какой-то.
Эфирка снова раздала всем оранжевые пакеты, все перекусили, потом парни собрали вещи и они направились к подземелью.
Вели себя довольно тихо, видимо, вчера достаточно наобщались. Или не выспались. Или думали каждый о своём.
И вот они подошли к нужной машине.
Сама дверца и лаз вызвали у всех, кто их видел впервые, живой интерес.
— Вы молодцы. — Сказал Вольф. — Тут наверняка было почти ничего не заметно. Не каждый бы нашёл.
Медянка так себя почувствовала, будто ей преподнесли подарок.
Дальше всё пошло быстро, по-деловому. Распределили вещи, надели костюмы. Вольф сам их раздал и все молча, без спора, взяли. Медянка вначале держала костюм в руках, а потом решила, что тоже не будет заново поднимать эту тему. Её и без того считают чужой, зачем постоянно мутить воду и всех раздражать.
Вольф в обычной одежде среди одинаковых серых костюмов выглядел единственным живым человеком среди мрачных теней. Медянка исподтишка следила за ним, опасаясь, что Вольф волнуется или боится, но казалось, будто он наоборот, очень даже доволен, что ему не нужно ходить в неудобном костюме.
Потом открыли люк и по очереди спустились вниз.
В тот момент у Медянки сильно застучало сердце. Она остановилась посреди широкого коридора и посмотрела по сторонам. До последнего мгновения она втайне боялась, что вместо прохода тут будет лишь небольшое помещение и она станет посмешищем. Но нет, это действительно был длинный ход, оба конца которого терялись темноте.
И вот они сбились в кучу у лестницы.
— Вперёд. — Сказал Вольф.
— Вперёд — это направо или налево? — Уточнил Уран, который всю дорогу сам себе улыбался и часто поглядывал на Медянку. И она в полной мере ощутила то, о чём вчера говорила в теории. Ей совсем не хотелось его внимания. Но Урана это не особо волновало. Даже, кажется, нравилось, что девушка его дичится.
— А где тут право, где лево? — Спросил Вольф.
Эфирка рассмеялась.
— В той стороне Провал. — Вдруг сказал Железный и показал в одну сторону.
— Получается, в противоположной стороне стена? — Тут же сориентировался Вольф. — Ну, при условии, что ходы прямые?
— Получается, так. — Согласился Железный.
— Мы пойдём к Провалу. — Решил Вольф. — До него должно быть недалеко. Исключим этот путь и вернёмся.
— Согласен. — Ответил Железный.
Медянка подивилась. Кажется, в этот раз решение принимал не совсем Вольф.
— Ой, а что это?
Ртуть вдруг чем-то щёлкнула… и в коридоре включился свет. Оказалось, под потолком друг за другом идут лампы, которые загорелись все разом, так, что на пару мгновений пришлось зажмуриться. Освещали они довольно хорошо. По обе стороны проходы были прямыми и длинными.
— Тут есть свет. — Сказал Бор таким тоном, будто хотел всех удивить.
— Представь себе, мы и сами заметили! — Тут же ответила Ртуть.
Бор недовольно покосился на неё.
— Свет есть. — Вольф поднял голову и посмотрел на лампы. — Но как долго он будет гореть?
— Зато пока горит, можно идти быстро. — Сказал Уран. И в этот раз был таким серьёзным, что даже забыл Медянке глазки построить.
— Тогда идите за мной. Я полечу вперёд. — Сказал Вольф. Опустил доску, которую нёс с собой. — Или даже можете здесь подождать.
— Ну мы пока тут договоримся, ты лети. — Эфирка махнула рукой.
Спустя несколько секунд Вольф уже был далеко. Медянка с тоской смотрела ему вслед. Доска… Полёт… Она тоже хотела бы так — вскочила на доску и несёшься на всех парах. В помещении летать, конечно, бывает опасно, но здесь же прямой коридор!
И мало ли… ловушки какие-нибудь. Медянка ахнула.
— Костюм! Он же без костюма полетел! А если там ловушки?
— Ну, теперь уже поздно. — Флегматично заявил Железный, смотря вслед Вольфу.
— Теперь его не догонишь. — Согласилась Эфирка.
— Значит, надо быстрей идти за ним следом! — Сказала Медянка. Она чувствовала себя не в своей тарелке, потому что это из-за неё Вольф остался без костюма. Нет, она не виновата, конечно, но кажется, что всё-таки из-за неё!
— Ну так иди. Мы тут осмотримся немного и догоним. — Сказала Ртуть.
— Вещи давайте оставим. Чего тащить все эти баулы. — Предложил Уран. — Всё равно возвращаться.
Ртуть почему-то взялась рассматривать стены и пол. И особенно выключатель, благодаря которому и появился свет. Ещё его рассматривал Бор.
— Ты в следующий раз думай, что нажимаешь. — Сказал он ей. — Хорошо, что свет включился. А вдруг бы ты открыла тайную комнату с людоедами? Или включила что-нибудь, что стреляет?
— Опять начинаются нотации. — Та закатила глаза. — И от кого я их постоянно слышу? От того, кто недавно засмотрелся на что-то так, что чуть в Провал не упал?
Уран тут же захихикал.
— Это когда тебя искали. — Пояснила Эфирка Медянке. — Он ковырялся в носу так, чтобы не видели, ну и чуть в Провал не свалился. Так увлёкся.
— Да ничего я не ковырялся! — Возмутился Бор. — Просто в сторону посмотрел и задумался!
— Рассказывай давай!
Медянка ушам своим не верила! Вольф там один, без костюма, может, в опасности, а они тут веселятся и даже не чешутся проверить, всё ли в порядке с их командиром!
— Я пойду вперёд. — Сказала она и быстро пошла по коридору. Вольфа, конечно, и след простыл, впереди видно ничего не было — ни фигур, ни движения, только ровный ряд световых пятен от ламп.
— Волнуется. — Громким шёпотом сказала Эфирка. Медянка не отреагировала, все её мысли уже были там, впереди.
— Мы скоро догоним! — Крикнул ей вслед Уран.
От этих слов Медянка только прибавила ходу. Ей не очень хотелось сейчас с кем-то общаться, особенно с Ураном. Вот же пристал! А почему? Она понятия не имела! Не может быть, что день назад он был совершенно к ней равнодушен и вдруг оказался пленён её чарами.
Или может?
Медянка нахмурилась и отмахнулась ото всех этих мыслей. Лучше за дорогой следить.
Она стала смотреть на стены и на пол. Всё казалось одинаковым. Стены были покрыты краской цвета хаки, на них не было ни плакатов, ни картин. Пол выложен большой плиткой, которая, кажется, тоже была покрашена тёмно-серой краской. На потолке с одинаковым промежутком светили лампы. Светили все, ни одна не перегорела. И всё. Больше в коридоре не было вообще ничего.
Вскоре она отошла от ребят так далеко, что стало тихо и каждый шаг звучал, будто она топала по огромному барабану.
Медянка оглянулась — они были далеко, но их было видно. Ребята шли за ней следом, но похоже, не очень-то спешили. Зато смеялись так, что отголоски смеха то и дело до неё долетали.
А Вольфа впереди видно не было.
