посмотрела вниз. – Мак-Колкахун в бешенстве! Поскакал так быстро, будто за ним гонится сам дьявол!
- Поверенный не сказал ему об этом. Наверное, решил не спешить, - у меня перед глазами стояло лицо графа, на котором кроме злости я заметила еще кое-что. Страсть… Я нравилась ему… Каждая женщина знает, что длительный контакт в глаза является явным признаком влечения, а он просто пожирал меня глазами! Я взрослая современная женщина, а не средневековая девица, и могла понять, когда мною интересуются.
- Но почему? – удивленно протянула Маири. – А если граф женится до этого момента? Тем более на место его супруги метит Эвелинда, и он точно не против! Даже наоборот!
- Кто знает, как подействовало наше колдовство? Может, у Асгалла Нэрна мозги перевернулись! – рассмеялась Эдана, но тут же посерьезнела. – Или графа пригласят на аудиенцию. Я предчувствовала, что колдовство выйдет нам боком! Все может пойти по-другому пути, потому что мы изменили будущее.
- Как бы оно ни было, теперь уже все равно, - сказала я. Что может измениться, если король скажет Торнтону лично о своем решении?
- Я бы не стала расслабляться. Кто знает, что в голове у Якова? – Маири опустилась на подушки и поманила меня к себе. – Иди сюда, присядь. Ты еще такая глупенькая и наивная…
Я присела рядом с ней, предполагая, что она хочет мне что-то сказать. Так и вышло.
- Дорогая, мы тут с Эданой подумали и решили, что одного камня из колье хватит. Возможно, когда-нибудь нам удастся восполнить пустующую ячейку другим камнем… Что если леди Дэвина отдала колье не просто так? Ее дух может разгневаться, если мы избавимся от украшения. Здесь есть какая-то тайна.
- Тогда мы возьмем самый большой, который в центре, – предложила я, мысленно соглашаясь с ней. – За него можно выручить приличные деньги.
- Приличные деньги?! – охнула тетка, приподняв брови так высоко, что они встали домиком. – Это рубин цвета «голубиная кровь»! Ему цены нет!
- Вот поэтому у меня есть сомнения, что мы сможем продать его, - вмешалась в наш разговор Эдана. – Если только… ювелиру…
- Кевину Друммонду? – Маири сразу догадалась, о ком говорит сестра. – А ведь точно… Только он может дать за камень достойную цену. Это мастер делает украшения самому королю!
Этой ночью я долго не могла уснуть. После того, что случилось между мной и графом, я не переставала думать о нем. Он испытывал ко мне влечение, но так яростно отрицал это… Если рассуждать логически, то здесь несколько вариантов. Первый – Мак-Колкахун не считает меня достойной партией. И вариант второй – защитная реакция. Боится сильных чувств к женщине? Ну, тогда многое становится ясным. Торнтон выбрал Эвелинду, будучи уверенным, что он никогда не полюбит эту женщину. Мда…
Когда я, наконец, уснула, мне, конечно же, приснился граф, будоража душу своими зелеными глазами.
- Леди! Леди Арабелла! Пора вставать!
Я распахнула глаза и сквозь сонную пелену увидела Джинни.
- Уже утро? – я зевнула, чувствуя себя разбитой. – Тетки проснулись?
- Они уже в столовой. - Джинни протянула мне полотенце. – Умывайтесь, леди, и идите завтракать. Вам предстоит долгая дорога.
Спустившись вниз, я узрела занимательную картину. Маири и Эдана пытались извлечь камень из колье, а Прошка и Леонард наблюдали за ними со своего любимого места на каминной полке. Ворон смотрел на них, как на неразумных детей, а взгляд кота казался насмешливым.
- Есть! – Маири подняла руку, в которой был зажат рубин. – Он у нас!
- Зубы Господни, я уже думала, что этот проклятый камень врос в золото! – воскликнула Эдана, падая на стул. Завидев меня, она недовольно проворчала: – Белла, сколько можно спать?! Снова читала до первых петухов? Ты дождешься и я заберу у тебя все книги!
Я подошла к столу и с сожалением посмотрела на испорченную вещь. Как жаль… Но тут мое внимание привлекла некая странность. Поднеся колье к глазам, я увидела, что в ячейке, где был рубин, есть надпись, начертанная прямо на золоте. Но как я ни пыталась прочесть ее, у меня ничего не выходило – шрифт был слишком мелким.
- Что ты там увидела? – Маири подвинула ко мне тарелку с кашей. – Леди, не щурьтесь! Иначе появятся морщины!
Я положила колье на место и взялась за кашу, в которой плавал микроскопический кусочек масла.
- Жаль чудесную вещь. Вот и все.
Нужно купить лупу и прочесть странную надпись! Зачем кому-то было делать это, если никто и никогда не прочтет ее? Интересно, в этом времени уже есть увеличительные стекла? Наверняка есть, ведь если были ювелиры, значит, были и лупы. А может это просто инициалы мастера? Или первой хозяйки колье? Нет, я должна разгадать и эту тайну!
Раньше я никогда не замечала как необычно и мистически наступает рассвет. Темное небо постепенно отступает, прячась за горизонтом, и перед глазами появляется лазурная красота. Мутная, колдовская дымка, парящая над влажной травой, постепенно рассеивается в воздухе и исчезает, оставляя лишь горьковатый аромат. Под солнечными лучами капельки росы переливаются, искрятся на солнце, будто алмазная россыпь, но не прикоснуться к ней - исчезает, сливается с воздухом…
Мы ехали по извилистой дороге, и я находилась в предвкушении. Скоро я увижу настоящий средневековый город. Маири даже сказала, как он называется. Абердин!
В город мы прибыли к обеду. Я не могла скрыть своего восхищения, разглядывая удивительную, непривычную моему глазу архитектуру. Все здания были построены из серого гранита с вкраплениями слюды. Из-за этого они сияли на солнце, будто серебряные, что лишь добавляло очарования старинному городу.
Мы оставили телегу в таверне под названием «Жирный кролик» и отправились к ювелиру, дом которого находился в центре Абердина. Все улочки вели к главной площади, петляя, пересекаясь, образуя маленькие пятачки. Их, в свою очередь, соединяли проулки и проходы, образуя лабиринт, в котором можно было с легкостью заблудиться.
Дом ювелира выглядел богато по сравнению с обычными постройками на узких улицах Абердина. Но в этом районе все дома разительно отличались от непрезентабельных коробков, в которых жил простой люд.
Эдана взялась за тяжелое кольцо и постучала в обшитую медными пластинами дверь.
