Дальнейшее прощание затягивать было нельзя. Вдруг Вальеса потеряет терпение и захочет (разумеется, из самых лучших побуждений) проверить с помощью магии, что это внучка так подозрительно долго делает в купальне? Пусть жена Сейцу нечасто использовала свой не слишком великий Дар, но исключать такую возможность было нельзя.
И, словно отвечая их опасениям, тут же раздался голос Княгини:
- Алечка, детка, ты там жива? - озабоченно поинтересовалась женщина. - Может быть, прислать служанку?
- Угум... Да! - отпрянула Альена от Рыжика. - То есть - нет! Я жива, бабушка! А служанку не присылай. Я уже выхожу! Сейчас только ночную сорочку натяну!
Айвен чуть не подавился смехом, уткнувшись ей в шейку. Он хотел переместить их обоих поближе к кушетке, рядом с которой на полочке лежало чистое сухое полотенце и тонкая сорочка. Но Альена справилась сама. Возражать Рыжик не стал. В Княжеском Дворце разумнее не привлекать внимания. Альенина магия воспринимается защитными амулетами, как родная, а воспользуйся он своей - вдруг поднимется переполох, ведь он о своем визите не предупредил хозяев заранее.
И в связи с этим возникал закономерный вопрос, а, как, собственно, теперь выбираться-то?
Сюда-то он попал благодаря особенности, дарованной богами Высшим демонам - приходить к Единственным куда угодно и, причем помешать им это сделать не мог никто. И ни одна охранка их при этом не остановит и не засечет.
А обратно как уйти? Самая настоящая проблема! Потому что Княжеский Дворец у оборотней обвешан различными защитами не меньше, чем отцовский!
- Тебе помочь просушить волосы? - сочувственно спросил Рыжик, на некоторое время позабыв о собственных проблемах и любуясь румянцем на щечках любимой, путающейся в огромном полотенце, пытаясь быстрее стереть лишнюю влагу с кожи и облачиться в спальную одежду.
- Не стоит, - помотала головой Аля. - Я потом досушу. Приходи завтра, Айв, я так скучаю...
- Я тоже, родная моя. Я люблю тебя, - чмокнул он ее в нос и, тяжело вздохнув, отступил в сторону, пропуская ее к двери.
На самом деле уходить совсем не хотелось. Сейчас Айвен с куда большим бы удовольствием дождался того момента когда его Алечка осталась одна, чтобы присоединится к ней в постели, но, к сожалению, отец может потребовать отчета о проведенном у гномов ритуале. Будет только хуже, если Повелитель вздумает искать своего Наследника.
Альена вышла из купальни, и Рыжик услышал лучащийся теплом голос Вальесы:
- Девочка моя... ну вот, искупалась и сразу повеселела. Вон как щечки-то зарумянились! А то мы тебя, наверное, совсем замучили.
Альена что-то тихонько ответила, Рыжик уже не прислушивался, с облегчением переведя дух, что про припухшие от поцелуев губы и блестящие глазки, Княгиня не упомянула. Может быть, не догадается, что Алечка принимала живительные 'водные процедуры', так благотворно повлиявшие на девушку, не одна?
Айвен тоскливо огляделся вокруг. О том, чтобы убраться подобру-поздорову, просто взломав защиту строя телепорт, не было и речи. Тогда уж точно все будут знать, что он приходил! Но Алечку подставлять и компрометировать никак нельзя!
Допустим, выбраться из купальни можно попробовать вон через ту неприметную дверцу для слуг... Но это только из купальни...
Видимо придется искать Цая...
Пока одевшийся Рыжик продумывал план отступления, девушка уже удобно устроилась на кровати, позволив бабуле расчесть ей волосы, что помогло немного отвлечься от недавних переживаний. И обе теперь получали от этого процесса несомненное удовольствие. Неизвестно, ушла бы Вальеса сразу, как только закончила с прической внучки (ведь ей так о многом хотелось поговорить со своей девочкой), но тут заглянула Мина пожелать доченьке добрых снов.
Рыжик, чуть не взвыл, поняв, что у него все-таки нет другого выхода, кроме как, накинув на себя Полог невидимости, быстренько выбираться отсюда, пока женщины заняты. И топать к Цаю, признаваться в... Ну, разумеется, ни в чем таком серьезном Айв признаваться вовсе и не собирался, предполагая, что сумеет обставить так, что его визит - не более чем попытка получить невинное свидание. Но вся беда в том, что Котяра его отлично знает. Да и то, что Алечка неровно дышит к своему 'неправильному эльфику' - тоже. Так что поверить в невинность помыслов жениха и невесты вряд ли захочет...
Но все равно решил рискнуть и, прошмыгнув незамеченным мимо щебечущих женщин, Рыжик прикрыв дверь в спальню Али, поплелся в сторону покоев Цая, 'сдаваться'.
Правда, когда до комнаты Кошака оставалось совсем недалеко, Айвен вспомнил о том, как подставил вечного соперника с покупкой недвижимости, и резко притормозил, расхотев попадаться ему на глаза в ближайшее время. Наверняка Блохастенький еще не остыл.
Рыжик горестно вздохнул - выбираться-то из Дворца надо!
И тут Наследнику Эмли в голову пришла поистине гениальная мысль. Демоненок развернулся и отправился к Сейцу. Ну уж он-то должен отнестись к нему с пониманием, хотя бы из мужской солидарности и с высоты бесценного опыта прожитых лет...
***
Перед дверью в покои Сейцу Рыжик сбросил Полог невидимости и заколебался. Он очень надеялся, что муж Вальесы, имея свою Единственную, правильно поймет его почти болезненную зависимость находиться с Алечкой, используя для этого любой удобный (и не слишком удобный) момент, но рассчитывать на то, что тот не упустит возможности поглумиться над создавшейся ситуацией, не мог. Все-таки это же Кошачье семейство. И Цай-то со своей вредностью наверняка не в бабулю пошел.
Вот только как-то выбираться из Княжеского Дворца было необходимо.
Собрав все свое мужество, демоненок в последний момент решил, что для пущей убедительности своих заверений в самых честных намерениях надо бы еще попытаться состроить самое виноватое выражение на лице. Для чего пришлось слегка его порепетировать, глядя в начищенную до зеркального блеска серебряную вазочку, найденную неподалеку. Получалось не очень. Слишком уж были приятными воспоминания о недавнем свидании с любимой человечкой. И лишь настроив себя на то, что впереди целая ночь вдали от своего сокровища, удалось проникнуться искренним горем.
Скептически скривившись, Айвен, тяжело вздохнул - как-то неубедительно получается все-таки...
Но последующие его колебания были прерваны ехидным голосом Сейцу, раздавшимся из-за двери:
- Да входи уже, раз пришел!
Вздрогнув от неожиданности, Айв почувствовал, как вспыхнули щеки и уши. Совсем как в далеком детстве, если был застигнут взрослыми за какой-нибудь не слишком невинной шалостью. Старший из Рода Котов-оборотней наверняка потешался, ожидая, когда он прекратит гримасничать и наконец-то решиться войти. Вот ведь, невезуха!
Но дальнейшие его топтания под дверью выглядели бы и вовсе смешно. Хочешь - не хочешь, а придется каяться...
Торопливо поставив импровизированное зеркало на место, Айвен обреченно толкнул дверь и, понурившись, вошел:
- Добрый вечер, Князь.
- Явился? - сдерживая улыбку, констатировал сидевший в удобном кресле дед Кошака.
Рыжик кивнул, глядя в пол.
- А я все недоумевал, что с моим амулетом происходит, - признался Сейцу. - Показывает, понимаешь, что тут бытовая магия Высших демонов применяется, а самого нарушителя частной собственности не видно. Ты под "Пологом", что ли, бродил?
Айвен снова согласно кивнул.
- Я так и понял. Повезло тебе. Не иначе Цай занят чем-то. А то уж давно бы вычислил твое появление, - поддел дед Котяры. - Но, судя по твоему, надеюсь, нелегкому решению, ты в курсе, что у моего внука к тебе есть серьезные претензии по поводу не совсем честной сделки. Поэтому и пришел сюда, а не попросил его о том, чтобы он незаметно вывел тебя из Дворца, так?
- Да, - покаянно подтвердил Рыжик. - Но я же для Алечки...
