разоблачать меня помог с редкостным энтузиазмом.
Пенящаяся вода обволокла меня, убаюкивая и успокаивая. Я не замечала, как вымоталась за эти дни, но стоило притормозить, как усталость навалилась в полную мощь.
Дроу привычно устроился рядом с головой, промывая пряди, неизвестно как уцелевшие и даже не сильно закопченные. Элгар же уселся в ногах, вытащил одну мою ступню из воды и принялся разминать мне ступни.
Блаженство!
Дроу точно знают толк в подготовке невест. И демонов хорошему научат!
Распаренную и разомлевшую, меня после перенесли на постель и устроили настоящий сеанс массажа, растирая теплое, приятно пахнущее свежестью и нежными цветами масло по всему телу.
Шорас действовал виртуозно, не задевая никаких опасных зон, и в то же время лаская меня так бережно и уверенно, что мне очень захотелось, чтобы он какую-нибудь из них уже задел. Но дроу упорствовал в своем неожиданном целомудрии.
— Все после свадьбы. — многозначительно пообещал он, когда я сама потянулась к его штанам, и осторожно ухватив меня за запястья, отвел руки от паха. Я протестующе надулась, но смирилась. Потерпеть-то оставалось всего ничего!
Логика у меня где, я понятия не имела. Вроде старалась, старалась, избегала мужчин, а стоило им оказаться в поле зрения, поплыла и думать могу лишь о том, как очумительно хорошо ощущать их внутри себя. Облизывать, смаковать, глубоко глотать…
— Угомонись уже. — хрипло посоветовал Элгар, поправляя передник, который впереди подозрительно топорщился. — Он-то дроу, а у демонов таких заморочек нет. Мы по голове и в пещеру.
— Что, правда? — я даже вынырнула из пошлых мыслей и сама себе устыдилась. И правда, что это я? Потерпеть не могу, еще и мужчинам усугубляю ожидание. Они же чувствуют все — и мое настроение, и сдерживаемую страсть.
— Ну, когда-то так и было. — пошел на попятный полудемон. — Сейчас-то все по обоюдному согласию, но невест частенько воруют. С их одобрения, разумеется.
— У нас тоже воруют. — припомнила я слышанное когда-то. — Прямо на свадьбе, бывает. И прячут.
— От нас не спрячешься. Даже не надейся! — прорычал Элгар.
— Я и не собиралась. — улыбнулась я.
Наверное, именно в этот момент на меня накатило осознание, что я действительно от них уже никуда не денусь. Как и они от меня. И что наш союз — навсегда.
А то, что мы собираемся сейчас проделать на публику, чтобы потешить толпу и заработать незримые очки и бонусы, это мишура, фарс, зачем-то нужный людям чтобы сообщить всему миру — мы любим друг друга, и собираемся прожить вместе всю жизнь.
Только обычно все-таки мы — это двое, а в нашем случае трое. Но у всех, как говорится, свои недостатки.
Лишь когда пришла пора запихивать меня в платье-тортик, мужчины позвали горничных. Передоверили из рук в руки.
На спине лифа спускались к бедрам десятки мелких пуговичек, и справиться с ними пальцами, привыкшими к мечам и кинжалам, мои воины бы вряд ли сумели.
Вот порвать потом это они запросто…
Ну, и макияж мне накладывали специалистки. Было бы странно ждать этого от Шораса, хотя после его признаний о специфических обычаях дроу я бы не сильно удивилась.
Тем временем женихи тоже облачились в костюмы и встали парадным конвоем у дверей, готовые вести меня в тронный зал.
Диана не мелочилась, и подготовила все к церемонии там, где венчалась сама.
Ранее монаршьи браки заключались в центральном храме столицы, но поскольку ситуация сложилась несколько нетрадиционная — «звезд» не образовывалось уже несколько столетий — то пришлось отойти от канона.
Священник из центрального храма наотрез отказался женить «извращенцев», когда Ди пришла к нему со своими женихами. Ну, прямо так не сказал, но подразумевалось. Ей мало кто осмеливался прямо возражать — все же ее величество — но церковь считалась неподвластной государству, и позволялось ей и ее представителям немного больше, чем даже министрам.
Диане пришлось поездить по стране, прежде чем нашелся отшельник, облеченный соответствующим саном, который даже обрадовался тому, что наконец-то возрождаются забытые традиции.
Теперь он же собирался благословить новый тройственный союз.
Несмотря на то, что «звезды» вроде бы успели за эти годы войти в моду, публичные множественные свадьбы все еще людям были в новинку. Многие, очень многие порицали брачующихся, настаивая на том, что полноценная семья может быть только из одного мужчины и одной женщины. Как оно уже более двухсот лет заведено.
Только вот они не учитывали природы «звезд».
Для Дианы ее мужья, как и для меня — Элгар и Шорас — были совершенно равнозначны по близости, ценности и плотскому притяжению. Она одинаково любила и ценила всех своих мужчин. Как тут выбрать одного, чтобы выйти замуж? А остальные? Так и жить с ними во грехе?
Ей-то по большому счету было все равно, все же дитя нашего времени и нашего мира, а вот местному обществу тот факт, что ее величество фактически завела бы любовников при живом муже, стоял как кость поперек горла.
И из двух зол Ди предпочла экзотическое, но замужество.
Я вот тоже.
Придворные дамы заняли самые выгодные места в зале, откуда лучше всего было бы видно церемонию. Им было все равно, сколько там женихов, главное — сам факт свадьбы.
Точнее, они с огромным удовольствием глазели на обоих, особенно на Элгара.
Не представляю, каково ему сейчас, под прицелом любопытных глаз.
Мы все это затеяли в частности ради того, чтобы доказать всем, что бывший король не опасен, не имеет видов на трон и не собирается отвоевывать его обратно.
Становясь частью «звезды», полудемон автоматически уступал мне первенство. Теперь на землях, которые мы, если повезёт, найдем и освоим, я буду королевой, а он с Шорасом — консортами. Тем самым все права, имевшиеся у него на трон человеческого королевства, аннулировались.
Под прикрытием кружевной накидки я стиснула его пальцы. Он и так чувствовал мою моральную поддержку и сочувствие, но мне хотелось выразить их более материально. Вдруг мои чувства заглушит общий эмоциональный фон.
— Готов ли ты любить эту женщину, оберегать ее и подчиняться ей до конца своих дней? — произнес священник древнюю фразу из старого, полузабытого обряда. Сейчас-то наоборот, жену спрашивали, готова ли она подчиняться мужу.
А то и не спрашивали вовсе.
— Да. — твердо ответили мои мужчины по очереди.
Когда меня спросили, готова ли я заботиться о них, любить их и оберегать до конца своих дней, мне пришлось проглотить застрявший в горле комок.
Больше всего на свете мне хотелось развернуться и убежать. Я не была готова ко всему этому! Совсем! Какой брак, какое
