:
— Трахать, любить, боготворить, баловать и терпеть я буду только тебя. Поняла?
Глава 29
Марк
Спускаясь с трапа думал только о своей Ленке. Позвонить ей, услышать голос, коварно забравший себе мою душу, вот всё о чём мог думать.
Увидел её в толпе встречающих и не понял что со мной. Ощущения взрывного восторга, пружина в плечах, как будто крылья прорезали кожу, вывернули лопатки, заставляя сердце биться сильнее.
Ленка, моя Ленка приехала и ждала меня. Обнял её, сдавил, вдохнул аромат волос, в секунду вспомнил её всю …
Манящая, игривая, поцелованная небесами моя женщина.
Заглянул в любимые глаза и вдруг чётко ощутил, что меня сейчас разорвут на британский флаг.
Моя женщины пылала агрессией, она смотрела на меня рысью, попавшей в капкан. Видел однажды такую на охоте. Та дикая кошка почти перегрызла себе лапу стараясь высвободиться. Моя Ленка сейчас собиралась перегрызть мне шею.
Да что случилось то за те несколько часов, что мы не виделись?
Причина пожара, испепелившего душу моей ревнивицы — Мила. И смешно и грустно и тепло и радостно. Ленка ревновала, значит…
Успокоить разбушевавшуюся женщину было не просто. Надо было потихоньку возвращать её в состояние любимой: это когда ничего не стоит её слёз. Это значит полная уверенность в будущем, обеспеченный тыл. Это там, где нет места прошлому и вся она свободна для чувств.
Хотел поблагодарить Дёму за то, что привёз её ко мне, Дёма отступил:
— Марк, только не бей, — виновато смотрел на меня: — Твоя Лена сама сюда не известно каким хером приехала.
